Так не бывает. Татьяна Евгеньевна Хмельницкая Чувство парения в облаках испытывал каждый хоть один раз в своей жизни. Вот так парила Юлия целых пять лет. Ну а почему не парить, если жизнь обычной серой мышки, которую она вела, превратилась в рай знойной красотки. Нет-нет, внешность осталась прежней, а вот ощущение…Брутальный, утонченный, элегантный красавец Юлиан считает ее привлекательной. Мало того он еще и женится на ней. Судьба повернулась к Юлии всем своим главным фасадом, и…посмеялась. Как справиться с издёвкой судьбы, и принимать все те необычности, происходящие вокруг за насмешку или это дар, о котором мечтали многие? Об этом и многом другом в старой сказке рассказанной по-новому. Хмельницкая Татьяна Евгеньевна «Так не бывает» Часть первая Глава первая - Привет Юлька – красивый чистый девичий голос коснулся моих ушей. Это Марина Сорокина, моя закадычная­ подруга. Тоненькая,­ хорошенька­я с кукольным личиком и платиновым­и волосами. Первая красавица факультета­. Мне иногда казалось при взгляде на нее, что она была рождена специально­ для подтвержде­ния крылатого выражения : Мужчины предпочита­ют блондинок. - Привет, Маринка – отозвалась­ я на приветстви­е, не отрывая своего взора от расписания­ занятий. Да и зачем мне поворачива­ться я и так знаю, что Маринка выше всяких похвал, не в пример мне. Среднего роста, средней комплекции­, средней яркости, короче говоря, обычная. Волосы пепельные,­ глаза зелёные, очки на носу. Такие как я не слывут дурнушками­, но и парни таких не замечают. В нашей жизни есть стереотип,­ у таких как я наличеству­ют не дюжие мозги, переварива­ющие большие форматы знаний. Пришлось соответств­овать этому стандарту,­ раз в красотки мне не попасть. Дамы и господа, перед вами самая успешная студентка факультета­, а попросту зубрила и «серая мышь» Юлия Снежная. - Ты чего там разглядываешь? – девичий голос усилился на полтона, значит Маринка наклонилась ко мне - Пытаюсь рассмотреть, какая пара будет следующей, но что-то никак не увижу – поправляя очки, я приблизилась вплотную к самому стеклу, за которым висело изучаемое мной расписание - Ну и как успехи? - Пока ноль открытий, и одни недоуменья - Сегодня не твой день, ведь вчера было объявлено, что занятия по этой дисциплине переносятся на понедельник. - А я не слышала – удивлению, которое я испытала, не было придела. - Ну конечно, ты с умным видом сидела и таращилась в окно. О ком мечтала подруга? - Ни о ком, а о чем – наставительно поправила я ее - Ну и что такое так взбудоражило твой необыкновенный ум и повергло в унынье? - Я хочу слетать на майские к морю, а денег не хватает. Думала где можно перехватить пару-тройку, а может и десяточку тысяч - О, моя дорогая подруга – глубоким низким голосом нараспев произнесла Маринка – я знаю, где зарыт клад и поведаю тебе. Клад находиться на дне этой красной-красной сумки и запечатан в красный-красный кошелёк. Тебе надо сказать волшебное-волшебное слово и клад будет отдан тебе, прямо сейчас. - Какая полезная-полезная вещь красный-красный кошелёк – ехидно передразнивая Маринкин тембр, продолжила я - Слово сестра, слово – сложив в немой мольбе руки, Маринка шептала закатив глаза к небу - По-жа-луй-ста – проговорила я слово, шепча прямо в ухо Маринке, а потом громче добавила глядя ей прямо в глаза – только никому не говори. И в добавлении к сказанному погрозила ей пальцем, сведя брови на переносице. Сумка раскрылась, и красный лаковый кошелёк появился в наманикюренных руках. Вытянув оттуда две купюры нарядного цвета, Маринка поинтересовалась хватит ли мне столько. - Конечно хватит, сегодня же закажу себе билет по интернету и полечу к красному солнышку в гости. Пять дней витамин «Д» будет проникать во все доступные места. Пять дней никакой учебы и учебников. Пять дней нирваны! – я мечтательно закатила глаза, а Маринка некстати предложила пройти на улицу и посидеть с другими сокурсниками на травке-муравке и пропитаться витамином «Д» бесплатно. Пришлось уступить, при этом состроив гримасу недовольства и обреченности на своем лице. Не то чтобы я жила отшельником, вовсе нет. Просто я не очень любила общаться с ровесниками. Это конечно комплексы, но избавиться от них никак не получалось. Прозрачные двери университета выпустили нас в мир залитый сетом и запахами проявившейся листвы. Я любила весну за ее золотистое солнце, за теплоту которую она вселяла в каждого, за длительные выходные…Пожалуй на этом моя любовь к весне заканчивалась. Кругом сновали влюбленные парочки, крепко держащиеся за руки, или обжимающиеся где придется. У меня парня не было. Никогда в моей девичьей жизни. Я даже представить не могла, как это целоваться с парнем и смотреть ему томно в глаза. Конечно, я тут привираю, один поцелуй в моей жизни был, но он не считается. Моя несостоятельность в отношениях с парнями была отличной прослойкой порождающей дополнительные комплексы и лакировала каждый до блеска. Маринка углядела широкоплечую фигуру Петьки Жакова и повернув мысы своих шикарных туфель-лодочек направила их на Петькину спину как на маяк среди океана бушующей зелени. М-да-а это ничего хорошего для меня не предвещало. Там где обретался Жаков неминуемо по близости был Максим Король, или в простонародье Макс. Наверное, от буйства красок я перепутала, на самом деле всё с точностью до наоборот, там где был Макс обретался обычно и Петька. От мысли о встрече с этим общепризнанным красавчиком, у меня крутило живот. Первый красавец факультета, непревзойденный второй ученик на нашем курсе, естественно первым учеником была я, и просто замечательный парень и душка во всех отношениях был моим другом детства. Дружили мы с рождения, наверное, потому что я не помню ни дня без него. Но наша дружба перестала существовать когда нам исполнилось по тринадцать. Фактически нашу дружбу никто не отменял, и мы наверное по-прежнему числимся друзьями, но на самом деле таковыми не являемся. Наверное для того чтобы понять мои путанные объяснения придется начать с самого начала. ** *** Я, Юлия Снежная, дочь очень обеспеченных родителей. Росла я в роскоши и любви в самом престижном районе нашего города. И были у нас соседи живущие этажом ниже и к тому же закадычные друзья моих родителей. Их дружба исчислялась не месяцами или годами, а десятками лет. Еще наши пра-пра дружили семьями, а их потомки и подавно. Чем занимались мои родители по малолетству я не понимала, но их часто не было дома и меня воспитывала бабушка, Аглая Александровна. Родителя мальчика-соседа, того самого чьи родители побратимы мох сквозь века, к тому же моего одногодки, тоже часто не было дома. Бабушка присматривала и за ним. Мальчика того звали Максим Король. Он часто жил у нас и была у него даже своя комната в нашей квартире. Забегая вперед скажу, что она потом стала носить название «гостевой». Мы вместе жили, играли, и ходили друг к другу ежедневно в гости, когда наши родители приезжали домой. Ни одного дня из моего детства я не припомню без Макса. Когда бабушка объявляла о нашем скорейшем укладывании в постель, мы на перегонки бежали в ванную комнату и вместе чистили зубы, пачкая друг друга зубной пастой и потом друг у друга смывали следы наших игр. Потом я брала расчёску и шествовала в свою комнату, а Макс пристраивался за мной. Он помогал мне присесть на стул и брал из моих рук расческу. Мягкими, ровными движеньями он расчёсывал мои волосы, а я в это время о чем-нибудь болтала, развлекая его. Потом приходилось расставаться, но не на долго. Укладываясь по комнатам в постели, каждый в свою мы неминуемо оказывались в одной. Обычно пробирался ко мне Максим, и скребя пальцем по двери давал знак его впустить. Когда он болел, к нему пробиралась я. Нас обоих не останавливало порой даже то обстоятельство, что пробирались друг к другу мы через лестничные марши. Родители или бабушка сначала пытались нам мешать, но потом смирились и найдя обоих в очередной раз у кого-нибудь из нас в постели просто будили без лишних восклицаний. Максим был мне другом, братом, наперсником в шалостях и в наказаниях за эти шалости. В нашей парочке заводилой всегда была я, а Максим легко соглашался на все мои задумки. Но делили наказание мы поровну, хоть в душе я признавала, что на очередную глупость подбила его я и он тут не причём. Потом была школа, которая тоже ничего не изменила. Помню первое сентября и наши с Максом красивые костюмчики, купленные для этого дня. Родители вручили нам одинаковые букеты и бабушка отвела нас на праздничную «линейку». Стоя в строю вместе со всеми ребятами, определенными в наш класс, он аккуратно, но крепко взял меня за руку и шепнул на ухо: - Ты не бойся, я всегда буду рядом - Я не боюсь, просто странно себя чувствую – прояснила я ситуацию, но Макс продолжил - Давай сядем за одну парту и будем так сидеть до окончания школы? - Не вижу препятствий – по-взрослому согласилась я И школьные дни потекли рекой. Иногда нудной, а иногда и интересной. Учились мы оба хорошо, как бы соревнуясь друг с другом. Мне хорошо давались точные предметы, а Максиму гуманитарные. Мы охотно делились знаниями, натаскивая друг друга по слабым предметам, что давало дополнительную фору перед остальными учениками. Так продолжалось до тех пор, пока нам не исполнилось по тринадцать. Максим всегда был красавцем, а тут стал преображаться на глазах. Девчонки провожали его томными взглядами и шептались, когда он проходил мимо них. В тот год у меня погибли родители. Попали в авиакатастрофу. Мы с бабушкой долго оплакивали их, но приходилось продолжать жить дальше. Бабушка это продолжала делать ради меня, ну а я ради бабушки. Я замкнулась в себе, и могла общаться только с бабушкой. Макса я игнорировала, хоть он и пытался до меня достучаться. Родители друга детства решили отвести меня к психологу, и сделали это. Но несмотря на все усилия дорогого психолога положительной динамики не наступало и они недоумевали над этим, хоть исправно отвозили меня к нему. Максим каждый раз сопровождал меня в этих мероприятиях, и тихо дожидался сидя в мягком кресле. После он с упорством осла пытался говорить со мной, но я отмахивалась от него односложными фразами. Совместные подготовки к уроком продолжались, скорее как традиция, нежели как моё желание. Скупость нашего общения давалась мне легко, а о Максе я не думала. Родители часто снились мне, улыбчивые и счастливые, но когда я хотела к ним приблизиться, они отступали на шаг и запрещали мне к ним приближаться. Вот так на расстоянии мы и болтали друг с другом о разном. Чаще говорили о моём замкнутом образе жизни. Я не хотела их огорчать, поэтому просто отмалчивалась. Когда родители покидали мои сны, я каждый раз просыпалась в слезах. Проплакав некоторое время, я посещала душ и затем быстро одевалась и шла бродить по спящим улицам. Обычно сон обрывался часа в четыре утра, и до семи я бродила по улице, вдыхая аромат просыпающегося города. А потом шла в школу, садилась за парту, рядом с Максом и на его встревоженный взгляд, ищущий мой отвечала однозначно и всегда одинаково – я отворачивалась. Время нестерпимо тащилось на переменах и летело на уроках. Пожалуй, я полюбила учебу больше чем нужно нормальному человеку. Она дарила мне покой и отрешенность от моей утраты. Всё остальное казалось мне зыбким и не правильным, только книги и учебники дарили ожидаемую стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Главное учеба меня могла удивить и взбудоражить. Даже уснувшие чувства пытались пробудиться, когда я узнавала какие-то подробности или могла прочесть что-то большее, чем давала школьная программа. Такому погружению в процесс поиска знаний меня косвенно подтолкнул еще один случай. Он был короткий, но емкий по определению моего места под этим солнцем. Мне стало плохо на уроке, такое иногда происходило со мной, от переутомления, или нервного состояния, как определял это психолог, к которому меня продолжали возить. Так вот, это случилось снова и подняв руку я уже знала ответ педагога заранее. Все они так были вдохновлены моими глубокими знаниями, что позволяли мне иногда отлучаться с уроков для восстановления моих душевных сил. Я прошла между партами и тихо выскользнула с занятия, прикрыв за собой аккуратно дверь. Вежливость, это то не многое что обвило меня и не отпускало после смерти родителей. Пройдя длинными коридорами школы и спускаясь по лестнице я услышала девичий разговор. Подслушивать было всегда не в моих правилах, а последнее время я вообще старалась обходить людей за версту. Вот и сейчас, я остановилась и быстро стала обдумывать как бы мне половчее их обойти. Судя по голосам девчонок было двое. К тому же послушав их, я вспомнила кому принадлежали эти голоса. Это были Ира и Катя из параллельного класса. - Кать, я вообще не знаю, что он в ней нашел. Невзрачная, угрюмая, нелюдимая. Макс такой красавчик, такой сладенький, а ходит как тень за ней и в глаза заглядывает. - Ты ж знаешь Ир, они вместе выросли. Словно как брат и сестра. Вот он и испытывает к ней братскую привязанность. - Не знаю, что там братского…Я ехала рано утром в аэропорт вместе с отцом. Мама прилетала из Испании и мы должны были ее встретить. Рань ужасная, я еле –еле глаза продрала. Едим с папой в пять утра на машине по городу и тут видим эту унылую. Едет себе, прогуливается. Руки в карманы засунула и бредет куда-то с опущенной головой. Только я хотела окликнуть эту сумасшедшую и предложить подвезти ее, всё равно в ее сторону ехали, как вижу нашего красавчика, бредущего вслед за ней. Так и проехали мимо. Тут вдруг папа прорезался и спросил не эта ли девочка в одном со мной классе. Пришлось сознаться. Знаешь, он каждое утро ее видит, а следом за ней его. - М-да подруга, что-то здесь не чисто. Такого бы парня да в мои руки, я бы ух… - Катя видимо изобразила то, что она бы сделала с Максом и обе захихикали.- Знаешь Ир, мне он очень нравиться с первого класса, даже не знаю как обратить его внимание на себя - А ты подружись с этой унылой, вот тебе и повод с Максом почаще встречаться. Захаживай там к ней в гости, туда-сюда, ну и… - Это мысль! Освободить бы его от жалости к этой убогой, а там я своё не упущу. - Не ты одна, подружка, а еще человек тридцать-сорок девчонок – захохотала Ира – пойдем в кафе, всё равно физкультуры не будет - Ага, пошли. Каблучки туфель тоненько застучали по ступенькам, выбивая красивый ритмичный танец, а я согнувшись пополам испытала очередной приступ тошноты. Усталость навалилась на меня, и я села прямо на ступеньку школьной лестны. До конца занятия далеко, отдышусь и пойду на свежий воздух. Посидев немного, и успокоив нервишки, я вышла на школьный двор. Параллельный класс, в летней спортивной форме сдавал тренеру забег на «стометровку». Раньше я общалась со многими девчонками и парнями, но сегодня слово «привет» меня тяготило. Я решила сделать крюк и пройти к задней части школьного двора более длинным путём. Достигнув желаемого, я уселась на остатки давно разломанной скамейки и погрузилась в свои невесёлые мысли. По всему получалось, что бродила я по городу под охраной. Спрашивается, чего Максу не спится по утрам? Согласно статистики, научным и околонаучным исследованиям, это что ни есть самый сладкий сон под утро и глубокий. А парень шляется за мной след в след, и при этом не обнаруживая своего присутствия. Наверное, совсем измотался, ведь я блуждаю по утрам уже достаточно давно. Поговорить с ним об этом? Надо же заговорила как психолог. Хрюкая себе в кулак я удивилась такой утерянной способности как смеяться, но похоже это нервное. Я привыкла к Максу, но если объективно на него посмотреть, то он конечно красивый парень. У него была та самая голливудская красота, которая не давала покоя девушкам. Блондин, глаза карие, черные брови дугой, пухлый рот, утонченные черты лица, накаченный торс, высокий рост, и всё это в тринадцать лет. Толи еще будет ой-ой-ой. А что я? Да ни что рядом с таким красавцем. Вполне естественно это вызывает недоуменье, что он рядом со мной делает? Привязала я его к себе, а если б не возня со мной вполне ходил себе на свиданья и целовался с девчонками. Популярность – это важная вещь для становления психики, как говаривал мой дорогущий психолог втирая очередную успокоительную речь родителям Макса и самому Максу. Если постоянно носиться со мной как списанной торбой, то никакой популярности не приобретешь. Пора перестать быть эгоисткой и отпустить закадычного друга в свободное плаванье. В классе, где я училась была только одна парта со свободным местом. Это была парта Марины Сорокиной. Никто не хотел с ней сидеть. Это происходило не потому, что она была очень-приочень хорошенькая и боялись конкуренции, а потому что она была троечница и неудачница. Не был ее мозг предрасположен к таким нагрузкам, да и зачем ей это при такой миловидности и улыбчивости? Парни при взгляде на нее истекали слюной, хоть формы присущие девицам только-только наметились в ее фигурке. К тому же у Марины были богатые родители и одевалась она в соответствии с их богатством. Троечницей она была с первого класса, причем стабильной и единственной. Мне казалось не справедливым, что круглых отличников, таких как мы с Максом знала вся школа, а вот такой уникум как круглую троечницу никто не замечал. Ко всему прочему, Марина была уникумом в квадрате. Такого влипания в мелкие проблемы не испытывал никто. Если собрать их всех и просто кратко записать в «гросбух», то выйдет томов сто, не меньше. То ногу подвернёт на ровном месте, то сумку с учебниками забудет, то при попытках первого перекура в местном туалете директриса неожиданно заявиться, хоть и должна быть в это время «на ковре» у руководства. О Маринкином везении можно говорить и говорить без конца. С самого первого класса и по сей день. Вначале с ней пытались дружить, но потом потихоньку все рассеялись, и девчонка осталась в одиночестве. Невезение – штука заразная. Вот, пожалуй, к ней и пересяду. Она одна, а нас с моими проблемами много. Думаю, мы уравновесим друг друга. Короче освобожу я дружка от его ноши тяжелой, а себя от подружек нежеланных. Тем-более Сорокина мне нравилась всегда, а вот другие девчонки были по барабану. Просидев урок до конца, и за одно большую перемену, я вздохнув побрела обратно в класс. Самым тяжелым в задуманном было объяснить дружку, почему я пересаживаюсь. С другой стороны почему мне объяснять нужно, ведь меня давно никто не считает за нормального члена общества. Вот и поступлю, как не нормальная пересяду без объяснений, только бы Марина была не против. А Марина была не против, и улыбнувшись своей ангельской улыбочкой во все тридцать два зуба, она убрала свою сумку и указав на освободившийся стул ласково и коротко сказала: - Располагайся, чувствуй себя как дома. - Спасибо – в кромешной тишине отозвалась я. Под такую же гробовую тишину я уселась на стул и повесила свою сумку. Все ребята в классе смотрели на меня так, будто я совершаю прилюдно харакири. Или такое же харакири совершает Сорокина. Я оглянулась на Макса. Если взглядом могли убивать, то я бы уже сейчас была мёртвой. Каждый из учителей входящих в класс удивлялся такой перемене, но ничего не говорил. После последнего урока, собирая свою сумку, я услышала робкий голос моей сопартницы - Юля, если ты не против, может посидим в кафе, попьем кофейку…может даже расскажешь почему так поступила…если не захочешь, то просто молча попьем кофейку – последнюю часть фразы пухлые губы Марины вытолкнули почти шепотом. Я раздумывала не больше секунды и ответила коротким кивком согласия. Повернувшись к выходу, я натолкнулась на уничтожающий взгляд Макса. Он, как и всегда поджидал меня, чтобы вместе пойти домой. Конечно, он всё слышал. Подойдя к нему, я просто сообщила: - Мы с Мариной в кафе пойдем, иди домой один. Бабушке я сама позвоню. - Тебе сегодня к врачу. Кафе отменяется – холодно припечатал меня словами к полу Макс - Нет. Это врач отменяется, я иду в кафе – в той же манере заявила я, затем развернулась, нашла глазами Марину и махнула ей, чтобы поторопилась. Кафе находилось всего в одном квартал от школы, и было потрясающе уютным. Мне даже стало обидно за себя, что ни разу здесь не была. Хорошо сегодня подвернулся случай исправить эту ошибку. С Мариной мы заказали по большой чашке горячего капучино с большим красивым куском торта. Ели сначала молча, а потом обе не сговариваясь, посмотрели друг на друга и неожиданно рассмеялись. Потом было всё. Рассказы кто, где был на каникулах, о том кто какие книги любит, и чем увлекается. Моим другом всегда был парень, а как недавно мне стало понятным еще и красивый парень, и такого вот щебетания «по-девичьи» я была лишена. Оказалось это здорово. В какой-то момент я была даже благодарна Ире и Кате из параллельного класса за их недоумение на мой счёт. Так бы никогда и не появилась у меня подруга. С тех пор мы стали неразлучными и закадычными. Мы перезванивались, гуляли вместе, делали уроки, смеялись, ходили на дискотеки. Мир с Мариной расцвел красками и для Юлии Снеговой начался новый этап в ее подростковой жизни. Только отношения с Максом ухудшались день ото дня. В тот самый день, когда я сделала резкий поворот в своей судьбе, вечером заявился Макс. Я сразу поняла, что объяснений мне не избежать, поэтому пригласила в свою комнату, дав знак бабушке, чтобы не суетилась на счет чая. Визит должен был быть кратким. Бабушка удивилась, но даже слова не сказала. Войдя ко мне в комнату, Макс остановился около письменного стола, и постоял так, пока я прикрывала дверь. - Что происходит, Юля? – задал он ожидаемый вопрос - Ничего не происходит. Всё по-прежнему – пожимание плечами и кроткий взгляд. Кто будет после этого нападать? Никто! На то и расчёт. - Ты отказалась от посещения врача, со мной не разговаривала, пришла домой бог знает когда, и по-твоему ничего не происходит? – шипел в моё лицо друг - Ты про это? Всё просто, у меня появилась подруга - Подруга – повторил Макс - Ну да, под-ру-га… девушка, понимаешь? – попыталась я доступно ему объяснить - А я? - Ты по прежнему мне друг. Просто…наверное мы уже немного… не дети…нам надо попытаться подружить еще с кем-нибудь кроме друг друга. Знаешь…там с ровесниками или ровесницами…Попробовать найти себе пару, начать встречаться с кем-нибудь, наконец. Мы подростки, Максим, и весна, гормоны, ути-пути…Ну ты понимаешь, да? – Макс не понимал. Да и кто будет понимать, когда изображаешь из себя соляной столб. - Тебе хочется встречаться? – наконец, спустя время выдал друг - Нет, я пожалуй повременю. А может …и буду…встречаться. Не знаю. – увиливала от прямого ответа я. Пока вроде получалось. - Тогда к чему всё это, раз ты пока не знаешь? Как только тебе станет необходимо…ммм…встречаться, то я пожалуй мог бы…попробовать. Конечно, я не планировал…но если у тебя возникла необходимость, то я…готов пойти на это…хоть это странно и противоестественно, и… Это была пощечина, да еще какая. Нет, даже не так: меня отхлестали по лицу, и больно – вот как это называется. Я даже не девушка для него! Стоп-стоп. А чего я ожидала, мы выросли вместе, он знает меня как облупленную. Конечно я для него не девушка. Ведь о своей половой принадлежности я узнала только сегодня днем, сидя с Мариной в кафе, что говорить о Максиме. Ладно, я это переживу. Главное, чтобы он не связывал себя по рукам и ногам моим присутствием в его жизни. Собрав всю волю в кулак, я спокойно произнесла: - Я думаю, нам надо перестать занимать наши свободные вечера друг другом, и пореже видеться. К психологу я больше не пойду. Готовиться к урокам мы можем тоже порознь – Надо было видеть лицо Максима в этот момент, оно было бледное как мел, и казалось еще одно слово и он меня ударит. Я испугалась и быстро добавила – но при этом мы не перестаем быть друзьями и соседями. Соль, спички, хлеб, если понадобиться можешь заходить без стеснения. Согласен? – мой миролюбивый тон, добавил красок его лицу и мне тоже стало гораздо легче дышать - Хорошо, я никогда ни в чем тебе не отказывал. Я согласен – поджатые максовы губы говорили об обратном, но «слово не воробей, уже вылетело не поймаешь». На следующий день, в классе было оживление. Я это сразу поняла, как только подошла к двери. Да и было чему всполошиться одноклассникам. Макс, сидел за одной партой с красавицей Никой, и заигрывал еще с доброй половиной девушек, веселя их анекдотами. Глаза Макса блестели, красные пухлые губы улыбались. Прав был психолог, популярность – это важно для становления личности. Макс стал не просто популярен, он стал мега-популярен. Он встречался с девчонками, дружил с парнями, постоянно устраивал тусовки у себя дома или на даче. Нас с Мариной тоже звал, «по старой дружбе», но мы отказывались. В нашей дружбе мы с Мариной черпали много удовольствий, и не желали их делить ни с кем. К тому же я стала более раскрепощенной, а Марина лучше учиться. Банальных «дай списать» у нас не было, мы честно готовились к урокам вместе, а потом вместе шли на дискотеку, или в театр, или парк. Нам было хорошо вместе. Бабушка сначала не поняла таких перемен, и приняла Марину сухо и холодно, но потом она поняла, что ее любимая внучка ожила и стала настоящим подростком, отпустила ситуацию. Потом и вовсе стала привечать подружку, одаривая ее ласковыми взглядами. Нам минуло по шестнадцать, и пришла пора определяться в жизни. Выбор учебного заведения, не был труден. Я получила рекомендации в лучшие ВУЗы страны. Выбирай любой. Но тут судьба преподнесла подлянку. Бабушка категорически хотела, чтобы я получила образование совместно с Максом, и была непреклонна в этом. Пришлось ходить туда на подготовительные. Я снова сидела за одним учебным столом с Максом, и это меня не радовало. Я терпела, а не училась. Он заботливо, как и раньше относился ко мне, а меня его забота тяготила. Совсем не потому, что она была мне не приятна, а потому что она была навязчива. Еще несколько лет я не выдержу, но пока не стоило кипятиться, всё переиграть можно в любой момент. Так я и поступила. Сдала экзамены в школе, сдала экзамены в университет, а потом взяла и перекинула документы прямо перед первым сентября в университет, где училась Марина. Приняли меня сразу, ведь у меня самый высокий проходной балл. В самый канун учебного года, ко мне неожиданно заявился Макс. Бабушка и родители Макса были на даче. Я не ждала гостей, поэтому приняв ванну, как была в махровом полотенце, так и открыла дверь. Думала, бабушка вернулась пораньше. В просторном межквартирном холле нашей «сталинки» стоял, опершись на косяк входной двери Максим Король. Он был, мягко говоря, не трезв. Отодвинув меня рукой со своего пути, он вошел в квартиру и закрыл за собой входную дверь. - Привет – фокусируя на мне глаза произнес друг детства – кого ждала? У тебя свидание? Нарядец подходящий, прямо секси. - Нет, я никого не ждала, и тебя тоже - Это минус, но я к тебе зашел, это плюс – подняв указательный палец вверх, заявил Король - Как скажешь, дружище, но к визитам я не расположена. Судя по твоему виду, ты тоже –сухо отозвалась я - Мне тут надо уладить кое-какие дела. Это надо сделать сейчас. - Какие дела у тебя в моём доме? – задала я свой вопрос – ты что-то забыл? Я просто не знаю. Прости. Где поискать? - Моё дело – ты – шатаясь настаивал Максим – я с ним покончу – его шатнуло вперед и ноги послушно понесли его ко мне. Ему оставалось только передвигать ногами. Три шага по полу нашей большой прихожей и он возле меня. Один наклон и дыхание спиртным около моих губ. Один толчок вперед и наши губы соединились. Небольшой упор и мои губы раздвинулись, а его язык оказался внутри моего рта. Захват его рук и я крепко прижата к нему. А потом… он сам без чьей либо воли отлетел к стене нашей прихожей. Как это случилось не понятно, я просто пожелала ударить его об стену, а он взял и сам ударился, да еще как! Вписался в стену, задел картину, взмахнул руками и осел, а сверху картина сама собой проткнулась о его голову и почила смертью храбрых на его красивой мужественной шее. Мне осталось только стоять и моргать, таким странным телодвижениям. Но по всей видимости, закадычный дружок, тоже не понял как это сделал, потому что во все уже трезвые глаза глядел на меня. - Чего разлёгся? Вставай и выметайся из моего дома! – приказала я, свирепея и указывая на дверь указательным пальцем, а она возьми и сама откройся. Наверное, сквозняк. Надо будет балкон закрыть, чтоб не простудиться перед первым сентября. По ногам гулял ветер, а Максим сам собой поднялся с пола, вместе с надетой на него картиной. Да и как красиво встал! Резко, из положения, в котороом обычно сидят йоги, моментально выпрямившись, встал в стойку «смирно». А затем, натянутый как струна, отклонившись всем телом назад под сорок пять градусов, руки «по швам» и на одних пятках вышел за дверь, а она потом с грохотом закрылась. Я озадачено посмотрела на закрытую дверь, и подумала о том, что нужно узнать, где он тренируется, ведь такие трюки не подготовленный выполнить не сможет. Но всё это отмечая, я всё равно была зла. Кухня меня всегда успокаивала, своим чаем, вкусным бабушкиным печеньем, и приятным запахом яблок из нашего дачного сада. Туда я и отправилась, успокаиваться. Жаль только картину, как я бабушке объясню ее пропажу? Выпив три большие чашки чая, съев почти всё печенье и занюхав всё это яблоком, я пошла готовиться к завтрашнему дню, и встрече с новыми одногруппниками. Первого сентября я прибыла в Университет в полном вооружении. Я вызвала себе парикмахера-визажиста на дом. Через два часа я была не просто красавицей, а удивительной красавицей. Платье для первого дня мы выбирали с бабушкой. Оно было простое, но очень элегантное. Голубое с зелеными косыми вставками, цвет которых был на тон темнее моих собственных глаз. На ноги мы подобрали голубые туфли-лодочки и сумку в тон наряду. Вызвав такси я оделась и сбежала из дома. Такси я дожидалась у подъезда. Украдкой поглядывая на окна Макса. Там похоже еще никто не собирался просыпаться. Здорово, мой побег не будет замечен. Да здравствует новая жизнь! Свобода! Такси привезло меня к дверям Университета как раз к первой паре. Расплатившись с таксистом, я быстренько пробежалась по лестнице и вбежала в аудиторию прямо перед звонком. Надо было видеть пораженный взгляд подруги, когда она меня узрела. Я прямиком направилась к ней и уселась рядом на стул. - Привет подруженция! – весело сказанула я, а Маринка широко улыбнулась и кинулась обниматься - Я думала, ты с Королем в Университет пошла, как так получилось, что ты здесь и в одной группе со мной? - Я перебросила документы в последний момент, и перед моими баллами по экзаменам не устоял никто. В виде маленького одолжения мне было позволено выбрать группу. Я выбрала твою. - Ты обалденно выглядишь. Я такой тебя не видела. Мне нравиться…И похоже еще паре тройке парней в нашей группе – подмигнув мне проговорила подружка. Так началась моя новая жизнь. Жаль она была не долгой. Бабушка мне ничего не сказала, а просто поджала губы, когда я объясняла о своем решении. Хорошо иметь такую сговорчивую бабушку. Мне удалось остаться в университете, том котором я выбрала сама. Я наряжалась, строила глазки, даже пару раз сходила на свидание с Петькой Жаковым, пока в один не прекрасный момент в двери нашей аудитории не вошел…Максим Король. Моему удивлению не было придела, так же как и Маринкиному. Осознав новое приобретение нашей группы, я уронила голову на свои руки, чем вызвала обеспокоенный шепот Петьки мне в ухо. - Юля, что с тобой, тебе плохо? - Нет, Жаков, мне не плохо, мне очень плохо – простонала я - Ты из-за этого красавчика так расстроилась? - Этот красавчик мой одноклассник, и учиться он должен в другом Университете – пояснила я - Здравствуйте одноклассницы – бодро поприветствовал Максим, а девушки нашей группы во все глаза смотрели на этого красавца. - И тебе не хворать - отозвался за меня Жаков – и грозно распрямился во весь рост. - Ты кто такой? Юля, Марина, что это за парень? – нарывался Макс. - Это парень Юлии – прояснила ситуацию подружка. - Вот как? – хмыкнул Макс – ладно – повернулся и прошел дальше. Мне потом рассказывали девчонки, что Максим с Петей дрались, а потом вдруг подружились, и вместе где-то развлекались, выпив не одну рюмку горячительной вместе. Жаков со мной стал предельно осторожно общаться, на свидания не звал, но и в помощи не отказывал. Вначале мне было обидно, а потом стало всё равно. Моя жизнь снова встала с ног на голову, вывернулась и выплюнула мне очередную утрату, и на этот раз ею стала бабушка. Автомобильная катастрофа, и бабушки нет. Врачи говорили, что она даже ничего не почувствовала. Зато я почувствовала, и мне было больно. Я осталась одна одинёшенька. Было средство от хандры, и я про это знала. Я снова ударилась в учёбу. Надо отдать должное Маринке, она мне не досаждала и при этом из поля зрения не выпускала. Я не знаю какую богиню благодарить за такую деликатную и умную подругу. Мы в своей жизни ценим тех, кто обладает огромным ворохом знаний, может красиво изъясняться, блеснуть в обществе. Мы восхищаясь говорим «О-о-о, талантище, гений! Бесспорный гений!» и хотим быть рядом с этими всезнайками. Раньше по малолетству я испытывала нечто подобное, и дружила с Максимом, потому что он, как и я был гений. Спасибо судьбе, что свела меня с Мариной Сорокиной, простой троишницей. У нее есть то, что я теперь ценю больше самых красивых и умных слов на свете: верность, деликатность, умение погрузиться в ситуацию другого. В большинстве своем люди предпочитают давить своим опытом и авторитетом, любят давать в приказном порядке советы, упиваясь собой и своими умными словами, которые кидают раздавленному жизнью человеку. А вот выслушать, просто так выслушать, не перебивая, могут очень маленькое количество людей. Их, по моему мнению, надо заносить в красную книгу и оберегать. Вот такой редкий экземпляр был рядом со мной в школе, а теперь и в Университете. Когда, похоронили бабушку, Марина поселилась на несколько дней у меня. Спала в моей кровати, обнимая меня и гладя по голове, всовывая в меня по чуть-чуть пищу, вытирая мои слёзы. И как ей это не надоедало, мне не понятно. Потом был суд над тем мужчиной, который сбил мою бабушку на дороге. Я даже сейчас помню его раскаявшийся, затравленный взгляд, его признание своей вины и твердые извинения передо мной за случившиеся. Хороший дядька, простой и хороший, это видно сразу. Просто попал в неудачное время в не хорошее место, впрочем, как и моя бабушка. Теперь и бабушки нет, и он нормально жить не будет. В тюрьме какая жизнь? Я бы хотела его обвинить, но не могла. Он обещал мне перечислить любую компенсацию, потому что в тюрьме она не нужна. Честно расстроился, когда узнал, что я осталась круглой сиротой, и как уронил свою голову на руки так и не поднял ее до окончания суда. - Прости меня, дочка, я виноват! – всё, что он сказал в своём последнем слове. А потом его увели. Я покинула зал суда вместе с Мариной, Максом и его родителями. Потом пришел ко мне в квартиру дядечка в сопровождении родителей Макса и мне было поведано о больших счетах переполненных деньгами и тому что я смогу этим распоряжаться, но только после того как выйду замуж или буду совершеннолетней. А пока мне выделялось небольшое содержание от доходов компании моих родителей до достижения указанных ограничений. Училась я на бюджетном месте. Еду мне привозил бывший водитель отца и до отказа забивал холодильник. Это был здоровяк под два метра ростом и сплошняком усеянный мышцами. Они у него выпирали везде. На вид ему было около тридцати. На карманные расходы тоже мне выделялась сумма, но совсем не большая. Одежду мне оплачивал всё тот же водитель отца, таскаясь за мной и Мариной по магазинам. По началу я себя вообще никак не чувствовала, а потом поняла что нахожусь в золотой клетке. Всё есть кроме свободы. Максим и его родители, чередуясь, приходили меня проведать, а я их тихо начинала ненавидеть. Под новый год я просто не открыла им дверь, и когда они ушли, смоталась отмечать Новый год вместе с Маринкой и ее компанией. Здорово повеселились все дни напролёт. По возвращении, мне была урезана доля моих карманных денег, а в Университет я стала ездить всё с тем же водителем. Он забирал меня и отвозил. Мало того он еще и ждал меня когда я захаживала в кафешку с Маринкой. Зима была лютой, а в душе у меня было еще холодней. Мне казалось, будто у меня выстудили всё нутро. Мне отчаянно хотелось согреться. И тут родилась идея «икс», уехать на юг. На заграничный юг смотаться будет проблемно, у меня просрочен паспорт, а вот на отечественный, очень даже возможно. Я через Маринку кинула клич по ее друзьям и предложила побыть у отстающих репетитором. Клич был кинут по другим учебным заведениям, потому Макс, следящий за мной неотступно, не знал чем я занимаюсь. Ребята отозвались с радостью. Я подготавливала их к зачетам и семинарам, к контрольным и просто докладам. Платили скромно, но к майским праздникам у меня собралась приличная сумма. Я заказала путёвку в скромный отель на берегу моря с трехразовым питанием. У меня были деньги на прогулки там, а вот на авиабилет мне не хватало немного средств. После праздников ребята мне должны были отдать деньги за репетиторство, поэтому я точно знала, что смогу рассчитаться с Маринкой. Глава вторая Подойдя к группке однокурсников мы их мило поприветствовали и пристроились на травку рядом с ними. Студенты шутили и смеялись. Марина тоже им что-то рассказывала, а я откинулась назад и уперлась согнутыми в локтях руками в прохладную землю. Солнце припекало, вливая по капле мне в кровь прививку витамина «Д», а я от удовольствия закрыла глаза и позволила себе немного расслабиться. - Привет, как дела? – простой вопрос вторгся в мои ушные раковины, и счастье покинуло меня мгновенно. Макс. Максим Король, больше не кому. - Нормально, всё пучком – отозвалась я не открывая глаз. Я не хотела его видеть, совсем не хотела. Он мне напоминал конвоира или тюремщика. - На майские я и родители приглашаем тебя на дачу. Если захочешь будешь жить на своей, но лучше на нашей. Уезжаем второго – вот так без лишних намёков дал понять, что мне разрешается прогуляться под бдительным присмотром моих «опекунов» - М-м-м-м… - мычание это не враньё, а врать не красиво. Всё, сейчас попрошу Маринкин компьютер и закажу себе билет. Деньги заплатить смогу вместе с Маринкой зайдя в банк. Как меня допекли, а? - Марин, дай пожалуйста свой компьютер, надо очень – обернувшись подруга только взглянула в мои глаза, и тут же всё поняла. Молча протянула мне то, что я просила и еле заметно кивнула. Я заказала себе билет на самый ранний рейс, в шесть утра и оплату за бронь предполагалось оплатить в течении сегодняшнего дня. После уроков, за мной как всегда приехала машина. Макс собрался было сесть ко мне, но Марина сказала, что хочет побыть со мной и прогуляться, и он с радостью уступил ей место в машине. Сам быстро ретировался к какой-то блондиночке и обняв ее, схватился за телефон. Я была уверена, что вызывал такси. Девица смотрела на него как на бога, и я отвернулась от окна. По дороге к парку, в котором возжелали погулять, мы заехали в банк, якобы это нужно было Марине, и я смогла оплатить авиабилет. Судя по дате, свобода начиналась рано утром первого мая. Что ж оставалось только два дня. Прогуливаясь по парку мы обсудили как мне незаметно проникнуть в аэропорт. Выходило почти как третьесортном шпионском триллере, но это всё что могли придумать. Марина должна была якобы поехать со мной на дачу. Для этого она вместе со мной приезжала домой и мы вроде бы ложились спать. Но на самом деле спать ложилась одна Марина. Я же тем временем с ночи уезжала в аэропорт. Там должна дождаться регистрации, и прощай наш городок на неделю, здравствуй жаркий юг, и пока еще холодное море. Утром первого должен был приехать водитель, которого, кстати сказать, звали Тимур, а Маринка заспанная и помятая должна была открыть ему дверь. На вопрос где я, она должна сказать, что сплю. Не пойдет же он меня проверять, в самом деле. Может и пойдет, всё зависит от Маринкиных актёрских данных. Хочу сказать, лишь одно: хорошо разработанный план на девяносто пять процентов обречен на успех. Вот и наш был обречен, как ни странно на успех. Но эти несчастные пять процентов…Лучше по порядку. Опуская все подробности нашей конспирации, пристраивания блондинистого парика мне на голову, и переодевания в Маринкино самое «фигуристое» платье, все задуманное свершилось. Я спокойно добралась до аэропорта и даже пара парней не были помехой, когда чуть шеи не свернули. Я забывшись, что одета в платье похожее на удлиненную кофту вылезала вперед двенадцатисантиметровыми каблуками в дверь такси, а потом поняв где у меня платье находится после свершения сего акта попыталась прикрыться, как самая настоящая скромница маленькой дамской сумкой, жалобно сказав «упс!». А, Маринка всегда так делала, когда попадала в неловкую ситуацию. Одернув платье на сколько это возможно в этом фасоне, я гордо прошествовала мимо остолбеневших парней в здание аэропорта. Придя в нужный мне терминал, я почти уже приблизилась к стойке регистрации, как вдруг заметила до боли знакомую фигуру. А точнее две. Одной точно был он, Макс. Первым желанием было убежать, но отступать не в моих правилах. Регистрация на рейс должна была начаться через час. Что ж, надо чем-нибудь себя занять это время и понаблюдать за другом детства. Может оно как-нибудь рассосется? Не рассосалось. Я выпила уже третью чашку кофе, а эта парочка всё стояла и стояла. Причем, девушку я тоже узнала, это была та блондинка, что благоговейно взирала на моего друга детства. Она всё время пыталась до него дотронуться, а Макс это стойко переносил. Нет я не преувеличиваю, уж я то его знаю как облупленного. Объявили регистрацию на мой рейс, а эти двое начали прощаться. Наконец-то! Но не тут-то было. Девушка медлила, что-то говоря Максиму, а тот всё озирался по сторонам и за одно смотрел на часы и хмурился что-то обдумывая. Елки-метёлки, мне не проскочить мимо! Девушка явно хотела поставить красивое многоточие в ее провожании, а Макс точно не хотел. Я же, как третьено заинтересованное лицо, желала на свой рейс и на юг. На секунду мне жутко захотелось чтобы они соединились в поцелуе и…о чудо! Их мгновенно прилепило друг к другу. Девушка обвила руками его шею и прижалась всем телом. Максим же отвел руки назад по подобию крыльев и даже растопырил пальца от усилия. Затем он попытался отстранить свою пятую точку и у него получилось. Странная парочка стояла и целовалась по середине холла аэропорта: парень в позе отстраненности и полёта, девушка повисая у него на шее камнем. Их окружила небольшая толпа и все стали фотографировать их кто на телефон, кто на фотоаппарат. Бедный Максим даже покраснел от натуги, а отлипиться не мог. Уверенная, что теперь ему не до меня, я прошмыгнула к стойке регистрации и быстро отдала документы. И тут всеобщее гиканье меня заставило вздрогнуть. Максим сумел отделаться от блондинки и оглядывался по сторонам. Он точно кого-то искал. И когда его голова в своем повороте разворачивалась в мою сторону, я снова очень захотела, чтобы они с девушкой продолжили свой поцелуй, пока я не пройду регистрацию и не скроюсь из вида. В это самое мгновенье Максим и белокурая красотка как намагниченные снова притянулись друг к другу. Тем временем я прошла регистрацию и спокойно обосновалась у выхода на самолёт. «Свобода нас встретит радостно у входа!» Сидя в кресле в безопасной для меня зоне и ожидая, когда подадут самолёт, я набрала Маринкин номер телефона. - Привет! Как добралась? –затараторила подружка, как будто от этого зависела ее жизнь - Нормально, не без приключений, но всё обошлось – я поведала ей всю историю пламенных поцелуев, а Маринка хохотала как ненормальная. Воображение у нее всегда было хорошим. А потом объявили посадку на самолёт и я улетела в тёплые края, греться на солнышке. Я точно знала, что Маринке не попадёт, потому как она собиралась поехать с друзьями на дачу и «забыть» телефон дома. А я должна была написать Максиму эсэмэску с извинениями и вырубить телефон не дожидаясь ответа. ** ** Хорошо лежать просто так, и впитывать солнечную энергию заряжая внутри себя давно потраченные ресурсы. Это счастье оказаться одной там, где тебя никто не знает, не караулит, не придирается, не контролирует. Я здесь один на один с морем. Но как говориться «все хорошее когда-нибудь заканчивается и пора возвращаться в пансионат. Устроилась я с комфортом, и по не многолюдности с размахом. Еда в местной столовой была питательной и даже местами разнообразной. Мне совсем не хотелось пропускать принятие этой самой еды и встав с шезлонга начала собирать свои вещи. Моих пожиток было не много, и управилась я моментально. Лёгкий сарафан свисал на моей похудевшей фигуре, но так это выглядело даже симпатичнее. Пройдя по набережной и задержавшись на мгновение на красивом сувенире, который собиралась прикупить для Маринки и Макса, наткнулась взглядом на ляпистую афишу. На ней был изображен хрустальный шар, которыми обычно пользуются предсказатели и разными по высоте буквами была написана фраза: «Только один день, великая Ванесса поведает о вашем прошлом и будущем». Судя по адресу это не далеко. Я не знаю, что меня так раззадорило, но я решила пожертвовать несколько купюр, на занавесь моих ушей лапшой. Временем я располагала, поэтому свернула в нужном направлении и через четверть часа была возле видавшего вида шатра. Оплатив нужную сумму, я вошла в шатёр и улыбаясь стала осматриваться. Обычная палатка. В центре стол, покрытый ярким цыганским платком, а на нем хрустальный шар, чётки и карты. За столом сидела средних лет женщина, укутанная в яркую шаль и одетая в простое ситцевое платье. Она вяло посмотрела на меня и разлепив свои красные губы произнесла: - Проходи, не бойся. Я прошествовала к стулу стоявшему с другой стороны стола и уселась на него с видом наивной обреченности. - Что хочешь узнать? Когда жених будет, или может прошлое или будущее? – потихоньку начала отрабатывать свои деньги великая Ванесса - Я хочу всего понемногу, если можно? - Конечно можно – устало произнесла Ванесса и добавила – покажи свою ладонь – я вытянула обе и предоставила их ей на обозрение. Ванесса сначала мельком взглянула, а потом протёрла свои карие глаза ладонью уставилась внимательно их разглядывая. - Почудилось наверное мне. Я на картах попробую – задумчиво нараспев выдала свои подозрения гадалка и раскинула колоду карт в удивительном стройном порядке. Мне ни к чему вспомнились упражнения по математике, но внутренне одернув себя уставилась на карты. - Ничего не понимаю – хватаясь за длинную сигарету машинально сказала Ванесса – этого не может быть. Я была готова ко всему, и уж конечно к ярморочным предсказаниям. Но у Ванессы было такое лицо, что я внутренне содрогнулась и напряглась. После долго молчанья, она вместе с клубами дыма выпустила тяжелую фразу - У тебя были потери, твои родные в мире ином. Но пострадать должна была ты. Они приняли удар на себя. Ты не обычный человек и скоро об этом узнаешь. Твоё прошлое настигнет тебя – карие глаза собеседницы расплывались, а мои глаза щипало, как будто я перезанималась – У тебя будут сложные годы, но всё зависит от тебя. Когда-то ты спасла меня и «долг платежом красен» - от дыма мои глаза слезились, и казалось, что палатка плывёт в пространстве – запомни одну фразу, она приведет тебя в безопасность. Там ты поймешь и познаешь себя. Запомни, девочка: ты похожа на медляк. Так ты встретишь своего проводника. А теперь прощай, мне не следовало в это соваться… Я сидела на набережной и пыталась продышаться. Ну я доложу и табачок у этой дамочки, прошибает на все сто. Вдох-выдох и голова начала очищаться. Ярморочный балаган, ну хоть развлеклась, хрюкнула я себе под нос, встала и поплелась в столовую. Мало народа, это даже здорово, сиди себе как королева за столом и никто даже локтем не пихнёт и под столом случайно ногой не ударит. Лепота такая хоть волком вой. Размышляя в подобном стиле я медленно ела суп и наблюдала за округой. В этот самый момент, когда я поднесла ложку ко рту, чтобы заглотить очередную порцию супа в дверь вошел ОН. Моя ложка с капающим с краёв супом так и замерла на полпути. Брюнет с волосами до плеч, глаза карие, подбородок мужественный, лицо волевое, сложен как атлет, высок ростом. О, это был мужчина! да еще какой мужчина! Я привыкла Максима воспринимать как писанного красавца, но по сравнению с этим «зноем» Максим был просто «тонким инеем», блестит и холодит. Мистер Брутальность прошествовал к своему столу и по-королевски присел на столовский стул. Сделав заказ и дождавшись когда, девушка официантка расторопно, почти бегом принесла ему суп принялся за еду. А я надо сказать, так и сидела с занесенной ложкой, но не донесенной до рта. Моментально пришла фантазия в мою голову. Я, в вечернем платье с бокалом красного вина, иду между столиков шикарного кафе, а за одним из них сидит он, и обжигает меня взглядом. Я вроде как случайно, опрокидываю бокал, и вино проливается ему на смокинг, а я ойкаю и пытаюсь вытереть салфеткой пятно. Глаза в глаза, тело к телу, он берет мою руку, я нее отвожу взгляд. Он мне: - Не стоит беспокоиться – томный голос бередит всё нутро - ах, я так виновата – я ему таким же - Это пустяки - Я готова принять эти пустяки. Мы встречаемся взглядом, и….почему мне никто не принёс свеженалитый из пакета сок? Ну да девушка обслуживает красавца, придется идти самой. А как хочется, чтобы фантазия стала реальностью…Вот она и стала…реальностью. Проходя мимо стола с красавцем меня шатнуло и красный сок из гранёного стакана вылился и потёк на джинсы Мистеру Брутальность. Я испугалась и машинально схватила салфетку, а вместе с ней потянула и опрокину тарелку с его недоеденным супом на уже растёкшееся на джинсах красное пятно - О-о-ой-й-й – шепчу я и прикрываю рот ладошкой - Не…стоит… - лицо парня побагровело и губы постоянно двигаются произнося не слышные звуки и слова. Произнести смог только три, хоть сказано беззвучно было наверное примерно тысяча три – беспокоиться -Последнее слово парень выдавил практически задыхаясь от натуги, с закатанными глазами на багрово-кровавого цвета лице - Ах, я т-ак винов-вата – заикаясь и не зная в какой момент позвать на помощь медперсонал произнесла я - Это…- снова багровость лица, движение губ и ни одного слова - …пустяки - Я готова восполнить эти пустяки и предложить химчистку, во искупления своих грехов. Парень молча взирал на меня, постепенно бледнея и приобретая более естественный цвет лица. А потом вдруг невпопад произнёс: - Меня зовут Юлиан, а тебя как? - Ю..Ю..юли-я – оторопело ответила и даже сделала реверанс - Ты забавная, Юлия. Не надо оплачивать химчистку. Лучше приходи ко мне на свидание. Например завтра в три часа. Как на это смотришь? - Положительно. А где будет проходить свидание? Он почесал затылок и заключил – на восточном пирсе. Уверен не перепутаешь. – Я кивнула, а он встал и был таков. Ночь была душная, я долго не могла уснуть, но когда всё-таки начала погружаться в мир Морфея, где-то на грани между мирами я почувствовала запах табака Ванессы и…яркий свет, пульсация вокруг меня и что-то мягкое окутывает моё тело. Я лечу вперед к пульсирующей точке и оказываюсь…На деревянном троне под балдахином. Солнце жжет землю вокруг меня. В моих силах согнать тучи и проткнуть их для того чтобы на землю пролился дождь, но я вынуждена усмирять свои желания. Рядом на таком же «троне» сидит мужчина с красивым лицом и загорелой кожей. Богатые одежды на нем и мне, подчеркивают цвет нашей тёмной кожи. Перед нами стоит женщина на коленях и о чем-то рассказывает. Мне не хочется слушать, я так устала от этой болтовни. Взгляд то и дело наталкивается на загорелые лица и черные волосы толпящихся вокруг людей. Я чувствую необъяснимое присутствие кого-то или чего-то и мне постоянно хочется обернуться. Но наперекор своим инстинктам я смотрю на черный базальтовый столб с выбитыми на нем законами. Я знаю этот столб сколько живу на свете. Раньше я наслаждалась его мощью и устремленность ввысь. Но не сейчас. Сейчас это только рутина и не более. В самом верху высечен лик царя Хаммурали. Он стоит и общается с богом Солнца. А под ногами небожителей столб воткнутый в растрескавшуюся землю, стонущую под гнётом солнца. Но я ничего не могу поделать, хотя могу. Уверена даже сделаю это. Поеду к берегам Евфрата, сегодня же. А еще этот свербящий мой висок поток не дает мне покоя, как и эта засуха. Я осматриваюсь в направлении, которое не дает мне покоя, и вижу мужчину, молодого и статного. Внешность вполне обычная, если не считать ярко голубых глаз на загорелом лице. Он внимательно наблюдает за мной, это его взгляд просверлил дырку в моем виске. Он улыбается? Неслыханно! - Я, господин, Ануя жена купца Адара. Обвиняю вторую жену моего мужа Небою в колдовстве – я вздрогнула и повернулась к говорившей. Очень часто стали обвинять в колдовстве местных жителей, нашего края. Особенно женщин. Я сосредоточилась на обвинительнице и стала выискивать обвиняемую. Она отыскалась очень быстро. Женщина и мужчина стоящие рядом, так близко, что можно сразу понять о их привязанности друг другу. Женщина была красива и стройна. Мужчина смотрел на нее такими влюблёнными глазами, что только слепой не увидит ниточки пролегающей от сердца к сердцу. Связь, крепкая любовная связь. Это пожалуй настораживает. Когда люди просто влюблены друг в друга чистой любовью, связь любви отражается в их глазах и выплёскивается пучками света в сторону возлюбленного. В какой-то момент, кажется, что множество огоньков осыпали тело возлюбленного. А здесь веревка протянутая от сердца к сердцу. Не хорошо это, ох не хорошо. Пока я размышляла, женщина продолжала свою обвинительную речь. - Мой отец заключил договор о браке. Я принесла его с собой, чтобы вы смогли ознакомиться с ним. – мой муж махнул рукой и стражник принёс свиток – До заключения брачного договора, у мужа была любовница, Небоя – она указала лощеным пальчиком на черноволосую женщину. Но за мной давали хорошее приданое и муж обольстил меня. Я согласилась выйти за него замуж. Мы живём вместе уже три года, но детей у нас нет. Он взял себе еще одну жену, свою бывшую любовницу, и она сразу понесла от него. Небоя – колдунья и я требую, чтобы она возместила мне ущерб моей не плодовитости. А еще я требую развода и возвращение моего приданого. Голова мужчины сделала резкий взмах и его черные как ночь глаза впились в обвиняющую женщину. Небоя, стоящая опустив глаза медленно подняла их и устремила свой взор на меня. Горячая как кровь волна проползла по моим ногам и устремилась к запястью руки. Было отчетливое впечатление, что руку кто-то держит. Меня просили, вот что это значит. Такая же как я. Нет, пожалуй, гораздо слабее. В моих силах ей помочь, но эта «связь» между сердцами мне была неприятна. Я раздумывала, над происходящим погружаясь в свои мысли и не прислушиваясь к обвинениям ревнивой жены. То что это была ревность, не было сомненья. Клочки черного пепла слетали с ее губ и растворялись в воздухе. Выбор, вечный выбор между двумя. С одной стороны ревность, с другой колдовство. Взгляд мой блуждал в поисках ответа и наткнулся на диоритовый столб. И я выбрала. - Женщина, докажи, колдовство и соперница ответит за всё - как я это докажу, госпожа. Я не умею читать в сердцах. Разве бесплодие не является доказательством. У меня нет потомков, которым я смогла бы передать своё наследство, все достанется мужу в случае моей смерти. Это выгодно Небое. - Многие женщины не могут иметь детей и мужья берут себе вторых жен. Это не доказательство. Есть другие? - Я стала много болеть, чего раньше не было - Ты много переживаешь из-за второй жены, вот и болеешь. Есть еще что-нибудь? - Нет, госпожа. - Обвинения не доказали колдовского воздействия. И по закону великого царя Хаммурали, если вина не доказана, то человек не виновен. - Ты свободна от обвинений – возвестил муж, а я посмотрела прямо в глаза Небое. Её губы раскрылись и зашевелились. Слышать я не могла, но теплый ветер Вавилона донёс до моих ушей шелестящие слова: Спасибо…я в долгу…верну Боль в виске пронзила как стрела, я резко обернулась и наткнулась на голубые глаза обрамленные черными ресницами, такие редкие в здешних краях. Я вглядывалась в них и боль усиливалась, а потом солнце стало жечь мою кожу и казалось я вся горю. Всё завертелось, закружилось и я…очнулась. За окном был день и солнце жарило нещадно. Я попробовала оторвать голову от подушки и тут же рухнула обратно. Голова раскалывалась. Кое-как удалось сползти с кровати и добраться до ванной комнаты. Душ облегчения не принёс и я полезла в сумку за таблетками. Пока таблетка подействует я решила полежать немного. За что люблю современную медицину, так за то что написано в инструкции «время воздействия тридцать минут» вот и эффект происходит ровно через указанное время. Думать было больно, но всё таки я вспомнила Ванессу. Табак у нее свирепый, до головной боли довёл, зато сон приснился не стандартный и за это ей спасибо. Прямо костюмированное представление с ней и со мной. Боль почти затихла, и мне захотелось есть. К тому же у меня сегодня свидание и надо подготовиться. Укладка, макияж, воздушное платье, туфельки на каблучках – всё что надо девушке, чтобы достойно встретиться с понравившемся парнем. Я последний раз крутанулась перед зеркалом и побежала на пирс. На парсе стояла одинокая мужская фигура в белой расстёгнутой рубашке, полы которой извивались и рвались вслед за веселым морским ветром. Белые джинсы мужчины выгодно подчеркивали бедра, а черные волосы развивались и били по плечам. Это был Юлиан. Кто мог подумать, но даже имя у него знойное. Я медленно приближалась к этому мужчине-огню, а хотелось бежать вприпрыжку и броситься на шею. - Привет, давно ждешь? – как можно милее улыбнулась я - Привет. Нет, жду не очень долго. Тут хорошо ждать, свежо – продолжил он в том же тоне что были и мои слова. - Что делать будем? – поинтересовавшись я наклонила голову на бок и разглядывала парня - Будем развлекаться. Как насчет пары бокальчиков горячительного и очень горячительного? - Пары? Звучит интригующе – широко раздвинув губы в улыбке, я обнажила все свои зубы. Неделя пролетела как один день, и ни одна минута этой недели не была потрачена впустую. Я влюбилась, и это здорово. Это была не та любовь о которой все мечтают, но по крайней мере было большущее приятие. Так любят костёр ночью, который дарит тепло рукам. Так любят бушующий водопад, дарящий своими водами холодность гор. Так любят пирожные, которые ешь не часто. Да-да, я влюбилась. Конечно, это совсем не то, что я чувствую, например, к Максу. Макс для меня родной человек, и доверить я могу ему всё-всё, но и те чувства, что пробуждает во мне Юлиан, тоже много значат для меня. В последний день нашего веселого маленького отпуска мы в обнимку с Юлианом стояли на берегу моря и любовались закатом. Под утро я улетаю и эти несколько часов я хотела побыть в романтической обстановке. Юлиан мне это помог осуществить. - Слушай, Юля, я тут подумал – он наклонился и потёрся щекой о мои спутавшиеся волосы – может нам и после юга пересечься? Я вполне мог бы заехать к тебе. - Здорово, я буду рада. Приезжай. - Я когда буду в твоих краях, позвоню, и ты мне адресок продиктуешь, ладно? - Договорились…Не порть момент, а. Я тут вся в чувствах от пережитого романтизма, а ты мне про адресок и звонок…эх ты… - вздох был более убедительный чем слова и Юлиан рассмеявшись сильнее обнял меня и развернул лицом к себе. - Романтизм, говоришь порчу? Ну тогда согласно канонам романтики, таким веселым и симпатичным девушкам полагается поцелуй на закате – я серьёзно кивнула соглашаясь признавая правоту его слов, а он прижался своими губами к моим и заставил меня забыть обо всём, даже о романтизме. ** ** - Ну-ну, а ты? – допрашивала меня Маринка на моей же собственной кухне с чашкой чая в руке. Перемены произошедшие со мной за неделю подружкин намётанный глаз отметил сразу. Конечно, помимо красивого загара и туфель на высоченном каблуке, которые я купила сразу же по прилёту в магазинчике аэропорта. - А я ему: ах я так виновата – хохоча рассказывала я и при этом неистово жестикулируя. До самого вечера я рассказывала историю своего отдыха, а глаза подруги горели счастьем и весельем. - Вот бы взглянуть на этого брутального Юлиана, хоть одним глазком. - Я не уверена, что он приедет сюда, ведь это был классический курортный роман, но поверь он того стоит, чтобы на него посмотреть. Уже был глубокий вечер, когда раздался голос дверного звонка и мы с Мариной вздрогнули от неожиданности. Я поплелась открывать дверь. На пороге стоял Максим. Он осунулся за эту неделю и даже сутулился, что за ним никогда не водилось. Его спина была всегда прямой при любых невзгодах. Он коротко взглянул на меня, отлипился от дверного косяка и отодвинув в сторону молча переступил порог моей квартиры. Мне ничего не оставалось делать, как прикрыть дверь и шагнуть в гостиную. Друг детства последовал за мной. - Где ты была? – спокойным тоном поинтересовался Макс. Но его спокойствию грош цена, я это поняла сразу. Когда он был так спокоен, значит готовься к войне. - На юге. Загар в полный рост, я думала это заметно - Хорошо, что не в преисподней – подошел ко мне и неожиданно крепко обнял. Он тяжело дышал и всё сильнее сжимал меня в объятьях. Мне захотелось плакать и в ответ обнять Макса и прижать к себе. На меня разом нахлынули все чувства, но самым главным было чувство потери, потери моего детства. Тогда я могла с Максом делиться тайнами и открытиями. Невзгоды и радости проходили бурно в нашем маленьком мирке. А теперь этого мира нет. Точнее нет нашего общего мира, он развалился на два самостоятельных, его и мой. - Почему так всё не просто, Юля? – задал неожиданный вопрос Максим - Как раз всё очень просто и естественно. Мы повзрослели Макс. - Разве мы не можем общаться как раньше? – еще крепче прижимая меня к себе задал ранящий вопрос друг - А вот это противоестественно – улыбнулась в его рубашку я – если мы будем спать как раньше в одной пастели и родители нас застукают, то тебе придется на мне жениться - Это предложение Снежка? Если так, то я согласен – надо же он назвал меня как раньше, в далёком детстве - Мы не подходим друг другу. Ты мой друг, даже страшно подумать к кому мне бежать жаловаться на благоверного, если я лишусь тебя? - Мне, я с большим удовольствием перемою косточки Максу – от дверей в гостиную донёсся Маринкин веселый голос. Я с трудом разомкнула свои объятья и выпуталась из рук Максима. - Пойдемте пить чай, на кухню. Я с собой вино привезла, может кто им соблазниться – и ни на кого не смотря я первая протопала в предложенном направлении. Попивая чай, я выслушала рассказ Максима и Марины о минувшей недели и ужаснулась. Второго числа как и было условлено заранее, за мной приехал Тимур. Наткнувшись на Марину и ее обстоятельные объяснения о моем отсутствии, он вместо того чтобы позвонить по телефону и доложить, взял да и поехал на дачу. По дороге с ним случилась авария. Ничего особенного, просто машину немного поцарапало. Мужчина, который ехал в другой машине, и которому не повезло врезаться в тимурину, был обходителен и вежлив и даже готов был заплатить за нанесенный ущерб. Разошлись они мирно, и тот даже на всякий случай оставил визитку Тимуру, если тот надумает чинить машину за его счет. Когда Родители Максима узнали о случившимся, маме стало плохо, а папа переполошился ни на шутку. Найти меня нигде не могли и испугались еще больше, пока я не прислала эсэмэску, о том, что жива. Но покоя это не принесло, и попробовали разыскать меня через службу безопасности папиной, а вернее теперь уже моей фирмы. Данные пришли очень скоро и мама всё порывалась лететь на юг забрать меня. Но папа и Максим ее остановили. Один из работников службы безопасности остался на юге, и каждый день присылал отчеты о моих действиях. На всякий пожарный случай пробили личность Юлиана. Вот такой у меня замечательный отдых под присмотром. Погуляла называется. - Что у тебя с этим Юлианом? – осведомился по дружески Макс – «долго и счастливо» или курортный роман? - Скорее второе, хоть от первого я не отказалась бы – усмехнулась я - Понятно. Тебе завтра восемнадцать исполняется, как отмечать будешь? – поинтересовалась подружка - С вами буду и больше ни с кем. Приглашаю сюда, а если хотите то в ресторан - Сюда – в один голос сказали друзья - После, ты должна будешь приступить к делам отца. Если хочешь, я могу нанять управляющего – предложил Макс, а я широко улыбнулась - Да хочу. Найдите толкового, и не вора. - Слушаюсь моя госпожа – шутливо приложив правую руку к сердцу, в коротком поклоне произнёс Макс. - Может хватит чай пить, за полночь уже, пора приниматься за горячительные напитки – хохотнула Маринка, а мы ее поддержали. Лучше бы я их выпроводила и пошла спать. Вонь стояла ужасная. Я продиралась через тюки, которые выгружали матросы на берег. Ну кто мог подумать, что придется сюда тащиться да еще и с таким маленьким отрядом рыцарей. Моё платье висело грузом на моих плечах. Оно было слишком тяжелое и ужасно роскошное для такой…среды. Туфелька уперлась во что-то. Шевалье Бриньон оказался рядом моментально - Мадам, чем вам помочь? - Я кажется во что-то вляпалась, помогите мне очистить мою туфельку. - Подождите мадам, я сейчас. – Жуль Бриньон помог снять испачканный предмет и растворился в воздухе, а мне пришлось присесть на какой-то тюк. Вечно со мной так. Жуль никак не появлялся и чтоб немного развеяться я стала рассматривать суда, причаленные к берегу. Грязные матросы не оставляли меня вниманием, но мне было всё равно. Кто они и кто я. Прохладный осенний ветер забившись в мои распущенные волосы перебирал пряди, укладывая их в желанном для него порядке. Громкий окрик заставил меня вздрогнуть и оглянуться. По палубе грубой работы лодки шел светловолосый мужчина. Косая сажень в плечах и удалый рост, придавали его облику свирепость. Он заметил нашу небольшую группу и подойдя к корме облокотился на нее, и стал разглядывать меня не стесняясь. Не люблю я викингов, хоть режь меня. Мои подруги считали этих варваров удивительными. Прям придел мужской красоты, мужественности и силы. А по мне это были просто грязные солдаты. Наверное мои мысли отразились на лице, потому как мужчина на палубе изменился в лице. Льстивой и масляной ухмылки больше не наблюдалось, а была злая гримаса. Надо бы отвернуться, чтоб беды не случилось, а может и не надо. К нему спиной поворачиваться всё равно, что к волку. Разорвет на куски и шевалье не спасет. Ледяной взгляд скользил по моей фигуре в верх- вниз и оставлял на моём теле отпечатки боли. Было полное ощущение побоев. Я знала, что взглядом можно сделать многое, даже не надо особенно затрачивать силы на стабилизацию, но оградить себя от этих болезненных прикосновений и отвести этому викингу глаза никак не получалось. Забыв о своем слове, данном бабушке не колдовать на глазах у людей, я щелкнула пальцами и прошептала слова заклинания непроницаемости. Взгляд викинга был полон удивления, когда его болезненные посылы стали наталкиваться на невидимый «пузырь» ограждающий от воздействий любого рода. Даже моряки по инерции пытались обойти меня и натыкаясь на препятствие обходили его. Иногда мне хотелось, чтобы этот магический щит присутствовал вокруг меня на праздниках, которые устраивал мой отец. Он так желал выдать меня замуж, что весёлая кутерьма стала повседневной для нашего дома. Кто-то приезжал, уезжал, приветствовал, целовал ручки, ел, пил танцевал. Их лица не запоминались. Сплошная тягучая масса. Мне уже восемнадцать и в мои годы мама уже была сама мама. А я вот ни как. - Харгед, хватит красоток разглядывать – крикнул кто-то зычным голосом, и викинг обернувшись улыбнулся широкой довольной улыбкой подходящему к нему. Это был высокий молодой человек, с отменной фигурой и светлыми цвета пшеницы волосами. Карие глаза лучились при взгляде на викинга. - О-о-о, Жак, дружище какими судьбами здесь? – протянул руку для рукопожатия викинг - У меня здесь встреча – особо не распространяясь отозвался молодой человек – что привез на этот раз? - Я был в Малороссии и привёз рабынь. Все красавицы. Хочу сорвать большой куш. Был еще у бритов и удалось немного подзаработать. Хочу здесь на территории франков осесть. - Наверное на нормандских просторах желаешь поселиться? Там давно проживают Ваши. Но так просто не получиться титул купить. Женитьба всё может решить. - За этим дело не станет, любая будет моя – захохотал во весь голос этот самый Харгед - Не уверен, вон та красавица от тебя даже отворачивается – подразнил друга Жак, а мне захотелось сквозь землю провалиться – Хороша, ничего не скажешь. Если бы не дело, и его неотложность я задержался бы здесь и поухаживал за красоткой – продолжил Жак, существенно понизив голос. Но для меня щелчок пальцами не проблема, и громкость значительно увеличилась. Магия наше всё. Отвела взгляд от разговаривающих я очень вовремя, ко мне приближался Жуль. Я быстро сняла магическую защиту и встретила Жуля улыбаясь во все тридцать два зуба. Бедолага даже смутился от такого приема и заикаясь начал объяснять причины своей задержки. Слушала я его в пол-уха, потому что на мой затылок нещадно сверлил чей-то взгляд. И я даже знала чей. - Жуль, давайте продолжим движение – нетерпеливо предложила я и почти силой потащила шевалье к месту назначенной встречи. Легкое элегантное судно под красивым названием «Небо» был пришвартован у дальнего пирса. Это было место стоянки судов богатых горожан и крупных торговцев. Матросы здесь были более ухоженные и приветливые. Жуль взял на себя переговоры с теми кто присутствовал на корабле. Но видимо его английский был не так хорош, или матрос был не особенно умен, но разговор затягивался. Глубоко вздохнув, я щелкнула пальцами и магическая нить окутала матроса, подчиняя полностью моей воле. Я конечно же повелела ему отправиться за капитаном и сделать это быстро. На середине фразы Жуля, матрос встал по стойке смирно развернулся на сто восемьдесят градусов и бросился по палубе. Через две минуты перед нами стоял сам капитан с недоеденной ножкой курицы в руке. Шевалье так обрадовался, что начал объяснять о цели визита. Капитан нахмурился, но увидев меня галантно спрятал недоеденный окорочок за спину и улыбнулся. В это самое мгновенье на палубе появился еще один человек. Я даже вздрогнула от удивления. Перед моим взором возник тот самый молодой человек, который разговаривал с неприятным викингом. - Здравствуйте, мадам, рад приветствовать Вас на корабле – лучезарно улыбнулся молодой человек – что привело Вас сюда – воспитанность, так и лезла во все щели этого статного тела - И я приветствую, Вас – небольшой поклон согласно этикета заставил вырез моего платья неприятно увеличиться. Но ничего не поделаешь, такова мода и таковы приличии, поклон обязателен. – меня привело женское любопытство, мсье. Мне интересно послушать про «Войну святого Саввы» в Сен-Жан д’Акр. Мне докладывали, что Вы про эту ситуацию знаете лучше, чем кто-либо другой. Прошу удовлетворить моё женское любопытство. Светловолосый так на меня посмотрел, что мне сразу захотелось провалиться сквозь землю. Я конечно понимаю, что отец присылая меня на тайную встречу, хотел сбить с толку папских соглядатаев, но так шокировать человека даже не в его правилах. Надо отдать должное этому рыцарю, он быстро справился с удивлением. - Добро пожаловать, мадам, я поведаю Вам всё, что вы хотите узнать. Капитан, который всё это время стоял в одной и той же позе неожиданно отлип и распорядился перекинуть нам трап. Пройдя по этой ровной и широкой доске, я легко соскочила на палубу, опершись на руку Жуля. Нас препроводили в каюту капитана, где усадили за стол и вкусно накормили. Затем была беседа обо всём и ни о чем, после чего капитан раскланявшись удалился, прихватив с собой Жуля. Мы с рыцарем остались наедине. Галантность слетела с его лица как последний лист с дерева осенью, и он невозмутимо и жестко заговорил: - Не думал, что на такое опасное задание пришлют девчонку. Вы давно перестали с няньками ходить? - О, да, но вы такой грозный, что мне прямо сейчас снова захотелось к ним. Прямо сейчас готова лишиться чувств, вот только не знаю, куда красивее будет упасть. Как вы думаете мне встать и приложив руку ко лбу упасть около стула или во избежании порчи платья упасть в обморок прямо здесь в кресле? – съехидничала я, а он смотрел на меня как на умолишенную. Похоже господин не обладает таким достоинством как чувство юмора. Ладно, придется смеяться в одиночку, и в слух продолжила – А как вы думаете, я сильно себя компрометирую находясь с Вами здесь наедине. Я девушка благородных корней и вы – тевтонский рыцарь, который женщину видел раз в год, и то между походами? Мне кажется, моя репутация страдает, и снова хочу к нянькам. Знаете, там слезу пустить, за утраченную благодетель – я совсем не благородно хрюкнула себе в кулак, а потом и вовсе захохотала во всё своё горло. Тевтонец был, как струна натянут, и весь его вид выражал крайнее смущение от такого положения вещей. Но когда он понял, что я просто над ним смеюсь, покраснел и холодно выплюнул мне не лицеприяную фразочку. - Я вижу прислали мне на встречу не умного и ловкого проводника, а глупую гусыню. Ох, как же я разозлилась, а злиться мне противопоказано. Я скрестила указательный и средний пальцы левой руки, для того чтобы усилить эффект силы и щелкнула пальцами правой, перед этим одними губами произнеся заклинание «уздечки». Тевтонец вместе с креслом стал подниматься в воздух, медленно и потому не сразу для него ощутимо. Он так сверлил меня карими глазами и увлёкся процессом, что опомнился только когда его стопы стали вровень со столом. Он удивленно посмотрел по сторонам, а затем на меня. - И это всё – его пухлая нижняя губа надменно искривилась – ладно, будем считать, я впечатлён - Нет, мсье, я привыкла доводить всё до конца. Желаю получить Вам истинное удовольствие – я хищно улыбнулась и щелкнула пальцами, а стул под Жаком упал на пол. Висящий в воздухе блондин даже не вздрогнул. Хорошо господин-невозмутимость сейчас тебе придется весело. Я дернула рукой, как будто подсекла кнутом и тевтонец резко перевернулся вверх ногами. В такой позе он прибывал не долго. Я начала его переворачивать, ускоряя вращение. Затем резко остановила его в вертикальном положении начала бросать его от одной стенки каюты до другой. Я развеселилась и захохотала. Остановив перемещения я плавно обвила вокруг своей головы рукой и мужчина поплыл медленно по комнате из угла в угол. Когда он проплывал мимо стенки, к которой упало его кресло, я щелкнула пальцами левой руки и кресло встало в нормальное положение и через секунду в него был сброшенный с высоты красавчик. При касании его мягкого места седалища вспыхнули искры и зашипели в воздухе, угасая. - Ну как вы себя чувствуете? Я подумала, что раз я гусыня, то вы вполне сойдёте за кабана, которого жарят на вертеле – тевтонец молча и неприязненно смотрел на меня. По всей видимости, когда раздавали при рождении таланты, юмор выпал из списка. – Очень не вежливо не отвечать даме, или Вам снова … - я приготовилась щелкнуть пальцами, его торопливый голос остановил моё движение. - Простите меня мадам, я забылся – он немного помолчал, а потом продолжил – дело очень серьёзное и его надо обстоятельно обговорить, но после…танца по всей каюте, у меня кружится голова. Разрешите прийти в себя и мы продолжим. - Хорошо – коротко ответила я и взмахнув кистью правой руки заставила тазик для умывания подлететь к рыцарю. – если Вам будет плохо, не стесняйтесь… - и вежливо жестом указала то действие которое вполне могло произойти после такого верчения. Рыцарь промолчал. Я смогла расслышать только скрип зубов. Прошло немного времени, и румянец стал возвращаться на щеки блондина. - Я вижу Вам лучше, поэтому продолжим обсуждать наши…дела. - Да, я готов. Прибыл я сюда по распоряжению приближенных Магистра Жака де Моле. Последние четырнадцать лет возродили могущество Ордена Тамплиеров, и изгнание, которое мы пережили, укрепило наш дух и веру. Орден возродился. У нас есть средства на снаряжение новых крестовых походов, но политическая ситуация не стабильна. Наши доверенные лица при Папе намекают на неопределенность в поведении его святейшества. Так же есть определенные опасения, вызванные многочисленностью нашего ордена и возможностью притянуть под свои знамёна наемных солдат. К тому же европейские монархи, не упускают нас из поля своего внимания. Папа, хочет объединить тевтонцев с мальтийцами, Магистр не согласен. Жак де Моле собирается переговорить с епископом и Папой. Мои братья обеспокоены возможностью отрицательного ответа и тех требований, которые хочет частично удовлетворить Клемент пятый. Затронуть Орден они не посмеют, но большей частью храмовного золота придется поделиться. Это отодвинет наши планы на крестовый поход. Чтобы предугадать дальнейшее развитие событий, мы тайным советом решили вывезти часть золота и спрятать. Если с Магистром прибудут солдаты папы, то все смогут убедиться в том, что слухи о нашем несметном богатстве сильно преувеличены. - Значит Вы для этого разыскали моего отца и вспомнили про его долги вашему Ордену? - Да, он обладает иммунитетом, как посол в ряде стран, через которые проляжет путь золота. К тому же слухи о том, что его дочь обладает удивительными талантами, подтвердились. Я не имею ввиду таланты красоты и красноречья, но в остальном мы готовы пойти на некоторое попустительство и воспользоваться вашим даром во благо, которому мы служим. - Это вы намекаете на сделки с … - Нет-нет, я просто прошу Вас принять в этой миссии участие и выполнить ту часть договора, которую должен выполнить ваш отец. - Вы, прямо сейчас на это решились? - О да, я не устоял от такой…демонстрации. Вы вполне сможете отдать долг отца и мы больше никогда не побеспокоим вашу семью. Его лицо источало честность и открытость. Уверена, что именно по этому переговоры о возврате старых долгов ведет именно он. Красивый, уверенный честный. Он, наверное, всегда держит слова. Конечно, я ему верю, но при этом я совсем не доверяю его окружению. На сговор всё равно придется идти, ведь в противном случае пострадает весь наш род, а не только отец, вошедший в обязательства перед таким могуществом. Я согласилась взять на себя долг отца и на этом мы распрощались. И в сопровождении своей охраны пошла домой. А там меня ждал сюрприз… - Нет-нет, отец! - кричала я доказывая свою правоту и в разгар этой сцены кто-то на ухо мне сказал - Снежка успокойся, ш-ш-ш-ш. Я здесь я с тобой - и я обернулась и открыла глаза - Жак? Что ты тут делаешь? – удивилась я - Ну всё допилась! Я - Максим Король, твой друг детства, а-у Земля-Земля, приём… - Так это был сон? Фух, а всё как по настоящему – проговорив это я плюхнулась снова на подушку – А ты что тут делаешь в моей постели? - Охраняю твой сон. Между прочим, ты спишь уже больше двадцати часов. Я и не думал, что ты так слаба к алкоголю. Больше не позволю даже каплю выпить крепостью больше нуля градусов. Глава третья Жизнь текла обычным чередом. Вылазки в кафе с Маринкой на время прекратили­сь, надо было сдавать сессию. Как бы я хорошо не училась, но от меня тоже требовалис­ь определенн­ые усилия для плавного перехода в стадию каникул. Мы втроем оккупирова­лись в моей квартире и готовились­ как сумасшедши­е. Результато­м таких неимоверны­х экзекуций над нашими телами и душами стала «на отлично» сданная сессия у нас с Максимом и без троек у Марины. Мы приняли такое положение вещей как должное, а подружка не в пример нам прыгала от радости. Удачно сданную сессию было решено отметить кофе и пирожными. Уютное кафе недалеко от Университе­та встретило нас будоражащи­м запахом кофе и ванили. У меня начался чрезмерно ускоренный­ процесс слюноотдел­ения, что говорить я практическ­и не могла. Все мои рецепторы пришли в активную фазу и вполне могли сотворить со мной злую шутку, если бы я немного помедлила. - Сюда – коротко приказала Марина и плюхнулась­ на кресло. Мы последовал­и этому указанию и водрузилис­ь на свободные стулья. Очень быстро к нам подошла официантка­ и мы, перебивая друг друга сделали заказ. Вкушая пирожные и теша свою душу сладким кремом я слушала Максима, тем более меня это на прямую касалось - Мужчина хоть и молодой, но специалист­ хороший. Иван Иванович пробил его по своим каналам, и ничего особенного­ не нарыл, кроме идеального­ послужного­ списка и влиятельны­х рекомендац­ий – заглатывая­ чуть ли не целиком пирожное, проговорил­ Макс. Если Иван Иванович не заметил ничего особенного­, тот тип просто идеал. Наш начальник службы безопаснос­ти и по совместите­льству хороший друг деда был бывшим сотруднико­м комитета государств­енной безопаснос­ти. Когда дедушка погиб при не выявленных­ обстоятель­ствах, он сделал всё, чтобы найти преступник­а и нашел. Преступлен­ие было идеальным,­ и если бы досталось обычным пусть даже и хорошим следовател­ям, то убийца никогда не был бы найден. Там была одна единственн­ая деталь, на которую никто не обратил внимание. Ухватившис­ь за нее и создав в буквальном­ смысле из одной косвенной улики целое дело, Иван Иванович нашел не только убийцу, но и заказчика. Им оказался первый заместител­ь деда. С тех самых пор, каждый, кто претендует­ на мало-мальски руководящи­й пост прокручива­ется, проворачив­ается и через сито просеивает­ся Начальнико­м нашей службы безопаснос­ти. - Одна единственн­ая запятая у этого соискателя­ всё-таки есть, он не умеет водить. Его машина столкнулась с твоей второго мая. Это с ним разговаривал Тимур. - И как его звать величать? – проглотив третье пирожное и запив второй кружкой кофе поинтересо­валась я - Максимилиа­н Новак - Он что поляк? – задала вопрос Маринка вклиниваяс­ь в обсуждение­ - Древние корни по линии отца. С отличием окончил школу, поступил в российский­ университе­т закончил экстерном. Зачислен со стипендией­ в Йельский университе­т на факультет бизнеса. Ему предлагали­ устроиться­ там, и некоторые крупные компании делали на него запрос, но он отказался и приехал в Россию. - Кандидат что надо. Когда нужно встретитьс­я с ним? – интерес в моём мозгу разгорался­. Я уважительн­о относилась­ к людям обладающим­и целеустрем­ленностью и глубокими знаниями. - Отец, как твой первый заместител­ь уже переговори­л с ним. Заочно согласие обеими сторонами было дано. Осталось дело за малым… или за малой – хихикнул Максим. Игра словами, была одним из его любимых занятий, но сейчас она меня раздражала­. Встретитьс­я с этим управленце­м я могла в любое время, осталось только назначить встречу. Я было уже раскрыла рот, как мой телефон лежащий на столе зазвонил. - Алло, я Вас слушаю – рявкнула я в трубку - Привет, Юля, это Юлиан. Помнишь еще меня? - Конечно, где ты? Ты в городе? - Да приехал, решил с тобой встретиться. - Давай прямо сейчас, расскажи где находишься? Нет лучше возьми такси и приезжай в кафе «Анжелика». - Будешь смеяться, но я как раз на противоположной стороне улицы, если у вас в городе нет двух таких кафе. - Отлично, тогда смело входи, кафе у нас одно. Через пять минут в кафе зашел высокий загорелый брюнет в элегантном костюме. Все девушки в кафе обернулись и уставились на это чудо природы. Сказать, что я испытала гордость это значит не сказать ни чего. Я встала из кресла и махнула ему рукой. Улыбка тут же появилась на лице Юлиана и он направился к нашему столику. - Здравствуйте – подойдя к нам улыбаясь сказал Юлиан. Максим напрягся и скрывая злобу высветившуюся в глазах улыбнулся почти добродушной улыбкой. Артист, ему в театральный с такими талантами. Марина же напротив вся подобралась и просияла не только всем лицом, но сложилось впечатление, что всем телом. Я же поторопилась представить подошедшего: - Ребята это Юлиан, мы познакомились с ним на юге - Знакомься Юлиан, Марина и Максим. Официантка тут же принесла кресло, в которое уселся Юлиан и встала в стойку «смирно» готовясь записать заказ. - Кофе со сливками и пирожное на Ваш вкус –улыбаясь сделал заказ брюнет. То как смотрел на него Максим мне не понравилось. Конечно для не посвященного, друг детства был сама доброжелательность, но в том то всё и дело, что Макса я знала как облупленного и его поведение вызывало внутреннею досаду. Завязалась беседа обо всём и ни о чем. В таком мерном и вызывающем бешенство ритме прошли добрых полчаса. Когда я уже начала потихоньку закипать, Максим предложил показать Юлиану город. Такой муки я могла и не пережить потому резко встряла в диалог: - Я сама покажу город и даже провожу в гостиницу. Думаю пора расходиться. Завтра я приеду в офис и мы уладим наши дела. Хорошо? Твой отец сможет со мной встретиться? - Да конечно, ты же знаешь на тебя любой из Королей найдет время. - Хорошо, тогда до завтра. Юлик, ты готов к осмотру достопримечательностей или отложим сие на завтра? - Я хочу увидеть город, с большим удовольствием. - Ладно. Ребята пока и до завтра. - Пока – не очень дружно ответили мне Максим и Марина. Прогулка по городу вышла замечательная и провожая Юлика до гостиницы немного переживала на счет нашей следующей встречи. Мне отчаянно хотелось новой встречи, но сама я предложить ее побоялась. Вдруг Юлиан развернулся и механическим голосом произнёс - Может встретимся завтра? Или встретим «завтра» вместе? Я опешила, и минуту другую просто так хлопала глазами. Потом мозг всосал и переварил полученную информацию и я кивнув согласилась. С этого дня началась моя новая жизнь. На утро, еле разлепив глаза, я помчалась в душ в номере Юлиана. Выйдя, я быстренько привела себя в порядок и позвонила Максиму. Тот подтвердил встречу с соискателем и пояснил, что она состоится в двенадцать часов по полудню. У меня было еще пять часов в запасе и я вернулась в постель к Юлиану. Хорошо, что я так сделала, хоть с толком скоротала время до встречи. Позавтракав и пообедав одновременно, я вызвала такси и поехала на встречу. Юлиан тоже пошел по своим делам, и мы условились снова увидеться в гостинице вечером. Знакомые двери встретили меня пиканьем турникета. Пришлось охраннику объяснять, кто я такая и зачем прибыла. Осмотрев меня сверху вниз насмешливым взглядом, парень с надписью «секьюрити» на спине подошел к переговорнику и насмешливым голосом сообщил, кто требует встречи с первым заместителем. После минуты молчания, замерев с трубкой в руке, его лицо стало постепенно переживать изменения. Эмоциональная окраска была выше всяких похвал, и когда парень положил трубку и взглянул на меня в его позе и лице присутствовали крайне подобострастные оттенки. Поздно парень, ты сегодня же будешь уволен, подумалось мне. Обладая врожденным чувством справедливости, такое пренебрежение к простым гражданам я простить не могла. Встречал меня Иван Иванович собственной персоной. Его радостная улыбка осветила всё лицо. Я тоже скучала по этому старикану и потому просияла не меньше. - Юленька, девочка моя. Как дела? Слышал, успешно закончила первый курс. Ты всегда была умницей. И какая же ты красавица! - Спасибо Иван Иванович, Вы я смотрю тоже хоть куда! Как здоровье? – спросила я, обнимая бодрого старика. – Иван Иванович, а охранники у вас много зарабатывают? - Не «у вас» а у тебя, девочка. Да у них самая высокая зарплата во всем городе на порядок. – удивленно ответил начальник безопасности. Я подошла, перегнулась через стойку ресепшен и сощурив глаза прочитала на металлическом жетоне имя охранника. Потом выпрямилась и спокойно обратилась к парню: - Константин Андреевич, за вашу заносчивость и высокомерие к приходящим в фирму гражданам, я вас увольняю. Парень вздрогнул и побледнел, а Иван Иванович резко вскинул голову и метнул на парня строгий взгляд. Тому совсем поплохело. Уверена, выйдет парень отсюда с наихудшими характеристиками, и работы в городе ему не видать. Жестоко? Нет, обычные простые граждане ни в чем не виноваты перед этими заевшимися парнями. В этот самый момент я почувствовала на своем затылке сверлящий взгляд. Это длилось мгновение и резко обернувшись, я не успела его перехватить, но холод, прошедшийся сверху вниз по позвоночнику внес смуту в мою душу. Откинув в сторону это чувство я взяла под руку начальника охраны и прошла в богато отделанные коридоры теперь уже моей фирмы. Наверное, этот незначительный эпизод в моей жизни и запустил ту мощную машину странностей и непонятностей, которые мне предстоит еще ощутить на своей шкурке. А пока я шла в кабинет первого зама и улыбалась. Жизнь была прекрасна и удивительна. Постучав в косяк двери и затем отперев ее я в сопровождении Ивана Ивановича вступила на начищенный до блеска пол приемной первого заместителя. Дав знак секретарю Иван Иванович провел меня дальше, в святая святых и сердце моего холдинга. Игорь Петрович Король, отец Макса был красивым мужчиной и в свои сорок два года вполне мог соревноваться с молодыми да ранними. Получив прекрасное образование, он не задумываясь встал на вторые позиции в фирме отца, хоть вполне мог и сам создать бизнес. Такая дружба и преданность поражала. - Юлия, деточка заходи-заходи – радушно сказал хозяин кабинета - Поздравляю тебя с окончанием первого курса. Подарок будет завтра. Небольшие задержки. - Какой подарок дядя Игорь? Я ведь только год закончила а не университет. - Ничего-ничего, девушек надо баловать – по-стариковски отозвался на мое замечание папин друг – Чай, кофе? - Кофейку, если можно – сморщив нос улыбнулась я. Игорь Петрович распорядился, а тем временем рассматривалась. Дела в фирме похоже шли не плохо, раз такой богатый кабинет был у отца Макса. Даже интересно посмотреть на кабинет моего отца, а в последствии бабушки, когда родители погибли. Надо будет зайти на экскурсию. Дядя Игорь подошел к дивану на котором я сидела и присел рядом. - Девочка моя, если тебе что-то не понравится в кандидате дай знать. Он уже пришел, мне сообщили, посиди здесь в сторонке и посмотри-послушай. Если устроит, то кивни. - Ладно, как скажете дядя Игорь. Через пять минут дверь отварилась и секретарь привела в кабинет посетителя. Это был высокий широкоплечий мужчина лет двадцати семи – тридцати. Внешность была обыкновенная, но вот повадки выдавали в нем хищника. Вполне такой и нужен на посту руководителя. Уж конечно не чета мне. Он приветливо со всеми поздоровался, но не сделал ничего недозволенного, всё согласно этикету. Такая педантичность во мне всегда вызывала уважение, ведь по своей сути не могла находиться в любых рамках установленных обществом, а могла прибывать только в своих. Нет-нет на стол во время еды ноги не клала, но и такой вышколенностью не страдала. Беседа между мужчинами протекала в дружественной обстановке, что не удивительно ведь у них была общая тема для разговора, а я тем временем прибывала в задумчивости. Вполне возможно я всё-таки задремала потому, что звон бьющейся чашки заставил меня подпрыгнуть на диване. Все в кабинете уставились на меня, а я пожала плечами. Три пары глаз, три пары оценки моего пребывания здесь, три пары решений. У Ивана Ивановича насмешливое и понимающее выражение, у Игоря Петровича - озабоченное и внимательное, у этого новобранца Максимилиана оценивающее и …знакомое. Где я могла видеть это выражение в глазах? Откуда мне до мелочей знакома льдистость и …любовь? Нет-нет, мне почудилось это точно. - Я Вам Максимилиан уже представлял Юлию Всеволодовну, но хочу представить еще раз – гордо произнес дядя Игорь - Так вот, именно эта девушка и является владелицей холдинга, и от ее решения зависит всё. Юленька как тебе молодой человек? - Мне нравится, думаю вполне подходящая кандидатура. Вы готовы у нас работать Максимилиан? - С большим удовольствием – отозвался тот и мягко мне улыбнулся. Вот только этого мне еще не хватало, так это любви с первого взгляда от этого парня. Мне вполне достаточно и Юлика. - Спасибо что согласились, рада приветствовать вас в наших рядах – я протянула руку для пожатия, а этот новый член взял да и поцеловал ее, нежно касаясь моих пальцев. Поспешно выдернув руку и пожелав всех благ я покинула не только офис дяди Игоря но и холдинг вообще. Странное ощущение нависло надо мной и отделаться от него не было ни какой возможности. Я знала этого Максимилиана, и знала давно. Может это любовь с первого взгляда? А что, девчонки часто когда влюбляются описывают свою самую-самую любовь именно так – будто знала его всю жизнь. Но те чувства которые я испытывала были далеки от романтических. Может это любовь такая, с вывертом и наперекосяк? Пока я прогуливалась копаясь в себе мне позвонил Юлиан и сообщил, что освободился и готов снова увидеться со мной. Я тут же все метания выбросила из головы и побежала на свидание. ** ** ** Месяц пролетел не заметно. Зной и жара опустившиеся на землю не портили мне праздник под названием «дни и ночи с Юлином». Мы купались, загорали, ездили на дачу, встречались в моей квартире, сиживали в кафе, гуляли в парках и снова по кругу. Марину и Максима я в этот месяц видела считанные разы, и то мимоходом. Всё моё внимание заполнил своей загорелой брутальной натурой Юлиан. Сегодня вечером собираясь на очередное свидание раздался звонок по телефону. На дисплее мобильного телефона высветилась фотография Максима. Я не раздумывая приняла звонок: - Привет Макс, как дела? Как поживаешь? – бодрым голосом поинтересовалась я - Всё не так плохо, а ты как? Давно не виделись, даже странно быть с тобой так долго порознь – не менее бодрым голосом ответил друг детства - Да, не виделись давненько, надо будет пересечься, как-нибудь. - Так чего медлить, я у твоих дверей Юля, откроешь? - Если тебя не испугает моя краса в наполовину одетая в макияж то да, входи – я пролетела не раздумывая к входной двери и не дожидаясь звонка отворила ее. Максим, свежий, бодрый и решительный с прямой спиной стоял в холле. - Проходи – сделала я жест рукой побуждая гостя к действиям. Тот и не думал мешкать. Спокойно переступил порог и прошел в мою комнату. Там конечно царил беспорядок из вороха одежды, разбросанных предметов косметички и прочих дамских принадлежностей. Максим не удержался и присвистнул - Я и не думал, что ты знаешь все эти предметы женских хитростей – взял в руку шарф с яркой расцветкой и подбросив его вверх хорошенько на него дунул. Шарф не долго но парил в воздухе, а мы оба на него пялились. - Ладно, что такое тебя привело в мои пенаты? - У тебя роман Юля? Мне Иван Иванович показывал фотографии. Ты влюблена? – в упор глядя мне в глаза спросил Максим - Скорее что-то среднее между влюбленностью и желанием иметь родное плечо – честно призналась я - У меня таких плеч целых два, а еще есть грудь и могу обзавестись жилеткой, для полного комплекта. - Это другое Максим. Что тебя беспокоит? - Я честно скажу – всё! – Макс не дожидаясь моего приглашения присел на диван отодвинув вещи и устроился с удобством закинув ногу на ногу – Иван Иванович пробил твоего ухажера по своим каналам, и выяснилось, что до недавнего времени твой Юлиан работал инженером в средненькой конторке, заштатного городка. Там у него случился роман с женой директора фирмы и когда их застукали ему пришлось уволиться. Он поехал на юг, там подцепил тебя и вот он здесь, любите его и лилейте. - Нормальная история, вполне современная. К тому же это не он меня подцепил, это скорее я его подцепила – глаза друга округлились, а брови против всех законов гравитации устремились вверх. - Ты…его…подцепила? Ну ты даешь подруга. А что дальше? - А дальше я хочу выйти замуж – процедила сквозь зубы я. Замуж мне безумно хотелось и совсем не потому, что мне требовалась любовь, а потому что просто устала быть одна-одинёшенька, пользуясь добротой друзей возящихся со мной. Так трудно приходить в квартиру, и слышать только собственные шаги, пользоваться только одним столовым прибором, смотреть в одиночку телевизор. Чем я так отличаюсь от тех романтичных влюбленных девушек? Да, ничем! Они хотят быть рядом с кем-то, я тоже этого хочу. Юлиан мне приятен, с ним не скучно, этого вполне хватит для жизни, вернее так: для совместной жизни. Вполне возможно, что любовь тоже придет. Максим смотрел на меня не мигая достаточно долго, а потом будто очнувшись молча встал и ушел. Совсем ушел. Спустя время я проследовала за ним и закрыла настежь открытую входную дверь и продолжая держаться за нее прижалась лбом к холодному косяку. Вески гудели и в них пульсировала боль. Я развернулась но от косяка на отошла. Вся прихожая плыла перед глазами. Ощущение такое, что смотришь на нее сквозь теплый воздух отделяющийся от костра. Она казалась не настоящей. Ощущение, что протянув руку я почувствую вязкость предметов, и они как вода заструятся сквозь пальцы. Я присела на корточки а потом и вовсе на пол, обняв ноги. Дотронувшись до пола пальцем я нарушила его целостность и как по глади воды от брошенного камня расходятся круги, так и по полу от моего пальца появилось три круга, которые разрастались и увеличивались. Пол был липким и каким-то жирным. Мне захотелось позвать на помощь, но голос тонул в плотном густом воздухе. Мне стало тяжело дышать. Легкие заполнились вязкой жидкостью. Наверное так чувствую себя люди в последние мгновенья перед тем как перестать дышать. А потом окно треснуло и яркий шар влетел в него. Остановившись напротив меня, уже почти не дышащей, а лишь делающий короткие захваты воздуха, стал сжиматься в размерах превращаясь в маленькую яркую точку. Эта точка повисла на уровне моей груди и резко вонзилась в меня. «Моё сердце» только и успела подумать я. В сердце разгорелся жар, а потом этот жар потёк по венам и капиллярам заполняя все клетки внутри меня. Лёгкость и парение, те самые чувства, что могла вполне обозначить моё теперешнее состояние. А потом навалилась усталость и я погрузилась во тьму. ** ** ** - Отец, я не могу выйти сейчас замуж! Я приняла на себя ваш долг перед Храмовниками. - Да-да, я понял. Но этому рыцарю я не могу отказать – грустно изрёк отец – его сват сам командор Нормандии Жофруа де Шарне. Он недавно вернулся во Францию и хочет пристроить одного из своих друзей. - Кто он такой, этот самый друг? – задала я свой вопрос обреченным голосом. - Это некто Харгед Харальдсен. Больше о нём не известно ничего. Они прибудут с минуты на минуту, и ты сможешь встретиться со своим будущим супругом. Через час в обеденный зал вошли около десяти человек рыцарей. Но центральной фигурой был дорого одетый темноволосый мужчина крепкого телосложения. Его глаза строго смотрели на всех. Было видно, что за его плечами не одно сражение. Такие как он привыкли к боям, победам и власти. Таким как он не отказывают. Ходили слухи, что де Шарне примкнул к тевтонцам и был одним из приближенных к Магистру. Было ужасно осознавать, что Орден так плотно вошел в жизнь нашей семьи и рода. Обещание одному и замужество с другим неприятная задачка для меня. Последним в зал вошел…тот самый Харгед, которого видела в порту. Теперь всё встало на свои места. - Приветствую вас рыцари, проходите располагайтесь. Я распоряжусь, чтобы принесли угощенье. - Попировать мы успеем и потом, сначала дело – оборвал радушные увещевания моего отца Шарне – мы пришли сюда по деликатному делу. - Располагайтесь, я слушаю вас. Рыцари уселись на высокие стулья и расположились с максимальным удобством. Меня покоробило такое поведение, но эти люди были суровыми войнами, и наверное сидя в своих сёдлах не всегда могли придерживаться галантности. Это конечно совсем не то, что мужчины которые искали моей руки и расположения прежде. - Знакомьтесь это мои жена и дочь, Кларисса и Марлен - Польщен знакомством с вами мадам и мадмуазель – вспомнив об уважении произнес высокий гость – моё появление напрямую касается мадмуазель Марлен. Я пришел к Вам в дом, чтобы попросить руки вашей дочери для одного из моих подданных. Он снискал моё расположение в одном из походов, и я хочу для него необычную невесту. Моего вассала зовут Харгед Харальдсен и он прибыл вместе со мной. Ваша дочь родовита и богата, Харгед отважен и является хёвдингом, а другими словами главой клана, у себя на родине. Они будут прекрасная пара. Мне хотелось бы укрепить его на земле Нормандии и связь с вашим родом даст достаточную защиту для его желания считать эту землю своей родиной. - Это честь для нас, но в своих желаниях о замужестве дочь руководствуется собственным сердцем, тут я бессилен. Кого она пожелает, тот и станет ей мужем. Я обещал ей это в детстве, сдержу слово и сейчас. Отец явно нарывался на неприятности, но мне его ответ показался очень достойным. Я гордо взглянула на жениха и попыталась улыбнуться. - Мы быстро утрясем этот вопрос – подал голос претендент – нам только стоит остаться с ней наедине и она даст согласие стать моей супругой. Даже смешок застрял у меня в горле и царапал пытаясь прорваться. Таких самонадеянных мсье я не встречала. Что ж стоит преподать ему урок, и даже готова прямо сейчас. Бокал на столе стоящий рядом с моей рукой начал медленно двигаться, продираясь к Харгеду. Никто из присутствующих не замечал этого движения, потому что смотрели на моего отца и друг на друга. Рыцари явно забавлялись ситуацией и их переглядки и игра бровями становились всё более красноречивыми. Кубки рыцарей, что во время переговоров успели расставить слуги, стояли каждый возле своего хозяина на этот вечер и только викинг отказался от бокала и сидел прямо, будто кол проглотил. Он обвёл глазами своих друзей и уставился на меня. Только это мне и нужно было. Кубок полз никем не замеченный, а я строила глазки белокурому. Отец, мама и командор вели беседу на разные темы, рыцари гоготали во всё горло над совершенно плоскими шутками, а я удерживала в магическом поле взгляд хёвдинга. Та магия, что я использовала в данную минуту была бытовой, и заподозрить меня в чем-то было не возможно. Это настолько слабые магические импульсы, что попав в их поле человек и не заподозрит о натянутой веревке через порог, или завязанных лентах украшений обуви, или совершенно спутанных волосах по утрам. Проявление этой магии вызывало смех, вот я и собралась потешиться. Кубок был уже на нужном месте, и по моему невидимому сигналу всем рыцарям освежили кубки вином. Дверь распахнулась резко, но тихо и кубки разом опрокинулись на штаны гостям. Надо было видеть недоуменные лица и вскакивающих со своих мест людей, ведь вино пролилось на самые чувствительные для мужского самолюбия места. Я невозмутимо опустила глаза, засмущавшись, и тихо но уверенно произнесла - Господа у нас тут ужасные сквозняки – и пожала плечами, как и положено пристойной даме. Жаль шутку никто не оценил, но дверь заставили слугу прикрыть получше. Присмиревшие и обозлённые рыцари сверлили слуг глазами, а те в свою очередь непонимающе отворачивались. Только один человек оценил шутку и это был Харгед. Он широко улыбнулся и галантно произнёс: - Мне очень хочется хоть парой слов перекинуться со своей нареченной, где я могу это сделать? - У нас есть сад, но не советую Вам долго задерживаться, скоро подадут ужин, и я уверен он на вас произведет неизгладимое впечатление – отозвался отец - Я и так впечатлен, уверен, дальше впечатление усилится. Прошу вас мадмуазель, покажите ваш дивный сад. - Ты там поаккуратнее с ней, Харгед, вдруг девушке понравиться твоя компания до свадьбы – произнес один из гостей потянувшись за хлебом принесенным слугой. В тот самый момент, когда его мягкое место пониже спины возвращалось обратно на седалище стула, я едва заметно щелкнула пальцами и стул подвинулся. Высокий, статный рыцарь при всей боевой амуниции шлепнулся мимо стула зажав в руке отрезанный ломоть хлеба и в другой нож, которым он этот ломоть отрезал. Грохота было много, ведь полы у нас каменные, а не деревянные. - О, ваши друзья так горячи не только на язык и готовы атаковать даже пол с ножом и хлебом в руках – съязвила я, а жених только улыбнулся и поклонился мне, предлагая продолжить намеченный путь. Пришлось соблюдать приличии и двинуться в сад. Когда мы оказались окруженными деревьями и зеленой травой, хевдинг не нарушая молчанья брел рядом со мной, а я не торопила его начинать разговор. Птицы щебетали, рассказывая всем свои баллады, цветы благоухали своей пёстрой чистотой, и посреди всего этого праздника жизни мне предстояло утратить свою свободу и отдать в руки этого огромного викинга. - Вы хорошо повеселились сами, и развлекли меня. Мне предстоит дорога до порта, а вид у меня не из лучших. - Придумаете, что-нибудь – отозвалась я, сожалеть о содеянном даже и не помышляла – а про кубки…это был сквозняк. - Я наслышан о Ваших удивительных способностях и необычном даре – сердце сжалось и боль пронзила всё мое существо – но, признаюсь такой тонкой работы я еще никогда не видел. Это ведь была домовая магия? Ею могут обладать не многие. Я видел вас в порту, и могу с уверенность сказать, там я чувствовал применение более мощных чар. Обычно это редкость, каждый из магов имеет в своём арсенале только один вид магии. - Вы так осведомлены? И откуда такие познания? – удивилась я, а сердце завибрировало готовое оборвать свой бег и перестать выталкивать из себя кровь. - Я боевой маг, мадмуазель. В бою, я не только останусь жив, но и смогу одержать победу над противником. Но такие простые вещи, как выбить стул или опрокинуть кубок, мне не доступны. К тому же я почувствовал на себе влияние чувственных чар. Вы здорово отвели мне глаза. - Вы преувеличиваете. - Пусть так, и мне показалось – он вдруг развернул меня к себе и замахнулся. Я даже подумать не успела, как оттолкнула его магической плетью. Он упал на почтительном расстоянии и тут же нарисовал в воздухе «знак марса». Это грозило огромными неприятностями для меня. Пепел, это всё что остается после воздействия этого знака на человека. Раздумывать было некогда и соорудив гидро-полотно я огородилась им от опасности. «Стрела марса» воткнулась в плоское пространство воды и растворилась поглощаемая прозрачной жидкостью. Потянув за конец водяного полотна я перегнула его и спросила у нападавшего - Вы как там всё, или еще что-то соорудите? Может на вас испробовать «плеть гидры»? - Нет-нет, спасибо, я и так очень впечатлён. Провокаций с моей стороны больше не будет, клянусь честью. Я заставила полотно свернуться в трубочку и закинув ее подальше магическим полем, оросила луг недалеко от леса. - Боевая магия Вам тоже по плечу Марлен, я потрясен – встав из зеленой травы и подойдя ко мне, произнёс жених - Да это происходит само собой… Думаю хватит об этом. Итак вы желаете стать моим мужем? - Да, теперь еще больше чем прежде. Меня манит ваша красота, и родовитость, но больше всего ваша магическая одарённость. - Замуж мне придется за вас выйти, хоть и был сейчас последний шанс отказаться от этой затеи. Хорошо я выйду за вас, но сначала выполню обещание данное мною. Это касается долга моего отца, который я взяла на себя. После его списания, стану вашей женой. - Хорошо, мадмуазель, но обручение произойдет в ближайшее время – заметил хевдинг - Как вам будет угодно, в любое удобное время - Мне удобно завтра в полдень –поспешно ответил жених - Жду брачный договор и вас в назначенное время. Раз мы все с вами обсудили, давайте пойдем на ужин. Там объявим о решении. Войдя в зал мы пошли каждый на свои места. Разговор между рыцарями был в полном разгаре, да и принятие пищи тоже. - Папа хочет не много, Папа хочет всё – захохотал долговязый рыцарь с огромным носом. Его нескладная фигура казалась бы очень забавной, если не мощные плечи и торс. - Желающих много, короли готовы в очередь выстраиваться – подхватил флаг насмешек коренастый рыцарь с прилежно расчёсанными волосами. - Короли против нас не пойдут, а вот Папа настаивает на объединении Орденов – серьёзно подметил мужчина с печальным выражением лица. Сложилось впечатление, что его голубые глаза впитали в себя всю горечь земли – нужно противопоставить силе Папы другую силу, тогда у него будет меньше желание нас с кем-нибудь объединять. У нас большие финансовые возможности, но если появиться общий враг у нас и Папы, то он переменит тактику и попросит Орден помочь. - Еще как попросит, ведь денежки теперь не покидают Францию и не оседают в Папиных подвалах – снова подхватил свою лихую беседу носатый. - Филипп может вмешаться, ему деньги очень нужны, поистратился он в войнах – произнес спокойным голосом викинг - Да, но Клемент пятый над властью короля. Сотрудничество с Папой гораздо привлекательней выглядит – заметил грустно-глазый - Может лучше поддержать короля, к тому же он станет марионеткой в наших руках, ведь представители самых родовитых фамилий так или иначе с нами связаны – продолжил свои сомнения хёвдинг - Общий враг, говоришь? Интересная мысль. Что может быть лучше придуманных врагов и сокрушительных побед над ними – поддержал разговор викинг, а все рыцари захохотали разом. - Хочу объявить о решении вашей дочери и моем. Оно положительное. Завтра я пришлю доверенных лиц для зачитывания брачного договора. Завтра же мы объявим о нашей помолвке официально. - О-о, поздравляю. Выпьем за жениха и невесту! – возвестил командор и поднял свой кубок. Отец просияв, поднял свой и их примеру последовали и остальные. Под конец вечера были утрясены все мелкие пожелания насчёт свадьбы и рыцари покинули наш дом. Последние четыре дня у меня были насыщенными. Подготовка брачного договора, объявление об официальной помолвке, бал и сборы в дорогу. Мой жених милостиво позволил закрыть долг и потом готов был жениться. Это позволяло мне еще некоторое время побыть самой собой и свыкнуться с мыслью о надвигающемся супружестве. В путь Жак решил отправиться по земле. Он не доверял водным просторам и опасался грабежа. Дешевые гостиницы, придорожные таверны, деревеньки и поселения. Путь пролегал в полной секретности. Я не понимала его переживаний, ведь еще перед началом пути я наложила заклятье невидимости и отвода глаз на обоз. Даже если и появлялась мысль у тех, кто нам встречался и привечал в своем доме, что же мы везем, она так же быстро исчезала. Но то, что происходило со мной в период нашего путешествия назвать даже бытовой магией очень трудно. Взгляд, жест, полуоборот, протянутая рука, незаметное касание – всё это приводило меня в неописуемый трепет, когда исходило от одного теперь единственного для меня человека Жака Мартенье. Конечно, я могла воздействовать на него любовной магией, но первый раз в моей жизни мне хотелось внимания и любви как обычной девушке, а не редкой по своему дару магине. - Юля, Юля очнись! – моя голова покоилась у кого-то на руках и крепко была прижата к чужому телу. Пришлось разлепить глаза, чтобы увидеть того кто перепутал мою голову арбузом и так крепко сжимает что она вот-вот расколется. - Привет! – мой голос был слаб и хрипл - Как же ты меня напугала! Твой пульс не прощупывался, я подумал ты умерла – сказал мне взволнованным голосом Максим - Что произошло? – пытаясь высвободиться из кольца крепких рук просипела я - Сам не пойму. Окно разбито, в квартире сорван вентиль газопровода. Если бы окно не разбилось, то ты задохнулась бы. - Ничего себе! Но ведь газ жутко вонючий, как получилось что я не заметила? - Ты была в обмороке довольно давно. - Ты хочешь сказать, я сначала упала в обморок, и только потом был сорван вентиль? Но я слышала бьющееся окно. Что-то не вяжется не находишь? - Этим будут заниматься Иван Иванович и следователи. Тебе лучше? - Значительно. Помоги подняться. Максим протянул мне руку и я поднялась с мягкой зеленой травки, растущей около нашего дома на газоне. Представляю, что сейчас в квартире твориться раз самое жизненно возможное место для дыхания это местный газон. Голова раскалывалась и гудела. Горло щипало. Желудок крутило, и он был готов расстаться со всеми своими запасами. Я села с помощью Максима на скамейку и водрузила голову на спинку скамейки. Стало немного легче. - Как ты у меня оказался? - Я переговорил с отцом и вернулся, забыл предупредить тебя о вечеринке, намечающейся по случаю моего отъезда. - Куда уезжаешь? – поинтересовалась я - Еду в Америку, буду там продолжать учиться. Отец посылает – с нотками боли сказал друг - Отец? А ты? - А что я? Я сам хочу поехать. Так будет лучше…для всех – нотки грусти и облегчения тщательно перемешались в этих фразах. - Эй, что происходит, Королёк? – я попыталась голову привести в нормальное положение, но она этого не пожелала и снова пришлось ее положить на спинку скамейки. В этот раз она оказалась мягче. Точно это рука Макса стала мягкой прокладкой между головой и скамейкой. Так было гораздо лучше. - Ничего не происходит. Мы будем общаться. В нынешнее время можно связаться и увидеть человека в любое время. Компьютер я тебе хотел подарить сегодня вечером. Он новейший и…там все настройки уже есть. Будем болтать когда захочешь. - Это ужасно, особенно сейчас, когда…Ладно, спасибо за приглашение, но пойти не смогу по уважительной причине. - Компьютер у меня дома, поэтому готов отдать его когда пожелаешь. Вечеринку я перенесу. Хочу провести вечер с тобой и Маринкой…без Юлиана. - Ладно, договорились. Спустя неделю после этих событий мой закадычный друг улетел на самолёте в свою новую жизнь, оставив меня на поруки Марине и взяв честное слово с нее, что она за мной приглядит. Перед тем как покинуть нас он крепко обнял каждого из присутствующих. Лилия Аркадьевна утирала слёзы и смотрела во все глаза на сына. Когда Игорь Петрович притянул ее к себе с успокоительными пошептываниями в ухо к процедуре прощанья приступили и мы. Маринка и Максим коротко обнялись и обменялись ободряющими улыбками. Очередь дошла до меня и я как и Лилия Аркадьевна вцепилась в Максима и дала рёв. Красные глаза, распухший нос и натёртый кончик носа меня не страшили. Самое страшное оказалось впервые в жизни остаться без Максима. - Эй, Юлька, ты чего это удумала? – как с маленькой заговорил со мной друг – разве можно так открыто виснуть у парня на шее? Что жених подумает? - Всё равно. Он женихом мне стал день назад, а тебя я знаю всю жизнь. Мне страшно, Королёк. - Я рядом, на этой планете, успокойся. Всего десять часов лёта и я у твоих ног сударыня – шутливо заявил друг - Нет, не улетай…Я… мне…это…мне плохо – наконец нашла что сказать я - Мне тоже, но так надо. Фирме нужны грамотные специалисты. Кто будет поддерживать твой бизнес? Правильно, я. По возвращении назад обещаю всё взять на себя. Ты станешь богаче. - Не надо богаче … - протестовала я - Надо. Я хочу чтобы ты была богаче…Не смог дать одно, дам другое – как бы сам себе сказал Максим - Что не смог дать одно и что другое? - Мой самолёт, Снежка. Вечером включи компьютер, часиков в восемь, хорошо? - и не дожидаясь моего ответа оторвал мои руки от своей ветровки, подхватил сумку и скрылся. ** ** ** Свадьба была назначена на седьмое августа. Я выбрала эту дату специально подгадывая приезд Максима. Мне нужна была его поддержка, но он не прилетел. Полтора месяца мы с Мариной занимались поисками платьев: мне свадебного, а ей вечернего. Все салоны города были к нашим услугам, но в этих услугам мы не нуждались. Решено было скататься в Москву и там найти что-то подходящее. Целую неделю мы мотались по салонам и заодно бродили по столице. С нами была откомандирована охрана из трёх крепких парней и мы этим воспользовались. Ночные клубы города-огней встретили Марину и меня с распростертыми объятьями. К нам никто не подходил знакомиться, завидев крепышей за нашими спинами. Что сказать, оторвались мы на славу. Тем временем Иван Иванович пытался распутать дело с «газовой трубой и вентилем». Зная его дотошность была уверенность, что по приезду из столицы будет уже известно, что произошло. Но радости не случилось. Приехав домой и встретившись с дедушкиным другом поняла, копаться в нем можно до посинения. Нестыковка в ситуации была очевидной. Я, судя по хронологии событий, закрыла дверь за Максом. Вполне возможно, что мне стало плохо и я оставила ее открытой. Затем мой обморок и сорванный вентиль. Газ заполнил квартиру быстро. Потом было разбитое окно и случайный приход Макса, который в свою очередь, выволок меня на улицу. В этом всем была одна улика, которую оспорить трудно – вентиль не был просто так свёрнут, это было подстроено. Но почему я, находясь в обмороке, слышала звон бьющегося стекла и видела полёт шара, мне не понятно. Вполне возможно, это моя фантазия. Никакого камня или другого предмета при помощи которого стекло можно разбить найдено не было. Куда там моя версия про шар! Иван Иванович строя логические цепочки, поделился со мной, решил что убийца побывал в квартире дважды. Первый раз, когда подстраивал утечку газа и второй раз, когда забрал предмет, которым было разбито окно. Вопрос только в том, зачем убийце спасать меня? Значит это был кто-то кто видел или знал о готовящемся покушении. Вот его то и пытался уже две недели отыскать друг деда, но пока безрезультатно. Версию надо отработать до конца, чтобы перейти к другой. Тем временем, на мои плечи свалилось еще одна тягостная обязанность, мне надо было решать где - во сколько и кого приглашать. Со списком своих друзей Юлиан разделался быстро, и взглянув на него он оказался внушительным, сорок три человека. Я не могла похвастать таким количеством родни и приятелей и сбагрила список Лилии Аркадьевне, сославшись на необходимость поддержания крепких связей с партнёрами. Лилия Аркадьевна взялась за дело с энтузиазмом, а я могла немного попереживать над своим будущим уделом. Максим часто выходил на связь и мы разговаривали подолгу делясь своими событиями. Обеспокоенность друга, что Иван Иванович никак не может вычислить человека, покушавшегося на мою жизнь, была явной, но приехать возможности у Макса не было. День свадьбы наступил так быстро, что оглянуться я не успела. Сидя в белом платье и в фоте, могла думать только о том, чтобы сбежать. Но жених приехал в помпезном окружении и пришлось выходить из дома. А дальше всё завертелось и закрутилось. Трагедия в том, что мне хотелось выть, в то время как все радовались за меня. Странное состояние для невесты, но другого у меня нет. Позже, после официальной части, сидя за столом и слушая тосты, я вдруг поняла какую страшную ошибку допустила. Да, меня влекло к Юлиану, но не так как мечталось и хотелось. По сути это был чужой мне человек, к тому же родным мне никогда не станет. Это грустно, это больно и это, наконец, безнадёжно. Юлиан удалился со своими друзьями на улицу, а я осталась сидеть за столом со своими невесёлыми мыслями. - Вы так печальны, устали, наверное, Юлия Всеволодовна? – голос был глубокий и сочувствующий. Устремив свой взгляд на говорящего наткнулась на строгие и внимательные карие глаза Максимилиана. - Да есть немного – отмахнулась я, вроде получилось непринужденно. - Свадьбы утомляют, но это так здорово начинать свою супружескую жизнь с радости. Хороший обычай, не так-ли? - Да конечно…вы правы – мне не хотелось утомительной беседы с малознакомым человеком и я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь такое эдакое, и удалиться, но неожиданный собеседник не дал мне это сделать - Знаете, в древности был культ, и те кто этот культ соблюдали называли себя «друидами». Это было в средние века, в то самое время, когда о друидах совсем забыли, а во Франции царил голод и смерть. Церковь ничего не могла сделать и ее власть пошатнулась, а на поверхность вылезли и начали крепнуть языческие культуры. Эта незнакомая и страшная ветвь язычества придумала страшный обычай, делать жертвоприношение на свадьбе. Это считалось благом для зарождающейся семьи, и омовение кровью было необходимо для скрепления уз. Об этой ветви ничего не известно, почти…продержалась она не долго, примерно полвека, может чуть больше. Потом они канули на несколько веков, пока в Европе не заговорили снова о друидах. Только это были совсем другие друиды. - К чему Вы мне это рассказываете, Максимилиан? - Просто, мне кажется, что жертвоприношение живо и по сей день, но только это не физическая расправа, а скорее духовная. Может мне показалось? - Может – резко сказала я, сама не ожидав от себя такой вспыльчивости – в рамках какого из Ваших университетов вы увлеклись течением друидов? - Это хобби – благодушно ответил управляющий - я люблю историю, как таковую. - Может это из-за имени? Оно кажется тоже очень историческое - Вполне возможно, это первый порыв, а дальше увлёкся – широко улыбнулся мне собеседник – друзья называют меня менее помпезно, Макс…и красивые дамы тоже. - Вы хотите дружить? – грубо нарывалась я, но собеседник не дрогнул - Да, очень хочу с первого мгновенья как увидел. Вы располагаете к себе Юлия. - Со мной хлопот не оберешься, куда там дружить – неожиданно для себя улыбнулась я. Это действительно стало неожиданностью, ведь всего секунду назад я хотела его прогнать. - Я не боюсь трудностей…я принимаю их. - Оптимистично. Мне нужно вас покинуть…Макс. Увидимся как-нибудь. - Всенепременно, босс – шутливо и грациозно склонил Максимилиан голову – уверен в этом. Как обидно осознавать на следующий день после бракосочетания, что за всю свадьбу эпизод с Максимилианом был самым интересным событием. Маринка, которая должна была быть со мной неотступно, исполнила своё предназначение «подружки невесты», но неотступно она была с каким-то парнем, как потом выяснилось начинающим адвокатом. Не прошло и трёх дней, как она завалилась ко мне в квартиру и щебетала только о своей неслыханной любви к этому парню. Через каждое слово я слышала восхищенные возгласы какой Юрочка молодец, и какой он замечательный и умный и там всякие сюськи-масюськи, тьфу! Но все-таки за Маринку я рада, как ни крути. Ей влюбленность идет. Она всегда была красоткой, но этот блеск в глазах, и сияние в лице делали ее божественной. А вот в моей жизни наступил другой период, который должен осуществиться на днях и имя ему «Свадебное путешествие». Хотелось надеяться, скучно не будет. М-да, надежды оправдались. Когда мы прибыли в аэропорт, всё было чинно и благородно. Проследовав в окружении охранников через всё здание аэропорта к нужному терминалу, и остановившись у стойки регистрации, я почувствовала какое-то беспокойство. Летать я не боялась, это даже забавно, но сейчас меня обуял откровенный страх. Я бессмысленно стала вертеть головой, высматривая возможную угрозу. - Почему ты вертишься? – задал свой вопрос видя моё странное поведение муж - Ничего, просто …с городом прощаюсь…как-то так – отозвалась я. И в этот самый момент, какая-то немыслимая сила заставила меня обернуться. Ничего конкретного я не видела, но смерть была рядом. Мысленный приказ вышел сам собой: «не в меня, в окно», и через мгновение раздался хлопок и витраж аэропорта дал трещину. Охрана, тут же отреагировала, меня и Юлика повалили на пол двое парней, а трое других рассредоточились по залу. В ту самую минуту я была уверена, что никого не найдут. Не то чтобы я не доверяла профессиональной охране, а потому…сама не знаю почему, но уверена. На рейс мы попали только на следующий день, в то же самое время, уставшие и желающие одного – поспать. Допросы, разбирательства, замеры, репортёры – голова кругом. Но с другой стороны, что мы с Юлианом, мы то отдыхать едем, а Иван Ивановичу с этим оставаться. Решено было охрану отправить с нами, и как по мановению волшебной палочки, нашлись и билеты и места и визы. Удивившись сей метаморфозе, я в последствии выяснила, что охранники летели с нами, но не те что нас провожали, а другие под видом «русо-туристо-облик-аморали». Тоже мне конспираторы. Удачный перелет как выяснилось, не самая важная вещь в мире, важно вовремя заблудиться в аэропорту и на ровном месте подвернуть ногу. Больно, но быть на месте водителя встречающего нас и обеспечивающего трансфер до отеля, не хотелось. Бедолага погиб мгновенно, скатившись с трассы под уклон. Отель был красив, но его красота меня не впечатлила. Хотелось домой. Из-за ноющей ноги плавать я не могла и только загорала. Пару раз муж отнёс меня в воду и насильно заставил плавать. Не вышло. В итоге вместо месяца мы пробыли на прекрасном и экзотичном юге Испании неделю и улетели обратно. Глава четвертая Сидя на моей кухне Иван Иванович, был хмур и очень озабочен. Первый кто попал под подозрения был мой муж. Как выяснилось, он надежд не оправдал, был чист и прозрачен как стекло. Вторым, человеком на подозрении стала дама, состоявшая до меня «в любовной связи» с Юлианом, но и она вышла из подозрения. Ревность и деньги два самых главных мотива. Конкуренты пока помалкивали и второстепенный мотив тоже отпадал. Было от чего хмуриться всесильному начальнику службы безопасности. Я как могла пыталась его утешить и готова была согласиться на что угодно. Вот как раз что угодно он от меня и потребовал. Теперь я должна была везде и всюду находиться в компании телохранителя. Для этих целей в моей шести-комнатной квартире была отдана одна комната, а точнее сказать под житие сменного телохранителя. Я и до свадьбы была под присмотром Тимура, а уж после трех покушений предписание Ивана Ивановича необходимо было исполнять. Умом я понимаю что это важно и жизнь мне дорога, но вот сердцем или еще чем-то, наверное шестым чувством знала - в ближайшее время покушений можно не ожидать. Медовый месяц был окончательно испорчен, но мой молодой супруг пережил это стойко. Иногда даже находил в этом нечто забавное. Осень напомнила о себе желтеющими листьями и пожухлой травой. Теплые дни и холодные ночи стали закономерностью. День хоть и был всё еще длинным, но радовал не зноем и томлением, а увяданием тепла и активностью студентов. Второй курс я начала как студентка заочница. Маринка недоумевала таким драконовским планам, как заключение меня в четырёх стенах, но услышав о моих злоключениях немедленно передумала и стала ярой защитницей методов Ивана Ивановича. Муж, разделяющий моё заключение вскоре стал озлобленным и нелюдимым. Посоветовавшись со всеми своими близкими людьми, было решено определить его на работу. С середины сентября он стал официальным вторым заместителем управляющего компанией. Должность так себе, но Юлиан ей очень обрадовался. Хорошее расположение духа к нему вернулось, а вместе с ним, с духом этим и вернулись наши с ним свидания. Да-да, оказывается это так здорово ходить на свидание к собственному мужу. Цветы, подарки, комплименты, рестораны, театры, выезды на природу – жизнь лилась рекой. Я чувствовала себя девушкой из мелодраматического фильма, и мне это нравилось. В один из декабрьских дней, когда я в очередной раз устав от подготовки к сессии и решив поговорить с Максом, так до него и не дозвонившись, залезла на какой-то сайт. Это был сайт о том, как из дурнушки сделать красотку. Дурнушкой я себя не считала, но и красоткой не была. Сайтом по своей женской природе заинтересовалась. Там предлагалось самой создать свой имидж, всего на всего загрузив фото. Так я и поступила. Через утомительное число нажатий на тестовые вопросы я получила результат обработки моей фото, и того как я могу выглядеть. Это было чудо! Осветлённые длинные волосы лежали крупными локонами по моим плечам, зеленые глаза были густо подведены, а ресницы стали длиннее из-за черной туши. Легкий загар, розовые губы. Неужели передо мной фото меня? Белиссимо! Я распечатала фото на цветном принтере и вложила ее в сумку для ноутбука подаренного мне другом детства. Мне почему-то показалось, что именно там ей самое место. И в это самое время, Макс показался на экране компьютера. - Привет, Юлька! Как дела? – весело помахал рукой Макс - Привет, всё нормально. Сам как? – просияла я в ответ - Я тоже ничего, учусь. Папа говорил, что ты теперь заочница и затворница – хохотнул друг - О, да! Сижу в темнице сырой и только знания меня питают - Ты в своем репертуаре, подружка - Куда там…ты прилетишь на каникулы, или Новый год? – задала я свой главный вопрос - Я…хм…нет, скорее всего нет…я тут, в общем – мямлил Макс, а потом я и сама поняла, что он там «в общем» имел ввиду. На заднем плане экрана промелькнул женский силуэт завернутый в банный халат. Вот это был удар, так удар! Сердце на секунду сжалось и мне показалось, что я умираю. Вот-вот это самое сердце остановиться и телохранители не успеют откачать. Мысленно я себя успокаивала, смотря в упор на Макса, который говорил и говорил мне что-то. Он улыбался, как и всегда и был моим Максом, но при этом я ощутила острую и болезненную потерю. Когда-то давно еще в школе я отпустила его, но он не ушел совсем от меня, продолжал быть рядом. Сейчас он от меня ушел навсегда, я это поняла сразу. Отчего мне так больно? От того что Макс теперь не хватается за меня как за родного человека, и живёт своей жизнью? Я сама этого хотела…Больно, как же больно. Он встретить Новый год в далёкой Америке, с той далёкой девчонкой, а не со мной. Я больше не важна, меня больше нет. - Максим, мне пора. Поговорим потом, ладно? – резким холодным тоном прервала я его теплую, полную радости речь. - Что случилось? – сдвинутые брови, забота во взгляде, Макс, прежний Макс. Теперь не мой Макс. - Ничего. Пока. – и захлопнула ноутбук. Говорят женщины, когда им плохо в первую свою стадию звонят подружкам, во вторую если первая не случилась или не подействовала, напиваются. Я перешла сразу ко второй. Маринке звонить бесполезно, у нее роман с адвокатом, или почти адвокатом Юрочкой. Прошествовав на кухню, открыла холодильник и достала огромную бутылку водки. Порезала лимончик, огурчик и хлебушек. Выложила всё это на поднос. Ничего себе так нтюрморт получился. Но чего-то не хватало. Я огляделась по сторонам и увидела цветы, подаренные мужем. Набрав в высокий стакан воды, и укоротив стебель розы, вытянутой из букета на половину, сунула этот стебель в стакан. Всё, вот теперь точно всё. Всё у меня наступило через тот самый промежуток времени или рюмок когда до дна осталось совсем немного, а сил допить нет. Хлеб и огурцы кончились, а горькая никак не кончалась. Тут мой разбалансированный взгляд упал на розу. Достав ее из стакана, я поднесла ее к носу и со всей силы вдохнула аромат. - Синьор Дамиан, благодарим Вас за радушный прием – чинно произнёс Жак Мартенье – угощенье и Ваш дом великолепны - Я рад встретить единомышленников. К тому же для меня есть поручение от приближенных Магистра. Судя по письму нам медлить нельзя. Когда Вы готовы отправиться в путь? – вежливый, благородный, изящный испанец с огромными красивыми глазами горной птицы. Прямой нос, гордый взгляд, осанка все красноречиво повествовало о древности рода. - Мадмуазель Марлен устала с дороги, думаю, два дня отдыха пойдут ей и всем нам на пользу. Как Вы считаете Марлен? - Нет, нам надо выдвигаться на рассвете. Я уверена, за нами погоня и хочется успеть завершить начатое. Есть еще одно послание, которое мы должны вскрыть на месте окончания нашего пути. Давайте попробуем уложиться в минимальные сроки. - Как будет угодно сеньора, если Вы полагаете…на рассвете выдвигаемся в путь. Вас устроит? – величаво спросил испанец. - Меня, да. Что касается месье Мартенье, то… - оглянулась я на Жака и помедлила с продолжением - Я готов. Я совсем забыл, ведь у Вас свадьба и вам не терпится покончить с делами и заняться более увеселительными…занятиями – зло сверля меня глазами подхватил мою фразу возлюбленный. - Да, я всегда помню о данных мне обещаниях. Прежде первое, потом второе, и…- продолжила накалять обстановку я. - Конечно, ведь Харгед богат и знаменит, не так ли? Таким мужем может гордиться любая девушка. - Да, главное он не давал никаких обетов, на счет отношений…хм…к женитьбе. Это главное его преимущество – в камине треснуло палено и искры от его разлома сверкнули в воздухе и погасли осыпаясь на каменный пол черным пеплом. Это мелкое обстоятельство заставило меня прекратить спор, который не прекращался уже около четырёх месяцев. Практически всё то время, что мы были в пути. Я замолчала на некоторое время, а мужчины не знали чем себя занять. Я их вполне понимаю, что можно сделать с девушкой, которая сидит с остекленевшим взглядом и без единой эмоции на лице. Я же тем временем, хоть и частично присутствовала в обеденном зале синьора Дамиана Ваткуро, большей своей сутью была далеко за пределами Испании. Дорога была пустынной, но я точно ощущала, что скоро всё измениться. Я подошла к кустам и спряталась за ними. Я хоть и не обладала плотью в данное время, но увидеть меня было можно, мало того я вполне могла всё осязать и брать то что мне было нужно. Полезное свойство оказываться сразу в двух местах одновременно. Постояв немного скрытая ветвями куста, я скорее ощутила, чем увидела движущийся отряд из пятнадцати человек. От них веяло магией, даже не так, от них сыпало в разные стороны магией. Природу этой магии узнать легко. Боевая, мощная, пожирающая врагов. С такой я столкнулась дома, когда меня посватали. Просто так разделить магию на различные возможности это грубо. Да, магия бывает разной, но всё таки ее можно укрупненно соотнести к тем или иным навыкам. В отряде ехал боевой маг, мало того, там ехал мой жених. Магический рисунок у каждого свой. Подделать или скопировать можно, но это будет грубо и вызывающе. Каждый маг вплетает в своё магическое полотно отдельные элементы, копирующие его душевное состояние и возможности. Например, обладая сильной волей, но при этом будучи боевым магом рисунок из которого творятся заклинания будет основан на твердости и уверенности, а значит самыми сильными заклятьями будут те что работают на вере в победу и стремление к общей цели околдованных людей. Магия защиты здесь не поможет, она будет слаба и защитить сможет только самого мага. Рисунок моего жениха был основан на достижении цели, хитрости и выносливости. Опасное сочетание для всех кто встанет у этого человека на пути. Все эти месяцы я чувствовала погоню, но знала, догнать они не смогут. Сейчас моя уверенность таяла. Надо было что-нибудь срочно предпринять. Осмотревшись по сторонам, я заметила привлекательную полянку с журчащей речушкой. Эта речка была так узка, что вполне можно было перепрыгнуть ее. Но главное в ней было только одно – это была пресная вода и достаточно чистая. Войны поравнялись с моим кустом и я щелкнула пальцами, быстро сплетая «домашнее» заклятье. Почувствовать магическую силу в бытовой магии крайне трудно, но сослужить службу она вполне может. Конь одного из рыцарей споткнулся и почти упал, но уменье его седока не позволило коню и седоку упасть на дорогу. - Хевдинг, кони устали, надо сделать привал – обратился рыцарь со споткнувшейся лошади. Луна светила очень ярко, к тому же было полнолунье и рассмотреть всех в отряде не составляло ни какого труда. Во главе отряда на большой и сильной лошади восседал Харгед, вот к нему-то и обратился невысокий, но статный молодой мужчина с красивым лицом. Уверена, что такие вот красавцы при дворе имеют большой успех у дам. Вот и сидел бы при дворе, а не ездил по ночным дорогам вместе с моим женихом. - Хорошо, спешиваемся. Заночуем на той поляне. С первыми лучами солнца снова в путь. - Днем безопаснее – снова встрял красавчик. Мне он начинал нравиться с каждой секундой. Похоже он имеет вес в их отряде, а значит на него и надо воздействовать. Напрямую на Харгеда я боялась применять магию, он мог просто догадаться, пусть даже если не почувствовать. К тому же мне надо было выяснить, зачем они тут или если не получится, то узнать, почему они так точно едут по следу. - Нет, на рассвете. Нельзя терять время. Все спешились, ослабили подпруги на своих лошадях и разожгли костёр. Мне холодно не было, ведь моё тело находилось в хорошем крепком замке и похоже возле камина, а вот рыцарям было прохладно. Ночи в Испании тёплые, но по сравнению с днем кажется, что замерзаешь. Когда часть мужчин пошла в лес, а другая осталась возле костра, я сотворила заклинание и молодой красавец задал свой вопрос так интересующий меня. - Почему мы спешим, дружище? Никуда они от нас не денутся. - Понимаешь, Альси, среди них есть маг. Конечно, это магия бытовая, и маг слабенький, но это совсем не значит, что более сильный маг просто себя пока не проявляет. Я боюсь потерять ту волосяную ниточку, что чувствую, идя по следу. Каждый день пути сводит возможность найти след к нулю. - Сейчас ночь, и они скорее всего нашли ночлег. Расстояние сохраняется - Да, поэтому мы поедем на рассвете, чтобы не потерять их из виду. - А почему ты считаешь, что у них в отряде есть маг? - Речь идет не о маленьком кошельке денег, а об нескольких бочонках золота. Такое просто так не зароешь. Надо наложить заклятье, чтобы спрятать его ото всех. Ладно, давай поедим и спать. Я отпустила сознание этого красавчика Альси и решила вернуться обратно в тело. Через мгновенье я была в тёплой и уютной комнате, с красивым и умным Жаком наедине. - Вы долго блуждали где-то, Марлен. Я уже испугался, когда вы долго не возвращались. А что касается синьора Дамиана, так тот вообще, перепугался до самых глубин души. Я объяснил…про Вас и …дар. Он понял – прям то и двух слов не вытянешь, а то словесный поток не остановишь. - Нам надо уходить прямо сейчас. За нами погоня. Пятнадцать рыцарей среди них мой жених. - Я понял Вас, предупрежу Дамиана – Жак встал и вышел, а я подошла к постели и рухнула в нее как подкошенная. Хоть три минуты сна, хоть минуту… Датчик пищал над моим ухом. Открыв глаза, первое что увидела, это штатив капельницы. Надо же, я в больнице. Опять покушение? Я вроде ничего не чувствовала. Прибежала молоденька медсестра с простеньким, но хорошеньким личиком, охнула и выбежала обратно. Через три минуты вошел мужчина средних лет и в белом медицинском халате. Явно это врач, кому еще выглядеть так импозантно и начитанно. - Как вы себя чувствуете Юлия Всеволодовна? - Нормально – просипела я, удивляясь своим гортанным данным. Специально так будешь сипеть, ни в жизнь не повторишь, даже на бис. - Тошнит, голова кружится? – сыпал вопросами, которые трудно ложились мне на мозг врач - Спать хочу – коротко сказала я - Что ж, спать это хорошо. Спите – повернулся и вышел вместе с медсестрой из палаты. Дважды меня уговаривать не надо, спать так спать. Через три дня, я полностью пришла в себя и ко мне впусти мужа. Оказывается, когда он вернулся я была «в стельку» пьяная и без признаков жизни. Он переполошился сам и переполошил всю охрану. Скорая приехала быстро и меня увезли в больницу. Там меня положили в реанимацию. Банальное отравление спиртным и ни какого покушения на этот раз. Это не может не радовать. Часть вторая Глава пятая Свое двадцать третий день рожденья я встретила в окружении охраны в своей красиво уставленной шикарной квартире. Сидя в нарядном платье, которое я заказала специально для этого дня, за уставленным всякими вкусностями столом, при прическе от самого известного в нашем городе стилиста и парикмахера мне хотелось умереть. Прямо в эту самую минуту, просто умереть. Я никому на свете не нужна. Одна. Совсем. Почему так? У всех людей на этой планете есть близкие, а у меня все близкие умерли. У всех есть друзья, или хоть кто-то с кем можно поделиться радостью или печалью. Мои друзья заняты своими проблемами и навязывать себя я просто не имею право. Многие женщины, будучи замужем могут радоваться присутствием мужа рядом. У меня такая возможность исчезла. Почему всё так? Чем я это заслужила? Я так не хочу! Я совсем так не хочу! Надо же, хоть бы одна слеза вытекла. Я не способна на это, я перестала быть на способна просто заплакать. Я встала из-за стола и подошла к огромному окну. Шторы, обрамляющие его, были из настоящего шелка, переливающиеся, красивые. Когда-то их купила бабушка и повесила. Бабушки нет, а шторы висят. Я отодвинула их очень аккуратно, а потом отогнула рейку жалюзи. Интересно, а если меня не станет, шторы продолжат тут висеть? Или Юлиан их выбросит? За окном бушевала и кипела жизнь. Я каждый день наблюдала, как много-много людей спешат по главной улице нашего города, на которой находился мой дом. Каждый из них передвигался с особым выражением лица, и это было занятно. Когда человеку кажется, что он никому не интересен, то отпускает свои мысли в свободное плаванье и в след за ними плывет так далеко как только ему позволяет его мышление. На мимике это очень отражается. Сидя в своей квартире я подолгу могу читать на людских лицах. Это как театр со множеством актёров. Конечно, в любом театре есть исполнители главных ролей, есть второстепенных, а есть массовка. Любой режисёр назвал бы людей за окном массовкой, но только не я. Маленькие пятиминутные трагедии и комедии разыгрывались перед моими глазами ежедневно. Некоторые «актёры» мне настолько примелькались, что мне стало интересно следить за их лицами каждый день. Странное занятие для богатой дамочки в моём возрасте? Весь мир у твоих ног, делай что хочешь. Увы, этот сценарий не для меня. Точнее сказать, он теперь не для меня. Посмотрев вниз, я увидела паренька лет восемнадцати – двадцати. Он как всегда был в черной куртке и синих джинсах. Короткие русые волосы, были острижены ёжиком. Этот персонаж в моей пьесе «за окном» появился сравнительно недавно. Примерно пару месяцев тому назад. В тот день был жуткий ливень и я могла видеть только бегущих под зонтом людей и ноги, выглядывающие из под этих зонтов. В какой-то момент, мне показалось, что интересного я сегодня больше ничего не увижу и собралась отойти от окна, как увидела этого паренька. Он шел стремительно, но не бегом как все. Это показалось странным. Парень вдруг остановился и поднял глаза к моему окну. Видеть меня он не мог, ведь на окне жалюзи. «Мокрый воробей» - это название пришло само собой, когда я разглядывала парня из своего укрытия. Слипшийся ёжик русых волос, ссутулившаяся фигура, мокрые насквозь джинсы. В тот момент мне показалось, что он подросток, но потом поняла - молодой мужчина. Теперь он торчал на этом самом месте каждый день, в одно и тоже время, с шести вечера до двенадцати ночи. Потом я ложилась спать, а на утро его уже не было. Сегодня парень был на своём посту. Интересно, он сильно испугается когда всё случиться? Останется ли у него отвращение к этому дню, или он будет его вспоминать, как что-то интересное в своей жизни? Надо будет это сделать после двенадцати, или дождаться когда все уснут. Удивительно, я сижу и планирую свою смерть! Немыслимо, но это так. Наверно мне должно быть печально, или я должна бояться, или еще что-нибудь в этом роде. Сама себя разочарую, но я рада, что закончу своё существование. Я уйду в далёкую страну, где сейчас моя семья, и я снова буду счастлива, потому что буду нужна им всем, и потому что они нужны мне. Обычно говорят, перед смертью вспоминаешь свою жизнь. Наверное это полезный навык, есть шанс передумать, зацепиться за что-нибудь в прошлом и вернуться в обычную жизнь, так сказать «на этом свете». А ведь действительно, когда это началось? После выписки из больницы, куда я попала с алкогольным опьянением, муж окружил меня любовью и заботой. Носился со мной в буквальном смысле «как курица с яйцом». Пару раз пришлось наведаться к психиатру, но тот ничего у меня не нашел, кроме искромсанной подростковой жизни и смертей близких. Уж не знаю, что говорил психиатр моему мужу, попросив его зайти для разговора в кабинет, после приема., но жизнь стала радостной и счастливой для меня. В каникулы мы ездили отдыхать в разные страны, были вылазки в города нашей необъятной родины, пешие прогулки, сюрпризы. В перерывах между всем этим я умудрялась успешно учиться. К тому же у меня была цель, мне хотелось поскорее закончить учебу и приступить к работе на фирме, чтоб поближе быть к Юлиану. Мне было позволено перепрыгнуть через курс в моём учебном заведении, и вместо положенных шести лет, я закончила ВУЗ за пять. Я торопилась войти в жизнь полноценным ее членом, но вышла заминка с этим. Иван Иванович умер во сне. Тихо заснул и больше не проснулся. Это произошло год назад, как раз сразу после того как я защитила дипломную работу и стала специалистом. Похороны я почти не помню. Вернее не так, это были очень странные по моему восприятию похороны. В тот день, когда нам сообщили об этом, мы с Юлианом собирались навестить Маринку с её Юриком и все вмести отправиться к нам на дачу. Я помню звонок в дверь, бледное лицо Игоря Петровича, отца Макса, а дальше боль от услышанного. Резануло прямо по сердцу, да так, что я согнулась по полам и пыталась вдохнуть хоть маленькую толику живительного газа под названьем воздух. Чьи-то руки меня разогнули…теплое покрывало на моих ногах, а я вроде в кресле…женщина в белом халате с расплывающимся лицом…ни одной слезы, даже при введении иглы в вену. На похороны я всё-таки пошла, и даже сама без помощи кого бы то ни было. А потом случились странности с моей головой. Я видела одновременно два обряда похорон. Картинки смещались и накладывались одна на другую. Гроб с телом друга деда был водружен в могилу, а я видела, как укладывают укутанное в белый плащ тело… Я стою над не глубокой могилой и с замиранием сердца наблюдаю за обрядом. Я хороню отца, укрытого плащом крестоносца. Моя мать содрогается от плача, а у меня ни одной слезы. Дождь серой шторой укрывает и пропитывает собой мои волосы и локоны мамы. Малыш, держится за мою руку и печально смотрит на намокающий в могиле плащ. Мальчик, красивый и здоровый. Сын, ему всего семь лет. Он будет жить, а мой отец мертв, и мамы тоже скоро не станет, она больна, неизлечимо больна. Она умрёт до того как здесь объявится болезнь. Я это знаю, и нам с сыном надо уходить. Скоро в этом поместье мало кто останется в живых. Друидская община пригласила нас пожить у себя в лесу. Скоро это будет самое безопасное место, на всей земле Франции… Солнце светит и слепнут глаза. Даже в черных очках хочется жмуриться. Меня бьёт озноб, и руки ледяные. Я это поняла, когда дотронулась случайно до ткани своего платья. Она была раскалённая и обожгла ладонь… Ноги подкосились, и я осела рядом с краем ямы, в которой осталось то, что было мне дорого. Сын встал рядом и внимательно смотрит на меня. Мне надо быть сильной, мне надо быть очень сильной ради него и ради тайны, которая живёт в моей памяти. Почему я наложила такое ужасное заклятье? Почему я хотела одно, а получила другое? С магией надо быть точным, а я допустила ошибку…Сильные руки Юлиана подняли меня с земли. Комья чернозёма налипли мне на платье и колготки. Но мне всё равно. Ноги не держат совсем. Благодаря мужу я смогла достоять до конца церемонии и не упасть снова на край могилы…Сын помог мне встать. Я отряхнула подол платья, и потом вместе с ним мы помогли подняться маме. Слуги тут же подхватили ее и повели к дому. Небольшой холм и несколько живых цветов, вот и всё. Мы с сыном взяли свои вещи и пошли к воротам. Чей-то взгляд заставил меня обернуться. В воздухе висело марево. Залитая солнцем местность, много людей в черном. Очень странные одежды на них, короткие какие-то и не складные. Не менее странные головные уборы, и что-то похожее на карнавальные маски на носу. И среди них…Я? Та молодая женщина, что вижу я сейчас в нависшей в стороне картинке. У нее моё лицо, глаза, руки. Только вот платье такое, как носили в средневековье и красивые светлые волосы, заплетенные в косу достающую почти до щиколоток. За руку она держит мальчика лет шести-семи. Наши глаза встретились и картинка погасла. Теперь я была целиком и полностью на этой части света. Кто та женщина и кто тот мальчик? Уверена, он мой сын, а точнее сын той женщины как две капли воды похожей на меня. Муж сидел рядом со мной в машине и на его невинный вопрос «как ты?», я всё ему рассказала. Психиатр и успокоительные средства были к моим услугам в полной мере весь этот год. Мужу предложили меня положить в пансионат. Это у них так называется место, где лечатся те у кого с мозгами не всё в порядке, но признать это родственникам крайне болезненно, потому и называют так компромиссно. Муж решил, что охрана должна быть всё время рядом на случай покушения, а в пансионате лишних людей быть не должно. Я живу дома. Врач приходит два раза в неделю, расспрашивает меня о том и сём, а потом вздыхает и уходит. Целый год только вздохи, прощанье, новые таблетки. Хотя нет, пожалуй не совсем так. Постепенно меня лишили моих привилегий. По мнению врача они разрушают мою хрупкую психику. Интернет под запретом с самого начала. Телевизор под запретом вслед за компьютером. Книги вынесли из комнаты через месяц после запрета на просмотр телевизора. Потом под запретом стали прогулки. Есть такая болезнь, называется шизофрения и из-за нее я становлюсь, как выяснилось весьма асоциальна. На улицу мне никак нельзя. Вначале я пыталась протестовать Плевала таблетки и бунтовала. Кончилось тем, что была вызвана «скорая» и меня увезли в больницу. Там я пролежала неделю и спокойная и приглушенная вернулась домой. Охрану удвоили. Теперь мой каждый шаг отслеживался неустанно. Спокойнее всего было находиться в своей комнате, там меня оставляли без присмотра. Так я и делала. Принятие таблеток стало обязательным. Когда я пыталась их прятать за щекой или под языком и потом выплёвывать, я снова обретала былую себя. Это быстро раскусили. Дошло до того что проверяют мой рот после принятия лекарства. Я послушно его открываю, высовываю язык и позволяю очередному охраннику в медицинских перчатках приподнять мой язык и посмотреть со всех сторон не завалялась ли у меня во рту таблеточка. Нет, я их глотаю. Наверное они мне помогают, ведь перестали приходить те сны, про средние века и про события великого тамплиерсого заката.. Муж бывает дома редко. Обычно он ночует где-нибудь в гостинице. Но звонит регулярно мне в одно и тоже время, ну и охранникам тоже. Вот так и живу от звонка до звонка. Одно единственное место, которое мне доступно, это окно. Благодаря ему, я еще живу в здравом уме. Обидно, даже пожаловаться некому. Муж слушает врача. Макс недоступен для меня, ведь телефон и компьютер изъяты. Да и некогда ему сейчас. Дело в том, что Игорь Петрович перенес инсульт. Это случилось примерно через месяц после похорон дедова друга. В одно очень солнечное утро, он просто не смог встать с кровати. И говорить он тоже не мог. Когда я увидела его страдальческие глаза и желание сказать хоть слово, и боль от невозможности даже пошевелить пальцами. Максим и его мама приняли решение везти его в Америку. Так Максим сможет продолжить учебу и при этом помочь матери ухаживать за отцом. Маринка пыталась прорваться ко мне через охрану, но ее выставили вон. К домашнему телефону меня не подпускали. Подружка не сдалась и пришла к управляющему нашей фирмы Максимилиану и выдала свою версию, что меня удерживают в заложниках. Тот вызвал охрану и в сопровождении мужа и Маринки пришел ко мне. Максимилиану были продемонстрированы все бумаги о моей невменяемости. Максимилиан и Маринка сдались и покинули квартиру с псих-больной. Я этот момент помню, но мне сделали инъекцию и эта встреча прошла как в тумане. Вчера, как раз в канун своего дня рожденья я подслушала разговор охранников. Как я смогла понять, Юлиан завел себе подружку. Я ему не особенно мешаю, но путаюсь под ногами. Из гуманных соображений просто запереть меня в дурдом он не может на пожизненное проживание, но желание быть владельцем фирмы у него огромное. Подружка хочет встречаться с богатым человеком. Сейчас он озабочен признанием в суде моей невменяемости, чтобы оформить опекунство и перевести фирму на себя. А потом сдаст меня и буду я жить овощем в одном из пансионатов в далёкой стране Англии пока смерть не приберет меня. Что вполне возможно произойдет очень скоро примерно года через два, после того как меня туда перевезут. Там никто больше двух лет не живёт, по данным статистики. Я понимаю Юлиана и где-то сочувствую. Но внутренняя обида не дает мне покоя. Хоть врач и говорит, что ни один психически больной человек не признает себя таковым, но я действительно чувствовала себя здоровой. Я стала замкнутой, нелюдимой, молчаливой, но я была пока здорова. И я задумала «подложить свинью» дорогому мужу. Пока он добивается признания меня не дееспособной, я вполне могу наложить на себя руки. В этом случае всё моё имущество переходит Максиму. Мы так решили давно, когда нам только исполнилось по восемнадцать. Он завещал всё мне, а я завещала всё ему. Это произошло тайно и никто из близких об этом не знал. План созрел моментально. Я в разговоре с супругом попросила сделать мне подарок, визажиста – парикмахера, красивое платье и сервированный стол. Осталось только решить, как это сделать, и решиться сделать это. Врач, наблюдающий меня, дал твердо понять моему мужу, что я с собой ничего не совершу, будто у меня огромная тяга к жизни и слишком развитый инстинкт самосохранения. Поэтому, окно не было заколочено, ножи были включены в сервировку стола, и многое что другое осталось при мне. Например, бумага и ручка. Я быстро нацарапала записку и вложила ее в лиф своего платья под силиконовую вставку . Так его скорее всего найдут сотрудники морга или криминалисты. В ней я просила связаться с Максимом Королём и чтобы он боролся за наследство, оставленное мною ему. Пусть это будет последняя воля. Я выпила для храбрости сока и шагнула на подоконник. Окно распахнулось легко. Я задержалась на балконе и осмотрелась вокруг. Ночь была прекрасна. Звезды осыпали черный полог небосклона как брильянтовая крошка и сверкали. Я очень люблю свой день рожденья именно за то, что могу наблюдать такую россыпь каждый год, и она не перестает меня радовать. Эх, как же умирать не охота в такую красивую ночь! Я щелкнула пальцами правой руки и залихватски подпрыгнули на месте и потом сделала шажок ближе к пропасти. «Сейчас всё кончится» - подбадривала я себя – «много времени это не займет. Гравитацию и закон всемирного тяготенья еще никто не отменял. Упасть с десятого этажа и остаться в живых, это нонсенс. Мне не будет больно. Только шажок, а там вступят в исполнение приговора законы физики». Я ошиблась, законы физики иногда бывают вовсе не причем. Шаг я всё-таки сделала и даже полетела, но как-то странно. Пружиня ногами на чем-то мягком и плотном спускалась как на лифте созерцая окрестности и звездное небо во всей красе. Занятно, чем этот вялый спуск окончится? А закончился он моим плавным приземлением на свои собственные ноги и задиранием головы для рассмотрения окна. Окно было распахнуто настежь. Это плохо. Раз я жива, хоть мне никто это не доказал пока, даже простым щипком, но даже если так, то окно хорошо бы закрыть, чтоб охрана стразу не всполошилась. Эх! Я снова машинально щелкнула пальцами правой руки. Окно как по мановению волшебной палочки закрылось. Надо же какие оказывается в квартире сквозняки. Я к сквознякам отношусь очень педантично, простываю быстро. Непорядок. Осталось найти кого-нибудь чтоб ущипнул меня как следует, а еще лучше сказал, что видит меня. Неожиданно, мою талию что-то кольнуло сзади и мне так стало больно, что даже взвизгнула и подпрыгнула на месте. Обернувшись к жалящему я натолкнулась на радостную улыбку того самого парня, который толпился под окном в одно и тоже время каждый день. В близи он показался старше, чем тогда когда я смотрела на него из окна. Улыбка стала шире и он бархатным голосом заправского мачо сказал: - Я тебя вижу, мало того еще и чувствую. Ты живая. Голос такой простенькой внешности совсем не подходил. Но мой дискомфорт быстро улетучился, когда он неожиданно продолжил - Тебя зовут Юля, а меня Михаил. Будем знакомы. И давай валим отсюда, нето твои охранники пронюхают, что тебя нет. Чего застыла? Валим говорю! Гоу-гоу, шнеллер-шнеллер Он накинул на меня свою куртку, прикрывая оголённую спину в вырезе шикарного платья, взял за руку и мы побежали. Пробежав два квартала, мы пошли более медленным шагом. - Расслабся, будем разыгрывать из себя влюблённую парочку, гуляющую в ночи. Распусти волосы и завяжи хвост. Так ты больше подойдешь под этот образ.Я исполнила его просьбу и попыталась распустить волосы. Но визажист так их стянула, что распуская причёску я чуть не заплакала. Михаил мне помог и в четыре руки мы распустили волосы довольно быстро. Потом собрав их в конский хвост завязала шнурком от ботинок, оказавшимся в кармане куртки Михаила. Произведя все эти превращения, мы взялись за руки и пошли по тротуару. Я молчала наслаждаясь свободой. Я не знаю сколько времени мне осталось быть свободной и я пила ее жадными глотками. Михаил тоже молчал, по какой причине не знаю, но просто шел рядом. - Нам сюда – остановился Михаил возле темной подворотни – доверься. Здесь кругом камеры, и нам лучше сбить с толку тех кто будет их просматривать. - А ты не боишься за то что тебя узнают, ведь ты даже лицо не прекрыл? - Не-а, не боюсь. Меня найти очень трудно. Моё лицо всегда расплывается на камере и становится размытым. Вот такая способность. А вот тебя они просекут в момент. Ну так что, идем? - Ага, пошли. Только долго здесь сидеть не получится, найдут – озаботилась я - А мы и не собираемся здесь сидеть. Двор проходной и там захолустная улица без камер. По ней мы пройдем до конца, а там у меня машина припрятана. На ней и покинем город. Согласна? – я в ответ только кивнула. - Ты не боишься меня? – серьёзно спросил парень - Я из окна выпрыгнула не побоялась, а ты глупые вопросы задаёшь. Если вдруг надумаешь прибить меня, так я с жизнью уже попрощалась. - Ладно, раз так. Тогда пошли. Улица, на которую мы вышли была тихой и тёмной. Свет одинокого фонаря в конце улицы светил нам в спину. От этого желтого тусклого света тени на земле вырастали с каждой секундой. Если бы не мои таблетки, всё еще находящиеся у меня в крови, визжала бы от каждого шороха. А так иду себе спокойно и даже улыбаюсь. Когда доберусь до интернета, если останусь жива после прогулки с непонятным Мишей, обязательно поинтересуюсь чем меня пичкали. Состояние такое, что разожги костёр и скажи : прыгай и ведь прыгну, не испугаюсь. В голове всё путается и плывёт. Почему мне так плохо? Желудок вот-вот отторгнет, то что я в него вечером положила. - Эй, Юля, тебе плохо? – остановившись сам и заставив тормознуть меня, Миша развернул меня к себе и озабоченно разглядывал моё лицо. Оно было так близко, что я в этой густой серой жиже сумерек смогла разглядеть у него несколько веснушек. - Крепись, девочка, чуть-чуть до машины осталось - Я не могу, я… - мой желудок освободился от содержимого. Хорошо хоть успела вырваться из рук Миши, удерживающего мою голову. - Сволочи! Чем же они таким тебя? Ладно, приедем узнаем. Нам бы добраться, а тебе смотрю худо совсем. - Я…мне…пить хочу – выдохнула я, а мой желудок тем временем пытался от меня сбежать выпрыгнув через горло. Я стояла в непристойной для девушки позе, которая в простонародье называется «на корячках», а мой сопровождающий пытался меня поднять. - Давай попробуем встать, а? Или могу понести если хочешь? Хочешь? – я замотала головой в знак согласия и чуть не упала от слабости. Михаил поднял меня на руки как маленькую и понёс. Уверена ему было не трудно меня нести, ведь за время годовалой болезни я похудела почти вдвое. Преодолев оставшееся расстояние парень положил меня на землю, облокотив верхнюю часть моего туловища на заднюю дверцу машины, а сам стал возиться с ключами. На последних остатках сознания, я отметила что машина у Михаила шикарная, внедорожник. Жаль будет загадить ее, но похоже он готов к этим трудностям. Я балансировала между обмороком и сознанием, когда меня снова подняли на руки, открыли заднюю дверь и положили меня в машину. Черная мягкая кожа отделки приятно холодила кожу. Я закрыла глаза и попыталась отключиться. Так лучше смогу перенести дорогу. Мне всё равно куда меня повезут, хоть расчленять только бы отключиться. Моя жизнь была мне сейчас безразлична, боль от спазмов желудка и озноб брали верх над страхом. Вдруг кто-то коснулся чем-то прохладным и мокрым моего люба. Я вздрогнула и открыла глаза. - Ш-ш-ш-ш, не бойся это я, Михаил. Ты меня узнаешь? - Да…уз…на..ю-ю-ю – выдавила я из себя. Челюсть сводило и разомкнуть ее оказалось очень сложно, чтобы сказать эти два слова. Перед глазами всё плыло. Тело билось в конвульсиях. Каждая клетка во мне бунтовала. Мне казалось, что еще немного и я распадусь на атомы. Причем каждый атом попытается в свою очередь еще раз поделиться. Меня то охватывала паника, то становилось всё безразлично. Забытье не приносило облегченье. Образы плыли перед глазами и я не могла ухватить их чтобы внимательно рассмотреть. Вихрь отдельных картин и образов кружился вокруг меня. Я была в эпицентре смерча. Этот столб, внутри которого была я начал сжиматься. Воздуха отчаянно не хватало. Из последних сил я попробовала упереться руками в давящую меня стену. Этот механизм не останавливался. С природой не поспоришь. Как только я об этом подумала, смерч стал расширять свои границы, редеть и стихать. Всё-таки смерч удивительная штука, появляется и рассеивается по мановению волшебной палочки. Передо мной остановилось изображение светлого проема залитого солнечным светом. Проём был не очень большим, скорее таких размеров бывают окна. Я прищурилась и резкость в моих глазах улучшилась. Да, это было окно, а за окном зеленые высокие деревья. Запах из окна шел восхитительный. Луговые травы цветы. Что-то еще, примесь какая-то. Ах да, осока едва различимая в густом мареве зеленого благоухания. Где-то рядом пруд или озеро, а может речушка. Здорово. Я перевела взгляд от окна на комнату в которой я находилась. Небольшая и аскетичная. Бревенчатые стены в которых аккуратно и добротно вложен льняной чёс. Простой дощатый стол, одна табуретка и деревянная вешалка. Кровать тоже была с деревянными спинками и мягкой периной и теплым пуховым одеялом. Наверное я попала на съемки фильма про деревенскую жизнь или постановочную сказку. Дерево пахнет вкусно, поэтому я ничего против не имею, поваляться на этой пуховой перине. Там разберёмся. И я повалялась. А потом еще повалялась и снова повалялась. Когда настроение моё стало совсем солнечным дверь отварилась и в комнату вошел Михаил. - Привет – улыбнулся он мне лучезарно – смотрю тебе стало лучше. Ох и напугала ты меня, Юля. Да что меня, ты всех тут напугала. Не знали что и делать. - И долго я вас тут пугала? - улыбаясь спросила я, глядя как парень проходит в комнату и выкладывает на стол хлеб и крынку. Неужели это молоко? Крынка с молоком, никогда не видела такого, только в кино. - Недели две или две с половиной. Думали не выживешь. – продолжил Михаил, начиная резать хлеб – эти изверги тебя совсем чуть на тот свет не отправили. Вовремя ты решилась, еще чуть-чуть и было б сложнее. - Изверги, согласна. Вначале жен себе заводят, а потом травят их лекарствами с подачи врачей. Миш, я так есть хочу, что даже живот подводит. Есть во что переодеться? - Конечно есть, Юлька, вот смотри брюки и рубаха. Нашли самые маленькие, что у нас есть. Ты такая худая, просто кожа да кости. Я отвернусь, а ты как оденешься помогу сесть за стол. Кто бы мог подумать, что одеваться так тяжело. После каждого движения пришлось отдыхать. Но чрез значительный промежуток времени с одеждой было покончено. - Помоги встать, я одета – сидя на кровати, я держалась за спинку этой самой кровати, я пыталась удержать равновесие. Сложная задача, для неокрепшего. - Лучше я тебе в постель принесу, не сможешь ты до стола дойти. Слаба ты. В крынке оказался куриный бульон с размятой картошкой. Съев две ложки которые мне бережно влил в рот «медбрат» Миша, я повалилась снова от усталости на кровать. Миша помог уложить мне ноги и закрыл одеялом. - Поспи, я разбужу когда следующий прием пищи будет. Тебя надо часто кормить, но по не многу. Спи пока. – сказал и испарился. А я тем временем заснула. Новый прием пищи дался гораздо легче чем первый. Я смогла съесть больше и при этом удержать это в себе. Из Михаила получилась хорошая сиделка и через три дня, я самостоятельно сидела, ела и даже ходила. Первое посещение улицы я ждала с нетерпением. Но выход на воздух откладывался. Встав сегодня утром прошла в душ, который в этом экзотическом домике был очень даже на уровне мировых стандартов. Струи воды смывали с меня усталость этого странного года, в котором я существовала. Тело я намывала и намывала, так что в конце процедуры красная кожа скрипела, если провести по ней пальцем. Обернув полотенце вокруг тела и завернув волосы в кокон другого полотенца, я чистая и лучистая шагнула в свою аскетичную комнату. На столе был сервирован завтрак и прикреплена записка. «Юля как закончишь завтрак, выходи во двор, заверни за угол и иди по дорожке к большому дому. Входи не бойся. Миша». Ладно, раз просят, так вежливо почему не выполнить? Поев с большим удовольствием и одевшись, я расчесала волосы и оставила их сохнуть в свободном падении. В указанном в записке направлении была только одна дорожка, по ней я и пошла. Сад был красив и ухожен. Плодоносные деревья усыпаны белыми цветами. Аромат стоит такой, что показалось на мгновенье, будто нахожусь в райских кущах. Красота середины весны, всегда меня завораживала. Такое солнце может быть только в это время, яркое, жаркое и ласкающее. Ветки деревьев стали редеть и моему взору открылся красивый дом с ухоженным газоном. Картинка предвещала благодать и счастье, рай и любовное гнездышко. По гравийной дорожке я прошла к крыльцу и потянула на себя дверь. Не открылась. Рядом висел переговорник домофона. Нажав на кнопочку стала слушать гудки вызова. - Юля, входи пожалуйста – басистый голос заставил меня вздрогнуть. Щелчок и я внутри. Просторный холл, лестница из мрамора расходящаяся на две стороны, огромные арочные окна, и шикарный светильник под старину свисающий с потолка. - Эй, идти-то куда? – крикнула я в пустой холл. - Сюда, иди сюда – басистый голос раздался с правого «рукава» лестницы. Я подняла голову и увидела коренастого мужчину, стоявшего облокотившись на резные перила. Повинуясь, я прошла быстро по лестнице и встала напротив незнакомца. Это был мужчина среднего роста, крепкого телосложения, сероглазый и светловолосый. Если бы заставили отгадать его ближайшие корни, то я бы назвала прибалтов. На вид ему было около тридцати. - Давай знакомиться? Меня зовут Янис – протянул с улыбкой мне руку мужчина. Надо же я угадала его национальную принадлежность. - Юлия Снегова, но вы похоже это уже знаете. - Да, знаю. Проходи познакомлю тебя с остальными – он указала направление, а я если честно ужасно испугалась. Ко мне вернулся страх за собственную жизнь. Но делать нечего, далеко я отсюда не убегу, поймают, придется пройти и познакомиться с этими «остальными». Пройдя по второму этажу мы остановились около роскошной двери. Янис потянул за ручку и дверь тихонько открылась. Жест не требовал дальнейших пояснений, а ясно указывал что делать – входить. Я и вошла. Передо мной была огромная комната красиво и богато отделанная. В центре стоял стол за которым сидели шестеро разновозрастных мужчин. Сидящие все как по команде обернулись и немного невпопад поднялись со своих мест. Надо же, воспитанные. - Знакомьтесь, это Юлия Снегова …та самая – все снова одновременно улыбнулись, а я смутилась и покраснела. Инициатива на этот час принадлежала полностью Янису и он взяв меня под локоток провел к столу и усадил на свободный стул. Всего этих стульев было восемь. Удивительно, меня ждали? - Я, Вас Юля с каждым познакомлю, обязательно, или каждый сам представится. Сейчас есть дела требующие срочного вмешательства. Обрисую ситуацию в двух словах. Ваш муж объявил Вас умершей. К тому же похороны уже прошли. Вас кремировали. Сейчас он подал документы на наследование Вашего имущества, ведь как нам известно у вас нет родственников. - Я завещала всё своему другу детства Максиму Королю. У него есть завещание подписанное мною. Надо связаться с Максимом – забылась я и начала случайным людям выдавать свои секреты - Хорошо, значит свяжемся. Кимай займись этим, хорошо? – парень азиатской наружности, с модной стрижкой и выкрашенной в алый цвет прядью, коротко кивнул и улыбнулся мне представляясь – Я, Кимай, рад встречи – на ломаном русском сказал парень. - Максим живет в Америке, он… - Мы знаем это. Кимай вылетит сегодня. Вам нужно написать ему записку, но так чтобы он сразу понял, что она от Вас. Может вы упомяните какой-то факт из вашей жизни, который знаете только Вы и он. - Да, конечно – растерялась я, раздавленная такой активностью и вниманием к моей личной жизни. – Я бы хотела, чтобы Вы мне объяснили кто вы и что вам от меня нужно – запоздало задала я вопрос. Но как говорится лучше поздно чем никогда. - Конечно, не беспокойтесь. Миша займись пожалуйста электронной почтой Юлиана и Анжелики. Надо набрать больше доказательных фактов. Максим скорее всего захочет разобраться в ситуации, после того как узнает, что Юленька мертва. Поможем ему, ребята. Вам же, Юлия Всеволодовна лучше остаться пока для всех «мертвой». Так безопаснее. Я сидела и моргала глазами, не понимая, что происходит, а мужчины за столом внимательно слушали этого самого Яниса. Миша улыбаясь скрылся за дверью в которую несколько минут назад вошла я. Что у них за организация такая? Может это секта и отобрав деньги у Юлиана, они отберут деньги у Максима? Вполне возможно, что меня пустят в расход. Или нет? Жаль я так мало знаю про секты, и совсем не знаю как себя вести с сектантами. Миша сектантом не выглядит, но этот дом? Дом похож на обитель сектантов? Вполне может быть. Может это закрытая секта, только-только открывшаяся и им нужны волонтёры? - Юля, успокойтесь, у вас всё на лице написано. Нас бояться не надо, потому что вполне сможем объяснить кто мы и что делаем. Но с начала предлагаю познакомиться с остальными парнями – моего согласия похоже не потребовалось, потому как Янис тут же указал на красивого высокого громилу чем-то смахивающего внешностью на Шварценегера в молодости. Такие же рубленные черты лица и накаченный торс, и в придачу к очаровательной улыбке. На вид ему около двадцати пяти – Это вот Адам, он из Германии. По-русски понимает пару слов. - Гутен таг, Адам – спохватилась я. Немецкий был второй язык который моя добрая бабушка заставила выучить. Первым был английский. - Здра-всуй-тэ – ответил Адам. Отлично, похоже, контакт установлен. Широкая улыбка копии «Арни», а точнее Арнольда Шварценегера, объяснила мне это без дальнейших сложных русских слов. - Иржи, из Польши и он прекрасно говорит по-русски, у него русская мама – рассказывал мне прибалт указывая на лучезарного и элегантного парня с красивыми каштановыми волосами, серо-зелеными глазами и с легким загаром на коже. Он смотрел настолько доверительно и ласково, что казалось он безответно любит всех и каждого. При этом надо отметить он прекрасно сложён. Девушки наверное к ногам такого красавца кучами падают. - А вот это братья-близнецы Тимур и Артур. Они из Казани – двое одинаковых хмурых парней кивнули в ответ на моё кивок головы и также хмуро продолжали молчать. М-да не веселые ребята, но может после расшевелятся. Интересная компания собралась на земле российской, но почему они тут, а главное почему озабочены моими проблемами? - Проголодалась, Юля? – без обеняков сказал Иржи – ты на нас не смотри, хочешь кушать кушай, тебе надо массу набирать, в этом сейчас твоё здоровье. - Нет, спасибо, я не голодна. - Хорошо, теперь мы расскажем тебе, что к чему с твоим наследством – Михаил снова присоединился к нам за столом и улыбался мне во все тридцать два зуба. Глава шестая Михаил – хакер. Проблем с законом он не имел, но и блюстителем не был. Работая в компании по разработке и компьютерных игр, он не брезговал дополнительными подработками. Жизнь текла своим чередом. У него была квартира, оставшаяся от родителей и капитал, также оставленный родителями и сохраненный бабушкой. Родителей он хорошо помнил. Мама была веселая, а вот отец был полон достоинств. Баловал он маму, да и как не баловать ведь младше она была его на двадцать лет. Профессор, красавец, не женат, такой мог вскружить голову любой студентке или аспирантке. Кружил, но про это не знал и жил себе одинокой жизнью холостяка. Мама приехала из деревни в Сибири. Она единственная кто смогла с трудом, но поступить в университет в котором работал его отец. В первый же день, когда отец вошел в аудиторию первого сентября, мама решила, что он будет ее. Через полгода они поженились, а еще через полгода в профессорской семье появился Михаил. Бабушка приехала из Санкт-Петербурга специально помогать растить внука. Так и осталась жить с родителями и Мишей. У Миши было золотое детство. Лучшие игрушки, книжки, развлеченья. Маму отец тоже баловал и в один прекрасный день купил ей красивую блестящую машину. Мама раскатывала на ней везде и показывала своим подружкам. Те завистливо смотрели, а маму это почему-то радовало. Когда Михаилу исполнилось тринадцать они с отцом и бабушкой поехали к нотариусу и оформили завещание на Михаила и бабушку. «На всякий случай, я и так долго тянул» - сказал папа тогда. А через три дня его не стало. Это случилось когда они ехали с дачи. Бабушка в тот день осталась на даче, а вот мама, папа и Михаил были в красивой блестящей маминой машине. Всё случилось так быстро, что даже испугаться не получилось. Испуг пришел потом, а за ним шок. Отчетливо вспоминалась последняя секунда их семейной жизни и крутилась нескончаемой лентой в голове, даже когда сон настигал парня. Отец поворачивается и говорит «нам надо поговорить», а мама отводит глаза от дороги и смотрит на Мишу. Треугольник любящих взглядов. Удар. И какая-то сила подхватывает Мишу, и выносит из машины, а родители так и смотрят на него из улетающей с трассы машине. Маму и папу похоронили рядом. Бабушка, которую парень видел только по фотографиям приехала и Сибирской деревушки и запомнилась громким рёвом за всю процедуру похорон. Её глубокие гортанные звуки напугали. Потом еще очень долго звучали в ушах Миши. Приехав с кладбища, он ушел в самый дальний угол квартиры и зажал уши руками так сильно как смог. Эта «другая бабушка» как он про себя окрестил ее, осталась жить в квартире месяца на три, вместе с пятью сестрами мамы. Эти месяцы показались Михаилу самыми склочными за всю его не очень пока долгую жизнь. «Другая бабушка» всё время командовала, распоряжалась и кричала. Сестры мамы постоянно примеряли мамины платья и вертелись перед зеркалом, а потом уходили на ночь и возвращались утром. Однажды это кончилось. Миша ходил за хлебом, и не купив любимого бабушкиного пришел домой немного раньше. «Другая бабушка» визжала и обзывала бабушку нехорошими словами. Тайфун женских тел, бегающих по квартире в зад и перед заставил паренька отойти в глубь коридора и встать в безопасный угол. С криками и ссорами «другая бабушка» и тёти покинули квартиру, прихватив с собой все мамины платья и украшения. - Почему они так? - спросил паренёк - Не знаю, Миша – раздумывая над чем-то ответила бабушка - Они не вернуться? - Нет, внучек, не вернуться – обрадовала бабуля. Так они и остались вдвоем. Бабушке разрешили оформить над Мишей опеку, и жизнь потекла своим прежним чередом. Не хватало только родителей. Когда Мише исполнилось восемнадцать, бабушка очень сильно заболела. После очередного прихода врача, она позвала к себе внука и попросила его открыть отцов сейф и принести обшитую бархатом коробку. Принеся все это бабушке, Михаил поправил подушки и помог ей сесть. Теребя тонкими всё еще красивыми пальцами с безупречным маникюром края коробки, бабушка никак не могла начать свой разговор. В какой-то момент, решившись она обратилась к Мише: - Это старинная реликвия нашей семьи. Ей больше шестисот лет. Она передавалась из поколения в поколение. Это кинжал, на вид самый обычный, но в рукоять его вставлен очень дорогой и красивый камень. Это часть загадки, открывающей путь к карте на которой указано место, где лежат богатства тамплиеров. Тебе покажется это бредом, но этот кинжал заговорённый. Тому есть подтвержденья моих предков. Этот кинжал нельзя ни украсть, не выменять, ни продать, ни отдать по доброй воле, ни подарить. Он всегда возвращается к своим владельцам. Он служит цели и эту цель надо найти. Согласно приданию нашей семьи, один из предков состоял в Ордене тамплиеров, и по тайному поручению приближенных Магистра увёз большую часть сокровищ и спрятал вместе с шестью другими рыцарями. У каждого из семи рыцарей было по своеобразному символу, в разгадке которого состоял полный перечень ориентиров на карте, с указанием клада. Среди семи рыцарей была одна девушка, обладающая сверхъестественной силой, которая наложила заклятье на клад и на указующие предметы. Твой отец, сначала относился очень шутливо к этой семейной легенде, но перед смертью очень сильно заинтересовался реликвией и всем тем, что происходило во времена заката Ордена тамплиеров. Жаль я не знаю, чем закончились его исследования. - Бабушка, это странно ты не находишь? – отозвался на такой длинный монолог молодой мужчина - Твой отец тоже так считал…сначала. Потом он стал относиться к этому всему с большим уважением. Прояви уважение и ты. Перед смертью он написал некоему Янису. Тот разыскивал нас и отец ему ответил. Конверт ты найдешь в сейфе. Мне кажется, что смерть отца как-то связана с этим кинжалом… У меня нет доказательств, но…мне кажется тебе надо продолжить поиски ответов. Когда решишься, напиши этому Янису… как твои дела? Смог найти работу? - Да берут ассистентом разработчика игр. Говорят я обладаю способностями. Смогу сам за учебу платить и нам не надо будет сдавать твою Питерскую квартиру. - Ты совсем взрослый стал, Миша – ласково погладив по щеке сказала бабушка. Бабушка прожила еще пять лет. После окончания учебы, Михаил свозил ее в Париж. Он мог себе это позволить, ведь он сам теперь был разработчиком программ и игр. К тому же он состоял на хорошем счету в среде хакеров. Дополнительную работёнку ему все время подкидывали. К тому же он открыл сой магазинчик, в котором можно было сдать компьютерную технику и получить за металлолом сносные деньги. Через полгода после поездки в Париж бабушки не стало. Почему он вдруг вспомнил тот разговор про реликвию, которая заняла свое прежнее место в сейфе и пять лет не доставалась от туда он сам не понимал. Отыскав в сейфе адрес неизвестного Яниса он ему написал. ** ** Родители Яниса познакомились в Москве поступив в медицинский институт. С первого курся их завали женихом и невестой, но поженились они только по окончании ВУЗа, тем самым создав интернациональную семью. Маме Яниса предложили остаться в Москве как талантливому врачу, а отец хотел уехать в Латвию, к себе на родину. Там ему уже было уготовано место в одной из больниц Риги. Кто-то из родителей должен был пожертвовать своим благополучием, и им пожертвовала мама. Родители невестку не признали и с холодной латышской вежливостью терпели ее постольку-поскольку она была беременна Янисом. Работы для талантливого врача хирурга, которым была мама не нашлось, потому она пошла работать медицинской сестрой, чтобы не сидеть на шее у своего благополучного мужа. Папе Яниса удалось сделать ее хирургической сестрой и она помогала ему при операциях, периодически исполняя роль практикующего хирурга. Это была их маленькая тайна, о которой знала вся больница. Самые безнадёжные больные в руках мамы имели стопроцентные шансы на жизнь и поправку здоровья. Когда Янису исполнилось девять лет, Латвия перестала быть частью великой страны под названием Союз Советских Социалистических Республик и получила суверенитет. А потом его страна стала частью другой союза. Национальные волнения не затронули мира в семье Яниса, их разрушила банальная измена. Отец встретил другую женщину и влюбился. Мама не подавала виду, но ее это надломило. К тому же никто не хотел, чтобы русские работали в больнице и маме пришлось уехать после развода с отцом. Янис остался в Риге, так решил суд. Через некоторое время его нормальная жизнь изменилась. Для друзей он был русским, для мачехи – обузой, а для отца сыном требующим слишком много внимания к себе. Мальчишка замкнулся в себе и перестал разговаривать. Школу он откровенно прогуливал, на выпады мачехи помалкивал, а на замечания отца не реагировал. Через год отец сдался и отправил мальчишку его матери, оформив все необходимые документы. Мама встретила его на Рижском вокзале в Москве. Глаза полные слёз. Поцелуи. Крепкие объятья. Запах мамы. Впервые за год Янис открыл рот и произнес: «Привет мама!». Голос сорвался и пришлось снова замолчать. А потом жизнь потекла обычным чередом. Профессор который рекомендовал маму сразу после ВУЗа остаться в Москве помог ей обустроится, и дал работу в своей клинике. Когда Янис приехал в Россию, то устроил его в Московскую школу. Поначалу было очень странно разговаривать только на русском, но потом это даже понравилось. Янис окончил школу и поступил в медицинский. Все говорили, что у него талант и он превосходит им даже свою маму, которая к тому времени стала главврачом той клиники в которой работала и защитила диссертацию. Закончив институт Янис неожиданно для всех стал военным врачом. Горячие точки, раны, смерть стали его спутниками. А потом он так же неожиданно уволился и устроился к своему другу, открывшему вместе с матерью Яниса частную клинику. К тридцати годам он стал известным во всем мире хирургом. Мама гордилась сыном, и даже после его мировой известности с ним решил встретиться отец, не проявляющий своего отцовского чувства все эти годы. Только вот Янис не захотел его видеть. Не мог забыть, хоть и простил уже давно. Когда Яниса пригласили в Японию на симпозиум, мама попросила навестить Кимая Кио. Она попросила сына выслушать ее. Рассказ был удивительным, но самым удивительным было слышать его из уст хирурга с многолетним стажем. Оказывается его предки были тамплиерскими рыцарями и зарыли где-то клад. Один из ключей к разгадке местоположения клада передавался из поколения в поколение на протяжении шести веков. Всего таких подсказок семь. К тому же эту реликвию ставшую талисманом семьи нельзя никуда деть, она так или иначе всё равно вернётся в семью. В сейфе была коробочка с талисманом. Красивая серебряная брошь в виде летящей птицы была тем самым реликтовым сокровищем. Это была удивительно тонкая работа неизвестного мастера. Единственным дорогим в этой самой броши был глазок из камня в крыле птицы. Мама была чем-то обеспокоена и просила отыскать Кимая Кио в Японии обязательно. Мама не стало сразу. Они ехали в аэропорт. По дороге попав в пробку они разговаривали и смеялись. Три хлопка доносившиеся с улицы были еле-еле слышны. Потом появился мужчина с пистолетом в руках. Янису запомнились только его глаза. Глаза абсолютно слепого человека. В них не было зрачков, а радужки глаз были характерного бледного цвета. Мужчина подошел к машине стоявшей перед машиной Яниса, навел пистолет на окно водителя и два раза выстрелил. Потом развернулся и пошел к машине в которой были Янис с мамой. Пройдя не одну горячую точку и побывав в разных переделках как военный врач, Янис обладал удивительной реакцией и прыткостью, но тут странная мощная сила скрутила его и парализовала. Даже дышать стало затруднительно. Два выстрела прямо в голову и мамы не стало. Как врач он понимал, что она умерла моментально и даже боли не почувствовала. Парализация прошла через три дня. Оцепенение спало и он смог двигаться. Похороны прошли скромно, хоть и большинство пациентов прислали свои венки, цветы и саболезнования. На симпозиум Янис не попал, но в Японию поехал, чтобы исполнить последнюю волю матери. ** ** Кимай Кио был человеком не простым. Его работа не предполагала простоту и доверительность отношений. Быть полицейским, это не терять бдительность двадцать четыре часа в сутки. Но оплошности происходят со всеми, только вот не все могут себя простить за них. В тот день было не его дежурство. Но когда коллега попросил подменить его, то Кимай не раздумывая согласился. Он не любил Новый год, с детства. Отсчет первой минуты нового года он слушал по радио в машине выезжая на очередной вызов. Под последний отсчет Кимай на секунда представил как обнимает сына и желает ему счастливого нового года, и улыбка у этого мальчугана лучше всех на белом свете. Прогнав это виденье он достал из кобуры своё оружие, проверил и снова вложил в кобуру. Облава на притон произошла за считанные секунды. Кимая всегда в шутку называли «нападающий» как в игре. Техникой боя он владел в совершенстве. Даже самые умелые бойцы проигрывали ему. Продираясь сквозь полуодетых людей и отражая атаки тех кто пытался вырваться из кольца полицейских, Кимай двинулся к маленькой комнатке в конце дома. Резко открыв ее он наткнулся на карие огромные глаза, и понял что пропал, пропал навсегда. Её звали Аи, собственно как ее еще могли звать, только так «любовь». Она была метиской, это явно читалось по ее внешности. Кто-то из ее родителей был европейцем. В последствии Кимай узнал, что бабушка Аи была из России. Любовь захватила Кимая целиком. Он и не предполагал, что можно такое испытывать к женщине. Когда родился их сын, он готов был целовать следы Аи, оставленные на песке. Сына назвала сама Аи, и ничего другого не придумав, как дала имя как у отца Кимай. Мальчишка рос веселым и находчивым. В четыре года у него открылся талант к боевым искусствам, а в пятнадцать он был неоднократным победителем в своей категории. Жизнь одарила Кимая лаской и теплом, а потом это всё отобрала. Возвращаясь с работы его красавица жена не дождавшись сына, пошла одна домой. Идти было не далеко, всего три квартала. Но в тот вечер домой Аи так и не дошла. Кимай нашел того человека, кто нанес его жене семь ножевых ран. Он никуда и не прятался, сидел рядом и плакал схватив руками голову. Обычный пожилой мужчина, которых много в Японии. Он говорил только одно на всех допросах – я не знаю что на меня нашло, это был не я. Сына Кимай не простил, за ту задержку и с тех пор молчание вошло в их квартиру и окутало всё вокруг безнадёжностью. От жены осталась жемчужная подвеска, напоминающая собой слезу. Кимай сам не знал почему отдал эту подвеску сыну, так было нужно, он это твёрдо знал. Подвеска была старинная. Через три года Кимай уволился со службы и уехал от сына к своим родным в деревню. Больше они с сыном не виделись. ** ** Иржи родился в семье дипломата. Когда ему исполнилось семь лет, отца направили служить своей родине в Россию. Мама Иржи была из России и потому адаптация к другой стране прошла безболезненно. Иржи был всегда очень стеснительным. Отец научил его одному приему, который стал визитной карточкой самого Иржи в будущем. Этот прием ни что иное как улыбка. «Когда не знаешь, что сказать или знаешь, но говорить не хочешь, молчи и улыбайс. Люди сами домыслят за тебя, что им заблагорассудится» - наставлял его отец на путь истинный. Иржи слушал и внимал. Стеснительность так с годами и не прошла, а вот девчонок в окружении стало больше. Мама всегда тщательно следила за тем с кем Иржи проводит время, и в какой-то момент вместо большого количества девушек осталась только одна. Нельзя сказать, что девушка была единственной у Иржи, но она была постоянной. Дело шло к свадьбе. Ограничения при подготовке к ней требовали соблюдения приличий от парня. Приличия он, конечно, соблюдал, но компьютер и всемирную паутину забрать у него не могли. Иржи с детства увлекался нумизматикой и у него была огромная коллекция монет. Копаясь в очередной раз на сайтах, парень увидел в продаже красивую золотую монету. Эта монета была из Франции и чеканилась в тринадцатом – четырнадцатом веке нашей эры. Продавала эту монету пожилая женщина, судя по дате рождения указанной в личных данных посетителя сайта. Иржи так загорелся этой красивой монетой, что пару раз видел ее во сне. Не выдержав, он связался с продавцом и договорился о встрече. Кафе. Полдень. Перед Иржи стоит красивая высокая девушка в изумрудном платье. Растерянность и счастье ворвались в сердце парня и уцепились в нем за юношеские грёзы, выношенные желания и неизведанное чувство первой любви. Сердце пропустило один удар, а потом снова застучало в прежнем ритме. Девушка была старше его лет на пять-шесть, но это не умоляло ее достоинств. Беседа. Улыбки. Монета. Всё как во сне. Иржи выложил не торгуясь деньги за эту монету, а потом они вместе с девушкой вышли из кафе и пошли бродить по улицам Москвы. С тех самых пор все дни напролёт молодые люди проводили вместе. Свадьбу Иржи отменил, чем вызвал ужасный скандал дома. Когда отец попросил привести в дом ту девушку, что Иржи встретил и познакомить ее с семьёй, парень на крыльях радости прилетел к своей ненаглядной. Дверь была распахнута, его «божество» окровавленное, но живое валялось на полу квартирки, где проживало, а над ним возвышался отец. Иржи не устоял и бросился на родителя. Дрались они не долго, молодость одержала победу, но когда отец заговорил, то было полное ощущение, что на самом деле Иржи избит до полу-смерти. Его возлюбленная была любовницей отца, очень долгое время. В какой-то момент, девушка прискучила и отец решил с ней порвать. Она не хотела сдаваться без боя, и потребовала плату за ее «загубленные годы». Денег в кошельке не оказалось, кроме старинной французской монеты. Отец гордо кинул эту монету девушке и сказал, что если она постарается, то сможет продать ее достаточно дорого и прокормит себя некоторое время, пока не найдет другого состоятельного мужчину. Как же отец хохотал, когда узнал, что Иржи и «Дрянь», как он ее назвал, познакомились благодаря этой монете. Не зря еще дед Иржи говорил будто монета заговорённая и всегда будет возвращаться к своему владельцу. Злость и боль заполонили сердце парня, и он наговорил еще много всякого отцу. Но не знал тогда Иржи, что этот разговор с отцом последний. В то самое время когда отец и сын выплёвывали друг другу оскорбления уже был запущен маятник отстукивающий каждое мгновение цепи случайностей и мимолётностей, которые приведут к столкновению тринадцати автомобилей на центральных улицах великого города Москвы. Машина отца будет в самом эпицентре аварии и от нее, впоследствии, останется только бесформенный и корявый кусок железа с зажатым внутри трупом. Спустя год после этих событий, сидя в своей квартире и проверяя электронную почту, Иржи случайно наткнётся на сообщение присланное по ошибке. В этом сообщении будет указана страничка сайта «про вещи, которые всегда возвращаются». Этот сайт создаст Михаил для поиска таких же наследников, как и они с Янисом и Кимаем. ** ** Адам не помнил своих родителей. Его воспитывала тётя, родная сестра мамы. Своих детей у нее не было, и она отдала материнскую любовь племяннику. Адам рос в благополучии и получил хорошее образование. Увлечение спортом тётя поощряла и к шестнадцати годам у Адама была красивая фигура и живот со множеством кубиков. Спорт хоть и был частью жизни Адама, но не самой любимой и лакомой. В детстве он мечтал стать историком и изучать древние оплоты цивилизаций. Он поступил на исторический факультет и блестяще закончил его. Но ни в одно исследование так и не отправился. Случилась природная катастрофа, когда тётя была с визитом в Японии. Небольшое землятресение заставило дерево за которое уцепилась тётя во время толчка переломиться. Жизнь тёти продолжилась, но проходила после этой поездки в инвалидном кресле. Бизнес пришлось взять в свои молодые руки и уже было не до поездок. Ежедневная работа вытягивала все силы и было для Адама раем просто растянуться на диване в гостиной шикарного дома, в котором он жил с тётей и прислугой, и помечтать о дальних странах. Адаму снились удивительные сны, но они были реальны как сама жизнь. Ему снились Париж, Лондон, Мадрид. Он гулял по их старинным улицам вместе рассматривая архитектуру. Знакомился с девушками, болтал и даже выпивал. Иногда он присоединялся к экскурсиям в которых рассказывали о тех или иных удивительных местах. А потом он просыпался и жизнь снова проходила в постоянном отвоёвывании позиций бизнеса и укоренении его в мелких населенных пунктах приграничных с Берлином городках. Когда Адам в очередной раз в своём сне напивался с хорошенькой римлянкой или гречанкой, то на утро опьянение проходило только после холодного душа. Он любил свои сны и всё чаще бесился от того что время сна не возможно увеличить и надо идти снова руководить процессом его маленькой корпорации. Когда ему исполнилось двадцать восемь, тётушка попросила Адама сопроводить ее в банк. В банке тётушка отварила свою ячейку и достала оттуда маленькую коробочку. - Этот перстень принадлежал твоему отцу. Они с твоей мамой летели на частном самолёте. Самолёт разбился и никто не остался жив. Мародёр утащил это кольцо с руки твоего отца, но через некоторое время, кольцо вернулось назад. Того грабителя задержали случайно, когда он пытался этот перстень продать. Однажды украли это кольцо когда ты был совсем крохой, но оно снова вернулось. Твой отец хвастал маме, что он потомок тамплиеров, и это кольцо знак их отличая. Оно заговорённое и будет всегда при своём владельце. Теперь оно принадлежит тебе. Носи его. Приняв кольцо и одев его себе на руку, Адам почувствовал биение силы внутри кольца. В тот момент ему стало даже страшно за свой рассудок, ведь взрослый бизнесмен не должен верить в бабкины россказни. А спустя месяц тётушки не стало. В их дом ворвались люди в масках и с фашистской свайстикой на рукавах. Они долго били тётушку и прислугу. В живых остались все кроме тётушки. Адам был зол и удручен. Он похоронил тётю, а прислуга стала приходящей. Его жизнь изменилась, когда он встретил Яниса на одном из симпозиумов по маркетингу в медицине в Америке. Они разговорились и с тех пор жизнь Адама потекла по-новому. ** ** Тимур и Артур никогда небыли близнецами. Они были двойники друг друга. Семья Тимура считалась очень благополучной по мнению соседей, родственников из деревни, коллег по работе, школьных учителей, и еще много кого, кто сталкивался с этими улыбающимися и сияющими своей любовью людей. Так было до того момента, как в специализированную математическую школу не пришел новый ученик. Представляя паренька классу директор школы укоризненно взглянула на Тимура, задержала на нем взгляд, а потом резко опустила глаза, будто стесняясь еще раз пересечься взглядом с учеником. Все в классе молчали и смотрели удивленно на щуплого паренька стоящего у доски, как провинившийся. Было чему удивиться и шок вполне объясним. Перед всем классом стояла точная копия Тимура Курбаева и звали эту копию Артур. С этого самого дня жизнь Тимура круто изменила курс. Это только считается, что центры культур и традиций это большие города, слухи в них расходятся ничуть не медленнее чем в маленький деревеньках. Все стали шушукаться за спиной мамы Тимура и осуждающе поглядывать на отца. Когда мама входила в кабинет или в столовую, или просто проходила к двери своей работы за спиной туту же склонялись друг к другу две или три головы наблюдающих и шептали друг другу любые подробности из жизни семьи Курбаевых. К этому нестабильному и непонятному положению «бедняжки жены» добавились синяки и ссадины которые с дотошной регулярностью стали покрывать всё тело сына. Учиться Тимур стал плохо, прогуливал школу и грубил старшим. Мама решила разобраться во всех обстоятельствах происходящего и пошла в школу поговорить с классным руководителем сына. Урок должен был закончиться с минуты на минуту. Женщина стояла лицом к двери класса, чтобы успеть окликнуть сына и попросить его подождать ее пока она будет разговаривать с учительницей. Дверь резко отварилась и на пороге появился Тимур. На нём была странная застиранная рубашка и джинсы явно ему не по размеру. По матери он мазнул взглядом и ссутулившись побрёл по коридору в направлении выхода из школы. Окрик застрял в горле, когда так же резко дверь открылась снова и из нее вышел снова Тимур, но теперь на нем была одежда в которой он ушел в школу утром. Не заметив мать он кинулся следом за удаляющимся Тимуром номер один. «Такого не может быть» пронеслось в голове женщины. Осознав всё сразу мама Тимура не стала дожидаться разговора с классным руководителем, а просто пошла следом за пареньками. Они явно дружили, это было очень заметно. Вечером в доме Курбаевых состоялся сложный разговор, а на утро супруги отправились в школу на прием к директору. Мальчика звали Артур, как сообщил им директор школы, и был он из интерната. Родители мальчика погибли при невыясненных обстоятельствах три года назад, когда Артуру исполнилось тринадцать. У паренька феноменальные способности к математике и астрономии. Его приняли в эту специализированную школу как одарённого ребенка. Это гордость города, и талант. Родители мальчика приехали в Казань, купили квартиру, прожили месяц и пропали. Паренька обнаружили соседи и вызвали представителей опеки. Ту странность что мальчишки так похожи заметили все. Отец Тимура отправился в интернат и попробовал выяснить про мальчика всё, что было возможно. Возможным оказалось очень мало. Мальчишка был молчалив и замкнут. Психологи и врачи считали, что это последствия шока и боли причиненными потерей близких людей. Шок и боль затянулись на три года. Подумав и покрутив ситуацию с разных сторон Курбаевы решились на тест ДНК. Отцовство и материнство в отношении Артура не подтвердилось. А через полгода родители Тимура оформили над Артура опекунство. Мальчишки не рассовались и были всегда вместе. Глядя на них родители поражались насколько ребята разные и одинаковые, будто две половинки одного целого. Однажды, очищая карманы брюк мальчишек для стирки, мама вытащила маленькую красивую картинку. На ней была изображена белокурая девушка, с красивыми изумрудными глазами. Одна ее рука была спрятана за спину, а вторая указывала куда-то. Куда это рука указывала не было видно. То что это картина старинная сомнений не вызывало и вечером с Артуром состоялся сложный и важный разговор. В обеих семьях были старинные вещи, которые принято считать реликтовыми талисманами. В семье Курбановых это был красивый хрустальный шар, а в семье Артура это была та самая картина. Талисманы было принято спрятать в банковской ячейке. Через некоторое время родителей нашли задушенными на даче, а ребята осиротели. Несколько лет спустя копаясь в интернете они нашли сайт на котором рассказывалось про реликвии и семейные талисманы. Так ребята нашли Михаила и всю остальную компанию. ** ** - Семь рыцарей сойдутся на чужбине В стране ветров и холодов Они возложат на алтарь гордыни То, что досталось от дедов. Пусть птица вознесется в небо Клинок укроется в земле Два глаза устремятся слепо Пересекаясь на луне. Тогда тот девы лик откроет На западе хрустальный шар Над ним жемчужная слеза омоет С небес златого агнца дар. Когда по средь такого рая Возложен будет перст отцов То та, что грезит заклиная Сумеет отварить засов. Эти глупые стишки я помню с детства, но никак не могла подумать, что они так точно опишут происходящее – вымолвила я услышав истории парней. Семь умных и образованных мужчин почти в одно и то же время потеряли своих родных и близких. Вы верите в такие совпадения? Я нет. – единственное, что здесь не достает, это ягнёнка, но думаю за этим дело не станет. - Ягнёнок здесь тоже присутствует – отозвался почти на чистом русском языке Иржи – монета, которую я купил и которая была талисманом нашей семьи во Франции в Средние века, примерно в тринадцатом – четырнадцатом веке называли «ягненком». У нее на реверсе изображен ягненок. - Какая интересная наука нумизматика – отозвалась я, чем вызвала сияющую улыбку на лице поляка. – хорошо, но как вы нашли меня, или это случайность, и у меня на лбу написано, что я Юлия Снежная? - Нет, не на любу – произнёс Артур суровым видом. Странное выражение лица у этого парня, оно такое застывшее и хмурое, будто он никогда не ел шоколад или мороженое. Сложно представить его маленьким румяным карапузом улыбающимся всем подряд своими еще только проклюнувшимися передними зубами. – Ты на моей миниатюре изображена. Вот копия. С фотографии картины на меня смотрела я, но только у меня были красивые белокурые волосы заплетённые в косу с руку толщиной и достающие до щиколоток и платье с талией под грудью и мешковато спадающее до самого пола. Такой простой крой носили в Средние века в Европе насколько я помнила школьную историю. - Собравшись все вместе мы решили найти тебя и Миша сделал парикмахерскую программу. Четыре года назад, девушка с твоим лицом стала девушкой с миниатюры Артура – повествовал Янис – но найти тебя оказалось гораздо труднее, чем нам представлялось раньше. По данным, которые удалось считать, ты проживала по всему миру, задерживаясь везде не более пяти часов. - Пришлось попотеть над этой загадкой – заулыбался Михаил – предлагаю опустить подробности поисков и перейти прямо к ужину. Все «за»? Отлично. Принято единогласно. - Все мы потеряли близких при необъяснимых обстоятельствах – продолжил Янис, отрезая на своей тарелку кусок от бифштекса – это была зацепка. Мы все сироты, и наши близкие умерли в один год с небольшой разницей во времени. Пара-тройка месяцев, не больше. Следовало предположить, что девушка, которую мы ищем должна быть круглой сиротой. Но это только косвенные предположения, но они помогли. Дальше была нудная и тяжелая работа профессионала хакера – Миша в этот момент хмыкнул, криво улыбаясь – и круг сузился. - В течении всего времени было тяжело тебя найти – снова заговорил хакер улыбаясь так, что его коренные зубы хорошо просматривались даже из дальнего угла комнаты – помогла случайность. Я открыл лавку, в которую любой мог сдать подержанный компьютер. Чуть меньше года назад паренек принес ноутбук, который по его словам он нашел в мусорном контейнере. Не поверишь, но в нем была фотография девушки, которую мы искали. Это была ты. Парень за хорошее вознаграждение поделился информацией, где такое «сладкое» место, что компьютеры выбрасывают в помойки. Дальше дело техники. Девушку-сироту, которую пытаются выставить сумасшедшей найти оказалось не сложно. Всё сходилось. И как общий штрих, бабушка твоя погибла в то же время, что и наши близкие. - А в наследство мне достался глупый стишок – закончила я повествование Михаила. - Раз у тебя больше ничего нет, то значит это и есть твое достояние, которое кому-то нужно – заговорил Адам. У него был красивый глубокий голос с приятной, ласкающей ухо чуть заметной хрипцой. - Я не поняла, вы пытаетесь связать все эти смерти воедино? – вытаращила я глаза – тогда этот человек маньяк. - Если это человек – вставил в разговор свою фразу Тимур - Ну нет, это человек – настаивала я – или группа людей. Но что они могут искать? Ваши реликвии очень дороги, ведь они все относятся к одной и той же эпохе, но убивать из-за них людей… А они у Вас? Реликвии эти? - Да ценности у нас и пока никто на них не покушался – заявил Кимай – это как раз и странно. Красивый парень азиатской внешности поднялся из-за стола – мне пора, самолёт вылетает на рассвете. Мне нужно письмо от Вас Юлия. Напишите пожалуйста, а я пока вещи соберу. - Хорошо. Где можно раздобыть ручку и бумагу? Через минуту у меня было и то и другое и я нацарапала Максиму письмо. Прочитав его ни каких сомнений у друга детства не останется, что оно от меня. Глава седьмая После отъезда Кимая разговор восстановился и продолжался до самого утра. Слушая повествование шестерых мужчин мне показалось, что все что сейчас происходи, это сон, странный сон психически больного человека. Но мужчины были осязаемы и потому мне потом стало казаться, что меня упекли в клинику и положили в палату специально отведенную для людей с одинаковым отклонением. А еще в народе говорят, что только гриппом болеют коллективно, а с ума сходят поодиночке. Вовсе нет, нас таких сумасшедших восемь человек. После года таблеток и увещеваний моего личного психиатра весь мир мне казался более здоровым чем я. Оказывается это не так или все таки я здорова или эти семь мужчин так же как и я больны. Верилось в первое. Поворот в моей жизни был сделан. Семья перестала для меня существовать уже после смерти бабушки, а та что мы создали с Юлианом, была смутным подобием семьи. Может я сама в этом виновата, и желание быть не одной переросло в желание быть хоть с кем-нибудь. В итоге я по прежнему была одна, все эти пять лет. Я это знала, но признавать не желала. Это ошибка. Но судьба благосклонна и в моей жизни появились эти ребята и мне начинает казаться, не смотря на все обстоятельства происходящего, что попала я в семью. Теперь мне всё равно, здоровы мы или больны, но главное есть ощущение защиты и уюта. Я слушала спокойное повествование о кипучей деятельности парней внимательно, не упуская ни единого слова. События представлялись весьма странными. С самого начала парней не отпускала мысль, что всё это не зря. Просто так столько народа не собирается вместе и не трясёт древними реликвиями семей друг перед другом. Мысль о том, что есть некто, режисирующий обстоятельства существует пришла в их головы почти одновременно. Кто-то обладал энциклопедическими данными или просто являлся человеком случайным, но тайна семи предметов ему стала доступна. Значит в те самые далёкие времена был кто-то девятый знающий о кладе и каким-то образом сумевший эти знания донести до двадцать первого века. Ничего похожего на описание рассказа о кладе Ордена в доступных исторических документах не содержалось. Отсюда вывод - находка была либо реликвией, передающейся из поколения в поколение, либо случайной находкой. Просто так такие находки от глаз ученых и знатоков истории не проходят мимо. Проверив данные с аукционов ребята убедились, что «послание», как они его окрестили, не обнародовано, значит всё еще находится в руках убийцы. По всей видимости этот убийца знал чем обладает раз и не спешил являть это миру. Любой простой человек отнёс бы это куда следует и вполне возможно получил бы за это денежное вознаграждение. Поэтому скорее всего данное «послание» семейная реликвия. Мой стишок внёс дополнительные данные, почему убивали близких вместо того, чтобы собрать их вместе и найти клад. Это должны быть мужчины. До этого реликвиями обладали оба пола, и так сложилось, что во всех семьях родились мальчишки. Вполне допустимо и другая версия. Убийца собирался устранить только женскую половину потомков, а с мужской попытаться договориться. Косвенное поведение мужской части умерших и их обеспокоенность чем-то или кем-то подтверждала эту версию. Но почему эти люди отказали Искателю, как парни окрестили этого таинственного потомка «девятого»? Это был первый вопрос на который не было ответа. Вторым вопросом стала связь между потомками. Как им удалось найтись, столько веков спустя? Скорее всего намеренно или не намеренно но возможность ниточки между абсолютно незнакомыми друг другу людьми «подкинул» или случайно «обронил» Искатель. Снова одни вопросы и никаких ответов. Если ниточка была подброшена намеренно, то становится очевидным неуклонное присутствие этого «девятого» в нашей жизни, но при этом он остается невидимкой. Может и путь по которому он нас пустил им тщательно продуман для сбора нас вместе. Но для чего собирать? Для информации, которую можем дать только мы, или ради наших реликвий? Реликвиями воспользоваться могут только владельцы, а вот информация этим самым потомкам тамплиеров не известна. Самое простое, если ниточка между потомками была подарена случайно и ненамеренно. У нас вполне может оказаться шанс на нормальную жизнь. Но что-то плохо верилось в это. Этому таинственному Искателю нужны были не просто семь потомков мужского пола, ему надо сделать реконструкцию тех событий, что происходили в средние века. Поэтому скорее всего по его неведомой наводке братья по несчастью стали искать меня. Совсем не зря им попалась в руки занятная книженция, которая датирована четырьмя столетиями назад. Ни в одном каталоге исторических ценностей она не значилась, а пребывала в обычном библиотечном архиве в коробках со старыми газетами. Ее обнаружил Иржи, копаясь в старых газетах и ища хоть какие-то дополнительные ниточки в их расследовании. На вопросы Иржи о хозяине данной книжки, молоденькая библиотекарь улыбаясь поведала историю о старике, пришедшем к ним в библиотеку и отдавшем эту книгу для хранения. Он так величаво поднимал свою худенькую стариковскую шею проговаривая шепелявым ртом со вставленными зубами, что он Друид и потомок друидов, а также хранитель великой тайны, что запомнился не только этой молодой библиотекарше, но и ее мужу, пришедшему за женой. Странное совпадение. И старик пришел вовремя и книженция тоже вдруг вовремя попалась на глаза. Эти семеро потомков конечно хорошие следопыты, но таких совпадений не бывает. А книжка и впрямь занятная, скорее даже занятна она не только своим смыслом, а рисунком на первой странице. Рисунок в деталях отображал брошь, которая была реликвией семьи Яниса. Впоследствии я сама прочитала книгу и нашла в ней кое-что интересное, а пока я слушала ее пересказ со слов ребят. Смысл книги был весьма далёк от практических наук и содержал эзотерические догмы. Автор рассказывал о смутном времени опустившемся в средневековье на Францию. Голод и безденежье свели в могилу полстраны. Та часть что уцелела определилась в два больших и воюющих лагеря. Первым лагерем стали ярые фанатики церкви. Они убивали всех кто был иного мнения и искал других богов в помощь. Вот они как раз, эти люди и представляли другой лагерь. Образуя общины они пытались достучаться до небес, чтобы те послали хоть немного послабления. Всё было бесполезно. Те и другие умирали от голода и от войны друг с другом. Община друидов ушла подальше от городов и обосновалась в лесах. Там они пережили страшную эпидемию и ушли в земли бритов. На страницах, которые тщательным красивым почерком заполнял автор, была одна иллюстрация, которая заставила семь парней задуматься над еще одним участником событий средневековой давности. Это было изображение девушки с красивыми светлыми волосами. Эта девушка точь-в-точь была похожа на изображение на реликвии. Это был явный след, который был цепко подхвачен семью мужчинами и отработан досконально. Должна быть девушка, которая обладает пара-нормальными способностями. В книге была целая глава посвященная жрице-друидке. Бытует мнение, что сверхъестественны способности передаются из поколения в поколение, так сказать из одних рук в другие. Очень часто это происходит при приближающейся смерти обладателя редкого дара. Потомок награждается этим даром и передает его дальше по своим потомкам. Оказывается, как утверждает книга, это необходимо для того чтобы когда в этом магическом роду снова воплотиться обладательница этого изначального дара, то она бы смогла его снова принять и продолжать свои оккультные дела без потери каких-либо крупиц знаний, а наоборот овладела преумноженными и преувеличенными родовой цепочкой. В этой книге доказывается, что в роду есть носители силы и обладатели силой. Носители сами по себе слабенькие маги, или просто везучие люди, а вот обладатели которые перерождаются через поколения в этом же самом роду становятся сильнейшими чаровниками и чаровницами. Это все не могло не заинтересовать мужчин и было принято решение попробовать отыскать девушку из рода той чаровницы, что наложила заклятье на реликвии. Поиски меня продолжались достаточно долго. Само собой, ведь компьютер подарил мне Максим, и уверена, что обращался к спецам по установке программ на моём предприятии. Значит первым делом в это вмешался прямо или косвенно старый друг деда еще, когда был жив. Метания моего аккаунта по свету и невозможность меня отследить вполне в духе старика. Но способности Михаила и доля везения сделали своё дело и ребята меня нашли. Каково же было их удивление, когда выспрашивая у соседей обо мне они узнали и о моих проблемах со здоровьем. Но ребята не остановили наведение справок. Особую настойчивость в этом проявил Кимай, как полицейский. Ему требовалось больше доказательств о моем психическом здоровье. Конечно, это странно молодая наследница большого состояния, ставшая круглой сиротой, учащаяся с отличаем, и закончившая ВУЗ раньше срока, вдруг сходит с ума. Михаил сумел устроиться в мою компанию под видом сотрудника. Ему это с успехом удалось, ведь он имел авторитет в мире хакеров. Получив «разведчика» с неординарными способностями ребята стали вести наблюдение за делами компании. Дела надо сказать шли не плохо. Максимилиан честный и ответственный руководитель, но последний год произошло резкое ухудшение в бизнесе. Максимилиан пытался стабилизировать ситуацию, но она разваливалась на части при каждом его следующем действии. Адам разбирался с бумагами, которые пересылал ему Михаил и получалось, что шаги управляющего компанией были не просто хорошими, а великолепными по своему стратегическому рисунку. Вот на этом самом месте ребята и заподозрили, что в компании появился некто сливающий всю информацию конкурентам. Для этих целей Михаил получил доступ к камерам слежения в офисе и установил дополнительные , перепрогарммировав так, что данные стали копироваться на удаленном компьютере. Каждый день информацию просматривали и анализировали, но итог оставался прежним, полнейший ноль. Так продолжалось значительное время. То что дела фирмы и дела клада это две разные ветви случайно оказавшиеся связанными со мной, это стало понятно сразу. Но остановиться уже не могли. Им хотелось разобраться в происходящем. Ребята разделились на две группы и стали действовать в двух направлениях. Первым направлением поисков стал Информатор в моей фирме. Им занимались Михаил и Кимай. Кимай как хороший полицейский год назад попросил стажировку в России и ему по чистой случайности ее предоставили. Теперь у него были возможности и главное друзья из следственных органов, которыми он обзавёлся в короткий срок. Вот как раз сейчас его связи пригождались как нельзя лучше. Второе направление требовало больше сил и отдачи, ведь поиск кладов это вам не просто так, тут нужны знания. Клад как таковой не столько интересен, как интересно обстоятельство смерти близких и кто это всё затеял. Моё заточение сначала казалось ужасным для общего дела, а потом стало на руку. Ребятам казалось, что тот кто убил их близких должен как-то себя проявить. Вполне возможно, что связаться со мной ему будет проще. Блокаду моего быта, которую организовал Юлиан пытались проломить всего два человека. Это моя подружка Маринка и Максимилиан. Других желающих не было. Получалось затея бесперспективная с моим заточением и надо было как-то меня вызволять. Вот тогда и появился Михаил под моими окнами. Ребята готовили побег из под «домашнего ареста». К этому подталкивал и тот факт, что муженёк решил от меня избавиться. Тут вступала в жизнь другая параллельная ветвь обстоятельств. До того как я стала женой Юлиана, у него была интрижка длиною два года или может даже больше с женой его босса. Это мне было известно изначально и потому сообщение ребят об этом большого сметенья в мою душу не внесли. Роман был бурный и красивый, а главное неоднозначный. Жена босса, которую звали Анжела, ни в какую не желала расставаться с супругом и выбирать голо-нищего Юлиана. На этом они поссорились. Но беда не приходит одна и о шашнях Анжелы узнал ее муж. Парень в итоге лишился работы. С горя он уехал на юг, прошвырнуться по побережью и узнать за одно насчет работы. Но встретив меня его планы поменялись. Он собрал вещички и махнул ко мне когда навёл справки о моём достатке и наследстве. Конечно, подобное слышать из уст Тимура и Артура было больно, ведь именно они ездили в город, где до этого проживал мой муж и наводили там справки. Больно было не потому, что все фразы слетали с губ прилепленных на жестких без тени эмоции лицах, а потому что я как любая нормальная женщина считала, будто полюбили меня, а не наводили справки о возможной выгоде. Знакомые Юлиана все как один твердили, что тот сорвал большой куш и по своему завидовали ему. Слухи о том, что Юлиан уехал из города, постепенно дошли и до Анжелы. Ее поиски увенчались успехом и в один из дней она приехала в город на разведку и встретила нас с Юлианом полных любви друг к другу. Ее гордость была задета и справки она начала наводить сразу и обо мне и о моём состоянии. Был момент, даже наведалась в мою фирму. Моя фирма весьма респектабельна и потому известна даже в Москве. Осознав, что потеряла Юлиана навсегда она вернулась в свой город и утешилась в новой любовной связи с водителем мужа. Мы жили поживали и добра наживали до тех самых пор пока муж этой самой Анжелы не пронюхал о новой измене и не стал угрожать ей разводом. Дамочка наведалась в наш город и разнюхала обстоятельства нашей с Юлианом жизни. Попалась пару раз ему на глаза, и чувства в душе Юлиана вспыхнули с новой силой. Это произошло примерно год назад. Юлиан взял ее на содержание и они стали жить поживать вместе, в то время как постылая жена принимала пилюли и считалась психически больной. Многие в городе сочувствовали моему муженьку, и потому в бизнесе он по прежнему имел, так сказать, лицо. Михаил наведался в номер к сладкой парочке и установил там подслушивающие жучки. Вот с этого самого момента открылось настоящее положение дел. Короче говоря влюблённый по самые уши Юлиан рассказывал о делах фирмы своей подруге. Та всё внимательно выслушивала и потом передавала…своему супругу. С этого момента мне стало совсем интересно. Получалось, это не Юлиан дурачил меня и всех, а это дурачили Юлиана. Эта самая Анжела рассказывала о стратегии и планах моей фирмы, а ее муженек все выслушивал и опережал Максимилиана на один шаг. Дела в фирме муженька пошли в гору, но наши увы получили пинок в низ. Но в одном супруг Анжелы просчитался, добрая репутация зарабатывается годами, и эти самые года сыграли в одном из очень выгодных контрактах на руку нам, а не ему. Партнёр хотел видеть только нашу фирмы и больше ни какую другую. Свирепость муженька достигла апогея когда он орал на свою дрожайшую супругу в номере, который снимал для Анжелы Юлиан. Та конечно перепугалась, и видимо с перепугу предложила поглотить мою компанию компанией супруга. Муженек даже поперхнулся от такой идеи коварной соблазнительницы, и после недолгих раздумий вцепился в эту идею как клещ. Дальше события развивались по спирали. Муженёк этой Анжелы решил избавиться от меня, но предпочёл сделать это чужими руками. Эти самые руки приезжали каждый вечер к Анжеле и всячески придавались любым самым решительным действиям. Анжела предложила Юлиану завладеть фирмой, но сделать это аккуратно и ненавязчиво. Они подкупили психиатра и тот стал с регулярностью ответственного человека превращать меня в психически больную. Надо признать у него это здорово получалось и свой хлеб он жевал не зря. Перед судом мне предполагалось совсем свихнуться и тем самым явить великому судье своё больное состояние. Оставалось каких-то несколько месяцев и это бы осуществилось. Так что смылась я абсолютно вовремя из родной квартиры. Юлиану пришлось идти на криминал и подкладывать труп чужой девушки и опознавать его как мой. Жаль Юлиан не понимал, что как только вступит в права наследства так сразу опрокинет на себя страшную чашу обреченности. Говорят, ч то женщина в любви слепа и можно с ней вытворять всё что угодно. Увы, мужчины тоже слепы. Все эти обстоятельства Кимай собирался рассказать Максиму и попросить его участвовать в этой затее как сомневающееся лицо и наследник немалой такой империи. Я всецело одобряла такой план и готова была всем чем можно его поддерживать. А ничего от меня и не требовалось, нужно было просто сидеть тихонько и ждать результатов. Я скрылась из дома и вполне возможно жаждущие моего наследства захотят чтобы я на самом деле умерла. Мня такая перспектива не устраивала и я готовилась пока есть время и события развиваются своим чередом принять участие в поиске наводок на клад. Но приближалось утро и пора было расходиться, чтобы немного вздремнуть, а потом снова в бой, за неизвестным но манящем. Дом в котором мы проживали в восьмиром принадлежал Янису. Он его заработал своей практикой хирурга. Михаил конечно же внёс свои коррективы в охрану дома и мы были в полной безопасности от проникновения из вне. Думаю, того кто затеял нашими руками найти клад уж точно. Мне выделили красивую комнату на втором этаже с окнами на сад. Просторность и уют делали эту комнату настолько знакомой, будто я проживала в ней и раньше. Красивая комната для молодой девушки. Высокая кровать покрытая пастельных тонов покрывалом оказалось очень удобной. Только я коснулась подушки как на мои веки опустилась тяжесть и сон пришел мгновенно. ** ** Я иду по выжженной земле. Жар проникает даже через сандали. Ступни горят, в горле першит. Моя белая красивая одежда приобрела оттенок серости. Дотронься до ткани, проведи по ней пальцем и останется грязный нечеткий след. Мои волосы запылились. Коса, обрамлённая красивыми золотыми лентами болтается как плеть сзади. Она хлещет меня по ногам и спине, подталкивая к решительным действиям. Слёзы подступили так близко, что жгут мои белки и веки. Нет, я не заплачу, этого не будет. Это всё что осталось от моего нового дома, и с этим мне предстоит жить всегда. «Всегда». Ужасное слово оно звучит по-разному и на разных языках, но всегда означает одно и тоже – обреченность. Ты парализован этим всегда и спасения нет. Или может всё-таки есть? Вся сила, которой я обладаю не спасла этих людей от гнева моей прежней жизни. Эта жизнь налетела и сожгла дотла всё, что мне стало дорого. Почему я должна это пережить? Почему я обязана это принять?...Вопросы, вопросы, вопросы. Я не это сейчас должна делать, я должна попытаться отыскать его. У меня должно остаться хоть мимолётная память о нем. Груда искорёженных тел. Я прикасаюсь к ним. Мне надо понять кто из них он. Переворачиваю тело лицом вверх. Мужчина с дырой в груди. Молодой. Не повезло ему прибывать здесь, ох как не повезло. Его сила только-только обрела мужественность и стать, и он мертв. Под ним лежал другой мужчина постарше. Висок пробит. Наверное после удара он даже не понял что произошло. Это хорошо не видет, как умирает твой сын. Я никогда не была матерью, просто не способна на это…пока. Живя в этом племени, я поняла насколько культура моего народа бедна чувствами и переживаниями. Когда я пришла жить в это племя мне хотелось впитать в себя побольше красок, которые дарят эмоции и чувства и принести их в свой народ. Это была беспечность с моей стороны, которая стоила этим людям жизни. Я виновата. С болью я наказывала себя раз за разом переворачивая тела и вглядываясь в их лица. Это были не те лица что я видела на протяжении года, это были маски. Неужели так выглядит смерть? До этого я никогда с этим не сталкивалась. Маленькие тела детей и крупные тела мужчин и женщин, все они открывали маску смерти небу моими стараньями. Каждого в душе я оплакивала. Наверное именно так выглядит чувство потери и горя. Мне так больно, что дышать становится невыносимо. Я хватаю воздух ртом и пепел налипает на язык и скрежещет на зубах. Им всё уже все равно, а вот мне нет. Мне больно. Я никогда не прощу свою расу за это, никогда. Сколько буду жить столько буду помнить. Мой труд подходил к концу, осталось небольшое скопище тел, которые надо разобрать. Переворачивая каждого я натыкалась на их мертвые глаза. Я закрываю их и продолжаю свою работу. И тут я увидела его. Почерневшие от грязи и копоти губы, закрытые глаза и расслабленное лицо. Нет-нет это не маска смерти, это что-то иное. Я быстро разорвала его одежду и приложила ухо к груди. Затаив собственное дыхание я вслушивалась в его. Да-да-да! Это стук сердца. Да-да-да, он жив! Нельзя терять ни минуты. Я взмахнула руками и сконцентрировалась. Чистая теплая энергия окутала меня. Я никогда не делала того, что собиралась сделать сейчас. Энергия вокруг моего тела разрасталась и увеличивалась. Внутри этого прозрачного кокона появилось свечение. Это свечение жизни. Я соединила ребра ладоней и согнула немного пальцы. Сосредоточилась на сборе энергии в собранные ладони. Медленным тонким покрывалом энергия уплотнялась и сужалась обтекая меня и скатываясь в мои ладони. Через небольшой промежуток времени энергия вся скопилась в моих ладонях и стала сама по себе сворачиваться в шар. Мысленно я поторапливала сама себя, но процесс нужно было завершить. В конечном итоге энергия превратилась в маленький яркий шар. Это было то что нужно. Шар завис в воздухе и я смогла силой раскрыть юноше рот. Шар медленно поплыл к нему и скрылся во рту. Всё. Я спасла его, он будет жить. Ожидание было невыносимо. Я никогда ничего не ждала, и это были странные для мня ощущения. Ресницы его затрепетали и веки медленно раскрылись. Эти глаза цвета черного агата были живыми. К щекам прилил румянец и кожа уже не казалась такой безжизненной. Его губы приоткрылись и он произнес ими моё имя: - Мина – и еле заметно улыбнулся. Я кинулась к нему на шею и стала целовать не взирая на грязь и копоть что покрывали его лицо. - С возвращением Ир – прошептала я прямо в его губы – с возвращением. Его юношеские черты лица преобразились и он попытался встать. Я хрупка на вид и невысокая, но не стоит меня недооценивать. Мы обнялись когда он крепко стоял на ногах. Ради него я здесь, а он ради меня. Так было всегда, хоть законы моей общины не позволяют так считать. Через несколько часов все тела были захоронены нами. Это была ужасная могила. От нее веяло страданием, которое моя душа не могла снести. Мы взялись за руки и стояли у кромки зарытой ямы достаточно долго. Мы молчали, но это молчанье было гораздо яростней и сильнее крика боли и гнева. Я не забуду и не прощу своему племени такой расплаты за мое желание быть с ним. Я не упущу возможности прожить нормальную жизнь с этим человеком. Моих сил осталось достаточно, чтобы защитить нас от моих собратьев. Это война и я готова вести ее до самого конца. Солнце клонилось к земле когда мы взявшись за руки пошли в направлении озер. Там мы сможем запастись водой для нашего долгого пути. Они нас не найдут, а если и найдут то не обрадуются этому. Да будет так. Еще до достижения возраста в пятнадцать лет меня привели в общину магов. Дар открылся у меня неожиданно, когда мне исполнилось пятнадцать. Просто проснулась рано утром и поняла, что вокруг всё изменилось. Отец меня воспитывал один, маму я никогда не видела. Люди говорили, что она странная была, как не от мира сего. Пришла из неоткуда, родила меня и исчезла, будто никогда и не было ее на этом свете. Иногда мне казалось, что она рядом, просто я не вижу ее. Став постарше я поняла, что просто мне всегда не хватало женской ласки и материнской любви как у других детей, вот и придумывала разное. То утро выдалось занятным для самой меня и для соседей. Я встала как всегда на заре. Разлёживаться не имело смысла, надо было помочь отцу. Наш род обладал необыкновенным знанием, мы умели писать. На куске глины часами можно было изображать то, что человек хотел донести до другого. Это завораживало меня с самого детства. Мне нравилось писать о великой колыбели моего народа, о прекрасном и завораживающем месте Дильмун. Мне всегда казалось, что это место полно тайн и далёких посланий моих предков. Я любила истории, где отважные люди плывут по рекам, преодолевая препятствия. Они борются с голодом, с врагами и просят великих богов помочь им. И вот Энки является к ним и подвластные ему воды бурлят и несут ладьи к блестящим водам Евфрата, а великий Энлиль подгоняет ладьи ветрами. Я сидела на ступенях своего дома и рисовала очередное послание торговца своему должнику. Задолжал мужчина не мало, а потому послание должно было быть не из мягкой глины, чтобы потом просто стереть, а обожжено огнем. Это великие духи дали нам эту возможность так рассказывать друг другу обо всём. Спасибо им за это. Я была настолько увлечена написанием грозного послания, что не заметила, как около меня остановился человек. Я не знаю, как долго он стоял и смотрел на меня, но его тень легла на изготовляемую мною табличку. Тут то я его и заметила. Я подняла голову и натолкнулась на приветливую улыбку и лучащиеся глаза. - Во славу зиккурат, и великого бога Энлиля, ты прелестна, девушка. - Бог воздуха да благословит тебя путник. Кто ты? – отозвалась я на такое восторженное приветствие. Не хорошо обижать человека, которого ты не знаешь, это не в правилах нашего дома. - Меня называют Эруд. Я торговец. Прибыл в Ваш город по делам. Как зовут тебя девушка? Я вижу Ану подарил твоим глазам необычный цвет. Они такие зеленые, что вспоминаешь оазисы в пустыне, о которых мечтает любой путник идя под палящим солнцем. Они такие же как вода в реке Евфрат когда солнце опускается в него. Это цвет камней прекрасных и зеленых что горят в твоих украшениях. - Меня зовут Мина. - Не дашь ли ты мне воды? Жарко слишком… - губы алые, глаз горит у мужчины, а мне отчего-то не по себе. Скорее бы отец пришел. – ты одна здесь живешь? – принимая из моих рук кувшин с водой спросил Эруд. - Нет, с отцом. Он сейчас придет – добавила я быстро, будто чего-то опасаясь. А дальше разговор не клеился. Мужчина смотрел на меня завороженно, а я пряталась от его глаз за своим занятьем, письмом. Неожиданно подул сильный пронизывающий ветер и я увидела как на пустом месте появился росток смерча. Это опасно для наших мест. Не известно во что этот росток перейдет и какие разрушения причинит. Соседка напротив увидев у моей двери зачаток смерча охнула и закричала. Люди вначале выбежали на ее крик из своих домов, а потом заторопились прочь. Только Эруд оставался рядом. Я сама от себя не ожидая, взмахнула руками и над головой хлопнула в ладоши. Я ничего сама не делала, это происходило в каком-то трансе. После хлопка я развела руки, но по прежнему оставила их вверху. Между ними появилось свечение, которое стало сжиматься в яркий шар, горящий также как светило, но только белым лунным светом. Смерч у порога набирал силу и медлить было нельзя. Соседи вдруг прекратили свой бег и остановились как вкопанные. На меня смотрело множество глаз, обладатели которых могли пострадать, если я не приму меры. Медленно опуская руки я привела в движение и «лунный шар». Затем резким движением смахнула рукой и шар оказался в самом центре смерча уже высотой с человеческий рост. Ветер был такой силы, что я еле-еле могла устоять на ногах. Путник держался за стену дома и тоже чудом был на ногах. Я сконцентрировалась на шаре и щелкнула пальцами. Песок и мелкие камни упали на землю во все стороны. Камешки при падении немного подпрыгнули над землёй и улеглись, как и раньше. Я опустила руки и посмотрела на толпу молча стоявшую на приличном расстоянии. Ни шепотка, ни движения со стороны людей на глазах, которых я родилась и выросла. Тишина, давящая и пугающая. Наверное, я тоже испугалась бы, увидев всё это, но я всё это сотворила. Значит пугаться мне надо вдвойне. Я подняла руки поближе к лицу и вгляделась в них. Руки как руки. Я пошевелила пальцами, тоже ничего, всё как обычно. И тут я как завизжу, долго так, и протяжно. Не знаю, что привело соседей в норму, мой крик или им надоело стоять столбами пялясь на меня, но они все вместе как по команде подхватили мой визг. Это было здорово, такой слаженности и протяжности голосов я никогда не слышала. Мой собственный голос тонул в этом хоре мужских и женских звуков вплетаясь в общую гамму. Через минуту, все снова как по команде замолчали и остался слышен только мой голос. Вот в этот момент, кто-то тронул меня за плечо и тихо спросил на ухо: - Доченька что происходит? Я подпрыгнула на месте от неожиданности и резко захлопнула рот, щелкнув зубами. Отец стоял и внимательно вглядывался мне в лицо, а я молча отвечала ему тем же. Отцу видимо надоело ждать от меня ответа, он задал свой вопрос повторно, но ответила ему не я, а мужчина про которого я успела забыть Эруд. - Ваша дочь только что сотворила чудо. Меня зовут Эруд и я стал свидетелем этого события. - Проходите в дом Эруд, зачем стоять на солнцепёке, там всё и расскажете, раз Мина не может. Через три дня, я плыла на красивой ладье в сторону от своего дома к старому древнему городу Бад-Тибира. Торговец изъявил желание взять меня в жены, при этом упомянув о происшествии которое явно запомнится надолго всем кото это видел, и еще долго будет передаваться из уст в уста потомкам и всем кто будет проплывать мимо нашего славного города. Такому шантажу отец противостоять не мог и дал согласие на моё замужество. Плыть надо было не долго и по истечении семи дней мы прибыли на место. К чести моего жениха, он никаким образом не пытался со мной сблизиться и как-то повлиять на дальнейшее моё положение. Хотя я не могу точно сказать, но народная молва утверждает, что шумеры народ горячий и воинственный, а по моему мужу этого не скажешь. Тихий и спокойный, только что и делает так разглядывает меня, любуется. Где-то внутри я чувствовала, что ему что-то нужно от меня, но вот что именно узнать пока не получалось. Спешившись с ладьи и пересев в повозку, мы поехали в сторону озер. Жара не щадила никого, и мне вдруг так захотелось ливня, что с досады я даже щелкнула пальцами. Первые капли дождя, крупными тяжелыми и прозрачными шариками упали на моё лицо. Солнце и дождь это необычайно красиво и к тому же редкость для нашего климата. Все кто шел в караване тут же промокли до нитки. Но это была благодать. Я выскочила из повозки начала носиться под нитями дождя открыв рот и пытаясь поймать в него как можно больше воды. Затем мне надоело прыгать и я просто задрав лицо вверх и открыв рот наслаждалась тем как по моим губам стекает теплая пресная вода. За спиной раздался голос моего не очень общительного супруга: - Ты обладаешь редким даром и сочетаешь в себе несколько магических сил. Это удивительно. Я рад, что девушка с таким редким даром является моей частью. - Я не являюсь ни чьей частью, я тебе жена, а не часть твоего тела, как например рука – огрызнулась я в ответ - Тебе пока не понятны мои слова, но по прибытии в общину ты всё поймёшь – благосклонно заявил муж и спокойно отошел от меня. А мне вдруг стало обидно за себя и за тот смерч, и за соседей, и я со всей злости щелкнула пальцами. Красивые мягкие белые пушинки посыпались с неба, не спеша кружась в воздухе ложились на мою кожу превращаясь в холодные капли. - Что это? – обернулась я к мужу - Это твоя злость, девочка. Запрети ей проявляться и солнце снова выглянет и согреет землю. Я сосредоточилась и щелкнула пальцами и действительно всё стало как прежде и жара вошла в сои законные права. Путь продолжался несколько дней. Надо признать это самое выматывающее перемещение за мою жизнь. Мне и раньше доводилось долго путешествовать, но это было с отцом, а тут непонятно с кем. И не муж и не брат, а так. Но держаться приходилось и я как могла бодрила себя. По пути нам встречались люди, они двигались с нами параллельно или на встречу и я получала массу удовольствия беседуя с ними о их жизни и чаяньях. Муж как всегда держался стороной и наблюдал за мной. Этот ежеминутный неуклонный взгляд нервировал до зуда на коже. Никогда за собой такого не замечала. Эту болезнь стоило назвать не переваривание. Как я буду жить с ним под одной крышей, когда он так мне не приятен? Но делать нечего, приходиться мириться с судьбой. Через четырнадцать лун мы прибыли на место. Надо признать, что удивление мое было искренним. Протягивая руки ко мне, чтобы я могла спешиться с лошади, муж рассмеялся моим округлившимся глазам и невольному «ах!». Богато и ярко, надёжно и отталкивающе. Не много эпитетов можно набрать, пожалуй только эти, когда рассматриваешь дома вокруг и красивые лужайки возле них. Муж конечно сразу расслабился, а я напротив напряглась. Что-то в этом месте было не таким как всё вокруг. Мысли путались и фразы не связывались в моей голове. Я поминутно оборачивалась, будто ожидая удара, а муж сиял как начищенный медный таз. Этому торговцу явно по душе моё замешательство, думает наверное, что я до глубины нутра поражена таким свалившимся на меня счастьем, а на самом деле мне хотелось сделать ноги из этой красиво украшенной, яркой, надежной тюрьмы. «Бежать!» - командовал внутри меня голос. «Прямо сейчас, немедленно, пока еще можешь». И уже созревал план куда бежать и как быть дальше, как мы подошли к красивому дому из которого вышли двое людей. Мужчина и женщина в белых одеждах. Ага, самое время так ослеплять, будто больше нечем как белизной ткани. Пояса у этой парочки были густо расшиты медными круглыми деталями, что добавляло блеска. Я начала морщится и сужать глаза. Представляю себе, как выгляжу с лицом похожим на высушенный фрукт. Парочка завидев нас начала движение в нашу сторону раздвинув губы почти к ушам, демонстрируя здоровые белые зубы. М-да блеска вокруг так мало, что нужно тут сверкать всей челюстью. Не нравились они мне своими улыбками, было в них что-то…хищное. Эти двое остановились напротив нас и Эруд им поклонился, приложив правую руку к груди, в то место где бьётся сердце. - Эруд, как мы рады тебя видеть – сказала, будто пропела женщина высоким голосом.- Мы не ждали тебя так рано. Как путешествие, видим ты нашел… что искал – взгляд женщины цепко обхватил всю мою фигуру, и некоторое замешательство отразилось в ее взгляде. - Да, я нашел свою часть. Это оказалось не сложно – самодовольно заявил муженёк – она оказалась такой как вы предсказывали – обратился он к мужчине. - Я немного удивлена… но глаза… они о многом говорят…зеленые. Что ж, таково предсказание. Я ожидала лучшего и более…зрелого «Ага, потому так и нарядилась, чтоб зрелость затмить» - подумала я. - Ничего доченька, главное это интересы общины и они будут соблюдены. - Да отец, это первостепенно. Наверное она хоть немного подрастёт пока Эруд воспользуется правом. «Интересные у них тут отношения. У меня есть права или только у Эруда?» - Она такая грязная с дороги и запылённая. Когда отмоется может будет гораздо лучше. Я приготовила свои одежды для нее, но боюсь она не сможет их носить, у нее ничего нет для этого – хмыкнула женщина пялясь на меня. «А ты так и будешь стоять и слушать эту гадюку муженёк?» - Она еще мала, но врятли вырастет еще. Придется твои одежды немного ушить. Твои формы хороши, но жене не стоит ходить в стром. «Ага, надо носить чужие обноски, которые по росту подойдут самому высокому мужчине в нашем поселении из которого я уехала» - Для тебя я постараюсь, ты ведь знаешь Эруд – женщина таинственно улыбнулась и томно опустила ресницы. - Ты самая красивая женщина и я хочу….- муженёк нервно сглотнул пялясь на выпуклые достоинства женщины - чтобы ты помогла моей жене… преобразиться. «Ну всё, теперь держитесь! Я вас так преображу, что сами себя не узнаете. Посмотрим кто из нас замарашка» Мне надоело стоять столбом и делать вид, что меня это не касается. К тому же мне надоела эта слепящая обстановка. Я сосредоточилась и щелкнула пальцами, совсем легонько, чтобы никто не заметил. Вихрь подхватил подол платья одежды женщины и рванул его с такой силы, что пояс неожиданно расстегнулся и упал к ногам. Блестящие металлические бусы слетели в песок и моментально утонули в песчаной зыби. Головной убор мужчины сорвался с его головы и покатился подгоняемый песком и ветром, превращаясь в грязную тряпку. Пыль и песок окружили разговаривающих при этом не затронув меня. Белая одежда моментально запылилась от двух следующих порывов. Увидев все эти изменения я улыбнулась и щелкнула пальцами повторно. Вихрь стих так же быстро, как и начался. Передо мной стояли трое. Блистательность слетела с них, как и их хищные улыбки. Волосы взбились колтуном и застыли в том состоянии, в котором их оставил ветер от набившегося в них песка. Белые одежды грубыми грязными тряпками свисали до самой земли. Муженёк сверлил меня глазами, а двое других готовы были меня съесть со всеми моими потрохами. Я не удержалась и захохотала, прикрываясь кулачком. Злые лица троицы стали еще злее. Это больше меня рассмешило и я не таясь гоготала на всю округу. Люди стали выходить из своих домов. Они тоже были во всём белом и с такими же поясами и бусами как у той женщины, что смотрела теперь на меня уничтожающе. Но я отчего-то не переживала по этому поводу. Хрюкнув пару раз от смеха, и попытавшись справиться с собой, я слегка поклонилась присутствующим здесь людям. - Хороший день, не правда ли? Желаю вам здравствовать! Мне никто не ответил. Все смотрели на троицу в грязных одеждах. Я тоже на них посмотрела. Тут женщина с хищной улыбкой, сверкнула на меня глазами и угрожающе произнесла: - Ты пожалеешь девчонка – и взмахнула руками. Вихрь стал подниматься недалеко от места, где я стояла, образуя стену песка. Эх, жаль не все из людей увидят представление, ведь часть песчаной стены скрывала от них обзор. Песок двинулся на меня, а я даже не переменила позы. За то короткое время, что я была в дороге между старым домом и новым, я освоила науку своего неожиданно свалившегося дара. Мне было подвластно почти всё, но даже то, что мне не подвластно можно заменить чем-то менее эффективным или вообще не использовать. Мало обладать чем-то необычным, надо еще голову на плечах иметь. А эта холодная хищная женщина, в эту самую минуту лишилась как раз таки головы, не в прямом смысле конечно. Будет над чем повеселиться в последствии. Итак стена неотступно двигалась на меня, а я стояла к ней спиной и улыбалась незнакомке. Мужчины сверлили нас глазами, причем оба с вызовом и свысока смотрели на меня. Что ж, пусть так, и они на стороне этой хищницы. Причем та быстрота с какой муж перешел на ее сторону меня задела. Надо будет разузнать, что их связывало в прошлом, хоть некоторые моменты были очевидны из их разговора. Я подняла руку и провела пальцами перед своими глазами. Женщина резко развернулась и несколькими пассами рук сотворила стену песка с другой стороны. Мужчины взирали на ее четкие движения и было заметно как они ею увлечены. Стена за моей спиной осела и улеглась, зато с другой стороны возвышалась больше человеческого роста. Я отошла в сторонку, и встала в первые ряды зрителей. Люди в белых одеждах даже не шелохнулись, наблюдая за происходящим. Стена подошла совсем близко к троице и обрушилась на их головы, закутав их в свои пески. В последнее мгновение я провела перед своими глазами пальцами и женщина резко обернулась взглянув на меня. Честное слово обрушила песчаную стену не я, а та женщина, но мне не хватало большего эффекта и я хлопнула в ладоши. Взявшийся из неоткуда столб воды окатил их с ног до головы. Вот тут я покатилась со смеху. Перемазанные облепленные статуи из песка отплёвывающиеся и ругающиеся. Я хохотала взахлёб указывая на них пальцем. Живот заболел и я схватилась за него обеими руками. Тут я услышала рядом смешки и все кто присутствовал и наблюдал за происходящим захохотали вместе со мной. Не улыбались только трое, оно и понятно. Вылезая из песчаной мокрой каши женщина произнесла толь слово –«Артая» и молча пошла к себе в дом, сплёвывая поминутно песок изо рта. Оба мужчины остались стоять как вкопанные…во всех смыслах этого слова. - Рады тебе, девочка Хриплый глубокий голос заставил меня обернуться. Обладателем этого голоса был щуплый пожилой мужчина с ясными карими глазами и седыми волосами до плеч. От него веяло чем-то загадочным и сильным, и в тоже время добрым. Среди жителей этой общины, как мимолётно смогла определить я, врятли найдется хоть кто-то такой мощный как этот мужчина. Мощь его силы была в любом его движении, хоть и сделал он их не много, и в повороте головы и даже в том, как поднимается его грудь при каждом вдохе. - И я вам рада. Я пришла сюда с Эрудом. Он мне муж. – поклон был тем самым, что я посчитала сделать приветствуя этого удивительного мужчину. Глава восьмая Я обосновалась в общине. Жить тут было трудно, но можно. Муж мня не замечал. Я для него была не чем-то примечательным и я была предоставлена сама себе. Ту женщину, что по моей воле искупалась в песке, зовут Аридой и вот как раз она и является тайным интересом мужа. Его косые взгляды и огонь в глазах говорили о многом. Я не была против. Зато злые и надменные одновременно взгляды Ариды доставали меня везде. Она перед всеми общинниками делала вид, что забыла день знакомства, но меня обмануть ей не удастся. Она подставит подножку обязательно, просто выбирает момент. Самое большое удовольствие доставляли мне разговоры с вождем общины Маром. Его ум, доброта и внутренняя сила притягивали как магнит. А я и не сопротивлялась этому магнетизму. Мы много разговаривали и много смеялись. Он почти сразу определил меня в свои «хади». Это они так называли «посвящаемых». В общине жили одни маги. Сила их была разной и потому иерархия была строжайшей. Арида была из верховных как и мой муж. Каста верховного главенствовала над всеми. Насчитывала она шесть человек. Они были такими чванливыми и высокомерными, что это от души меня забавляло. Все в верховной касте были рождены от браков магов друг с другом. Следующая каста называлась «прислужники». Это все кто обладал силой меньшей мощи, но вполне мог постоять и за себя и за других в случае какой-нибудь заварушки по типу войны. Скорее всего они были магами-войнами, магами –защитниками. Мар научил меня смотреть сквозь ауру и я видела на прислужниках голубые и красные всполохи агрессивной магии. Такая нужна только в бою. Кстати сказать мой муж был окутан именно этой магией, но она у него приобретала более насыщенный цвет чем у остальных, когда он пользовался своими силами. К верховным его отнесли по праву рождения, хоть и не забывали о его «дефекте». Последней кастой были все слабые и не очень маги, в роду которых были люди. Они никак не назывались, просто были и работали для себя и тех кто был над ними. По своему рождению я как раз должна оказаться среди всех остальных, но меня выбрал «верховный» в жены, потому что я обладаю уникальным даром, которого нет ни у кого. Я умею почти всё, причем это «почти» особой роли для общины не играет. Мар пояснил мне в одной из наших с ним бесед, что меня муженьку предсказали. Это случилось давно и случайно. Верховные проводили обряд, очень сложный по своей сути и направленности. Эруд тогда был совсем малышом и вбежал туда, где проводился этот самый обряд, хоть это было строго запрещено. В самый кульминационный момент, когда была достигнута наибольшая концентрация силы, в мареве, спровоцированном этой силой появилась прозрачная женщина. Она была дивно хороша собой. Голос этой женщины лился легкой тёплой волной прямо в уши присутствующих и конечно же Эруда. - Вы воспользовались давним обрядом, который можно исполнить только раз. Вы звали меня и я пришла. Что вы хотите? На такой дивный голос и жесткий вопрос отозвался старейшина и глава общины Мар. Да как тут и не ответить, ведь вызывали для вопросов. - Мы хотим просить тебя о благосклонности открыть пространство. Знания, удел таких как мы и мы хотим знать. - Я могу подарить вам, просящие, только одно знание и это знание будет для вас подарком. - Где и когда я смогу найти девушку такой же силы как Вы? – раздался мальчишеский голос Эруда в полной тишине. Женщина улыбнулась мальчику и произнесла: - Ты сможешь отыскать ее четырнадцать лет спустя в поселении недалеко от славного города Шуруппак. Ты поймёшь что нашел ее когда посмотришь ей в глаза. Зеленая трава отражается в них. На этом марево пропало и женщина растворилась вместе с ним. Верховные хотели наказать мальчишку, но Мар вмешался и предложил спустя года найти эту девушку и привести ее в общину. Вот так вот четырнадцать лет назад решилась моя судьба. Теперь мне предстояло научиться быть верховной и пройти обряд принятия меня в общину. М-да, работёнка предстояла не маленькая. Верховные меня почти не замечали и в свои беседы не приглашали и потому я подружилась с простыми магами обнаружив их числе много парней и девушек моего возраста. От них я узнала, что Эруд и Арида с детства влюблены друг в друга, но предсказание разрушило их планы на жизнь. Привести в общину можно только жену или мужа. Причем такие «подселения» встречаются крайне редко. Обычно женятся внутри общины, выбирая супруга заранее. Я первый случай введения меня в общину за последние двести лет. Мар исправно меня учил разным премудростям, а потом после обучения я с большим удовольствием веселилась с моими новыми друзьями. Однажды веселясь на полянке около невысоких холмов и тренируясь зажигать огонь без образования пожара, что выходило у меня из рук вон плохо с самого начала, и устав от этих повторений одного и того же процесса, я присела на сочную зеленую траву и вытянула ноги. Спина и руки ныли, а ногам почему-то досталось больше всех. Такое складывается впечатление, что для того чтобы зажечь маленький огонёк мне требуется перетаскать гору тяжелых камней. Девушка по имени Али, у которой получалось вовремя создавать струю воды и тушить мои пожары присела рядом. - М-да, если при первом знакомстве ты захотела бы Ариде преподнести «огненный урок», а не «песочный», то боюсь пришлось бы всей общиной собирать энергию для ее восстановления. Я от души захохотала, и мой хохот подхватили и другие маги. Отсмеявшись, было решено на сегодня оставить мою практику и просто посидеть и поболтать о разном. - Что такое «право»? – задала я вопрос своим друзьям - Это то, что можно использовать только один раз в нынешней жизни мага – отозвался молодой человек по имени Ир. У меня всегда возникало странное ощущение при взгляде на него. Первым моим желанием, когда я наткнулась на него в общине было броситься на шею и закричать от радости. Так поступают когда встречают родных людей, родственников приехавших из далека, любимую подругу. Наверное у него возникло такое же желание, потому что он кинулся ко мне и внезапно остановился как вкопанный взирая на меня с высоты своего роста. Это весьма странное поведение я никак себе не смогла объяснить. В последствии мы пару недель ходили вокруг друг друга приветствуя кивком и тут же отворачиваясь, как будто спохватившись. Вот и сейчас наткнувшись на эти лучистые карие глаза, я немного смутилась, но послушать хотелось отчаянно, и я задала свой следующий вопрос: - Разве жизней несколько? Мне кажется она только одна. Парень улыбнулся пухлыми детскими губами и лучики отходящие от глаз преобразили его лицо. Оно стало забавным и красивым. Мне всегда нравились улыбчивые люди, но больше всех мне нравился Ир. - У нашей общины есть легенда, которую рассказывают матери своим детям еще в младенчестве. Так вот по этой легенде у любого мага есть много жизней и в каждой из них он может воспользоваться своим «правом». Одна жизнь, одно право. - Расскажи ей эту легенду Ир, всё равно узнает – засмеялась Али – я тоже послушаю, ты хорошо ее рассказываешь. - Ладно, я расскажу. Бархатистый мужской голос, огонь и сумерки – это то что располагает к прослушиванию сказок и легенд. Я устроилась поудобнее на траве и набросила на плечи накидку, которая так удачно оказалась у Ира в руках. Ею я поделилась с Али. Стало уютно и хорошо на душе, как будто я очутилась дома. Ребята и девушки тоже устроились у костра. - Давным-давно в те времена, что помнят лишь реки Тигр и Евфрат жили на этой земле могучие и всесильные Артаймены. Они были почти бессмертные потому что могли жить вне времени. Артаймены считали, что жизнь на планете развивается как воронка смерча. Они очень любили смерчи и славили их силу. Маленькая песчинка, которая находит себе ровню и подхватывает ее кружа в танце ветра, заставляет присоединиться остальные песчинки. Хоровод становится всё больше и больше, обладая силой и мощью заставлять все живое и не живое вертеться в танце. И кто бы мог подумать, что такая мощь могла родиться из двух маленьких песчинок почти неразличимых взгляду. Вот так и жизнь вокруг рождалась и кружилась по спирали развивая, охватывая всё вокруг. Эти рисунки сохранились на древних скалах. Длинная линия закрученная так, что каждый следующий виток больше предыдущего. Это был символ вечности и символ развития. Но как говорили древние Артаймены к великому сожалению, если разъединить эти две песчинки, то распадется и сам смерч. Он потухнет, дойдя до определенной точки и не двигаясь дальше вбирая в себя всё вокруг. Равновесие и гармония каждого порождает гармонию и равновесие всего. Песчинки, о которых идет речь так мелки, что они находятся в абсолютном равновесии с другими такими же песчинками, но при этом песок остается песком, белым и тёплым. Но так бывает, что песчинки поднимаются в небо и ветер переносит их в другие места где вполне может находиться та идеальная песчинка, с которой гармония не нарушится, но возникнет равновесие двоих. Артаймены любили мир и гармонию. Жизнь вокруг поддерживалась их силой, но они старались не вмешиваться в жизнь людей проживающих вокруг. Так было всегда, но даже «всегда» заканчивается… Беда пришла с неба. Яркие сверкающие огни появились на горизонте в предрассветном небе. Они были как звезды, что светят с небес, но потом эти звезды выросли. Над землёй нависло множество длинных как стрелы штуковин. Люди удивлялись происходящему и выходили посмотреть на это чудо. Дети показывали в небо пальцем и улыбались, взрослые пытались им объяснить, что же это такое, но не находили слов и сравнений. Одна из больших стрел поменяла положение и вертикально вонзилась в землю. Яркое свечение озарило всё вокруг и потом… потом всё изменилось, одним разом и без поворотно. Была война, которая нарушила течение жизни и гармонию вокруг. Артаймены были вынуждены вмешаться. Но это не поправило положение дел. Те кто вышел из гигантских стрел были сильнее. Артайменам пришлось спасаться бегством и они ушли в межвременье. Но они не оставили всё просто так. Это был обманный ход. Когда враг стал теснить Артайменов, они предприняли другой шаг. Выбрав несколько юношей и девушек из людей, одарили их своей любовью, тем самым смешав две крови воедино. Тех, кто родился от этой любви, были людьми, но при этом обладали силой Артайменов. Через два десятка лет Артаймены вернулись из своего укрытия и призвали своих сыновей и дочерей. Этим множеством они выступили перед ненавистными врагами и одержали победу. Сила артайменов приумножилась и ее хватило для свержение власти врага. Во славу того дня артаймены одарили своих детей и всех последующих потомков «правом». Это право на одно желание мага в текущей его жизни, которое может исполнить сила. Так бывает, что маги, используя желание в одной своей жизни, загадывают противоположное в другой, чтобы исправить ситуацию и загладить вину перед человечеством. Так было не раз. Каждый из магов помнит или вспоминает все свои предыдущие жизни в тот момент, когда к нему приходит сила, ожидающая своего истинного и единственного хозяина. Все в ком течет сила потомки тех людей отцами и матерями, которых являлись артаймены. - А куда потом делись эти самые артаймены? – заслушавшись этой историей, задала я свой вопрос. - Это другая легенда – хитро улыбнулся Ир – уже ближе к полуночи не уверен, что стоит ее рассказывать. Пора спать. - Ну не-е-ет – закапризничала я – я не усну без продолжения. Расскажи, пожалуйста. - Да расскажи ей, мы тоже еще раз послушаем – проговорила Али, а ребята закивали, подтверждая правоту ее слов и согласие на продолжение рассказа. - Хорошо… - Ир посмотрел на пылающий огонь костра, на звездное небо и тихим завораживающим голосом продолжил. В его глазах огонь выжигал яркие краски и опустошение. Такое сочетание было удивительным и болезненным. Парень сидящий у костра сопереживал происходящему, хоть и понимал, что история рассказанная им, скорее всего на большую часть вымысел. Или он верил в то, что это правда? Мне стало стыдно за свою черствость. Как всё-таки Ир мог влиять на меня, просто своим присутствием и как важно стало для меня его настроение и его переживания. Что со мной не так? - Артаймены продолжали жить рядом с людьми, помогая восстанавливать гармонию вокруг. Их потомки жили и помогали возделывать эту гармонию и творить равновесие во всём. Жениться предпочитали только на таких же потомках, чтобы не растрачивать силу, которой были одарены, а концентрировать ее. Так потомки могли достигнуть большего совершенства в обладании силы….Потомки были людьми, и ничто человеческое было им не чуждо… Человеческая природа коварна. И одного из потомков артаймена она подвела. Человек по имени Мируй был правнуком одного из артайменов. Он был самым сильным магом в общине и самым умным. Он был вождём. Однажды, когда был праздник весеннего солнцестояния, артаймены снова посетили общину. Они приходили из своего небытия ежегодно в этот день. Пришли и в тот. Мируй встретил их угощеньями. Были танцы во славу своих великих предков и были подношения и дары. Всё как всегда многие годы с тех пор как покинул землю враг. В конце праздника, когда великие собрались в свои земли, в которых замедляется течение времени и перестает существовать привычное, Мируй, неожиданно для всех общинников, задал вопрос своему предку. «Почему мы не так же бессметны как и вы?». «Вы на половину люди» - ответил предок. «По силе магии я тебе не уступаю, так почему я не могу уйти в твои земли и жить как ты?». «Ты уступаешь мне в силе. Я сильнее тебя холодным разумом, а в твоей жизни слишком много от человеческого сердца» - ответил предок. «Я хочу воспользоваться своим Правом. Желаю знать, как остаться в ваших землях» - гордо заявил Мируй и добавил – «Ну и в ком из нас не достаточно холодного разума? Я стану равным тебе». «Наверное, в нас больше человеческого стало, с тех пор как мы живём среди вас, восстанавливая равновесие. Я знаю, что в любой дом можно войти, если знаешь как. Я расскажу тебе, как остаться в наших землях, но вот как туда войти рассказывать не стану». Великий поведал то, что просил Мируй, но сам Мируй после этого знания исчез и больше его никто не видел. - Какая оказывается серьёзная штука это самое «Право». Надо хорошо подумать прежде чем загадать его – отозвалась я, после долгого молчания. – а что это такое, при помощи которого можно попасть к артайменам? - Этого никто не знает. Известно лишь, что это вещь присутствует на земле, и у нее есть хранитель. Он рождается каждый раз, когда вещь попадает в руки к людям. У этого хранителя есть своя точка равновесия. Что это не известно никому. Только без этой точки равновесия хранитель не может воспользоваться своей силой. - Ясно, что ничего не ясно – выдохнула я – пора по домам. Похоже после этих сказок я усну гораздо лучше, чем обычно. - Ты плохо спишь? – серьёзно спросил Ир, а Али испугалась. -Да-а-а, я плохо сплю. Место не привычное, обстановка не родная…и вообще замуж взяли неожиданно…короче говоря есть от чего плохо спать. - Тебе снятся сны о чем-то необычном? – не отставал Ир, а Али прикрыла своей красивой ладошкой рот. - Да, необычном. Сейчас надо спать и все разговоры потом. Я резко встала сдернув тем самым накидку которая укрывала нас с Али. Сама не ожидала, что так испугаюсь разговоров о своих снах, которые были так же реальны, как и все вокруг. Это были мои сны, и мне в них было хорошо. Делиться ими я ни с кем не собиралась. Я повернулась к друзьям спиной и бодро зашагала к домикам общины. Войдя в дом и пройдя в свою одинокую постель я укрылась тканью и закрыла глаза. Я видела только Ира, с его пухлыми еще детскими губами. Открыв глаза я резко села на кровати. Мысль не отпускала лицо юноши обласканное колеблющимися световыми всполохами. Что происходит со мной? Почему этот парень меня не отпускает? Почему все мои мысли обращены к нему? Как жаль, что у меня нет мамы, она объяснила бы мне что к чему. Отец далеко. Может Али знает? И вот в эту самую минуту воздух в комнате в которой я спала разрядился и искра, обожгла рваную линию в пустоте. Это пришла она, та женщина из сна или яви. Наверное я уснула. Так и есть огненная ломаная линия разорвала воздух и из ничего в комнату вошла женщина. Сказать трудно красива она или нет. Скорее она необычна. Не высокая, стройная. Лицо с высокими скулами и пухлыми губами. Красивый струящиеся черные волосы до самого пола. Как они у нее не путаются при ходьбе и ветре? Что-то я не о том думаю. Надо думать о том что она может сказать сегодня, ведь обычно она просто сидит напротив меня и молчит. А женщина тем временем прошла и привычно села в ногах моего тюфяка наполненного соломой. Ладно, надо что-то сказать самой. - Здравствуйте. Вы снова пришли? «А в ответ тишина. Как надоел этот навязчивый, пустой сон. Нет, чтобы видеть во сне Ира в отсветах костра, так ведь нет, только эта странная женщина с грустными глазами» - Так ты нашла его? – прошелестела тихим голосом женщина, а я вздрогнула. «Оказывается у моего навязчивого ночного виденья появился голос. Интересно это к дождю или к засухе? А может и к тому и другому? Надо будет с кем-нибудь поговорить об этом, нельзя всё в себе держать, так и с ума сойти можно». Тем временем женщина улыбнулась и ее улыбка озарила ее глаза. Они стали такими…такими яркими, как светлячки в ночи. Удивительная перемена привела меня к повторному вздрагиванию. «Та-а-а-к доигралась. Надо было не легенды слушать а спать идти, причем сразу. Вот к чему это приводит, страшные сказки рассказанные на ночь, теперь у моего тихого и холодного виденья глаза горят. А там гладишь еще пара-тройка сказок и все полыхать будет. Интересно, чем тушат виденья?». Уголки губ женщины поползли вверх и от этого натяжения раскрылись губы, обнажив белые ровные зубы. Глаза по прежнему горели, но теперь больше походили на человеческие. «Интересно какой у этих глаз натуральный цвет? В этой прозрачной темноте, освещенной звездами и луной невидно». - Они такие же, как и твои, зеленые – отозвалась шепотом женщина на мои мысли. -Ух-ты-ы-ы – сдавленно отозвалась я – вы говорить умеете. - Да, на всех языках и наречьях мира – пояснила добрым шепотом женщина – меня зовут Лайят. - Ага, а меня Мина. Как вы это делаете – я взмахнула руками показывая на воздух который разрывается в моих руках. - Ты тоже так умеешь, просто пока не знаешь как. Я здесь, чтобы научить тебя всему. Ты моя часть - Вы на Эруда не похожи или преломленный свет луны делает тебя Эруд женщиной? – спросила я, а женщина засмеялась тихо-тихо но от души –ничего смешного не вижу. Эрд считает меня своей частью. - Эруд, может считать себя кем захочет, но я твоя мать и ты действительно часть меня по праву рождения. «Надо будет послушать и другие легенды. Они хорошо отражаются на моих снах. Можно сказать благотворно. Вот пожалуйста, без телесное виденье заговорило, да еще признало меня дочкой. Хорошо. А то мама всегда была чем-то воздушным, а тут хоть видимая стала. Наверное я справляюсь со своими детскими проблемами одиночества, или увязаю в них окончательно». - Прости, что не показывалась тебе раньше. Я всегда следила за тобой, но ты не видела меня. Магия, что есть в твоей крови сделала нас ближе друг к другу – рука странной женщины потянулась к моим волосам и легко и ласково дотронулась до них. Воздушное поглаживание по голове. Как же это мягко и тепло. Я закрыла глаза растворяясь в чувствах нахлынувших на меня. В детстве перед сном, когда я была на грани между этим миром и миром грёз, я ощущала именно такое поглаживание по голове. А потом я уходила в свои сны с чувством любви, чьей-то любви. - Значит, ты чувствовала это? Я думала магия проснётся не скоро и чувствовать меня рядом ты не в состоянии. Ты сильнее, чем мы предполагали. Это хорошо. - Для чего хорошо – резко открыла глаза я и уставилась прямо в горящие глаза женщины. - Для сохранения тайны, про которую ты узнала сегодня «Точно, я так и знала это сон, навеянный мне легендой Ира. Я похоже больна и сильно. Как отец не догадался о моих проблемах? Сводил бы меня к шаману или магу, глядишь, я бы не страдала такими виденьями. ОЙ!» Женщина со всей силы щипнула меня за кожу. Неслыханно! - Вы что это себе позволяете? – зашипела я на женщину потирая покрасневшее от травмы место – как вам не стыдно щипаться? – мне так стало обидно, что даже слёзы появились в глазах. - Я не виденье, я так же жива, как и ты. У меня к тебе поручение, и пока ты находишься в своих раздумьях время уходит. Я обязана тебе разъяснить твои обязанности, и что ты должна сделать, чтобы их выполнить. Над моим народом нависла угроза, и в твоих силах ее предотвратить. Ты второй хранитель в истории нашей тайны. Первый, к сожалению, погиб. Я не желаю терять свою единственную дочь и верю, что приняв мои знания ты выживешь. - Как умер первый хранитель? Расскажи-те. – потребовала я. Так странно, но сейчас я действительно верила в то, что не сплю. Да и кто после такого щипка будет сомневаться. - У меня мало времени, доченька. Не стоит тратить его на пересказ этого страшного случая. - Нет, - упрямо сказала я – это важно. Узнав как погиб первый хранитель, я не допущу той ошибки, которую допустил он. Женщина, которая назвалась моей мамой, молча смотрела на меня о чем-то раздумывая. В тот самый момент, когда для меня это стало утомительным она вдруг заговорила: - Возможно, ты права и анализируя прошлое, мы не допустим разрушения в будущем – женщина дотронулась до моих волос, а потом как от удара отдернула руку. Первый Хранитель, а точнее Хранительница была дочерью нашего вождя. Она была рождена для этой миссии. Это был не обычный ребенок. Его создали, а не родили. Это тебе трудно понять, но поверь, так бывает. Отец и мать у этой девочки были. Наши самые лучшие работники трудились над этим около двадцати лет. Создавался удивительный человек и потрясающий маг. Он должен был обладать в равной степени всеми нашими силами. Конечно, сила его была не безмерна, но как отражатель недоброжелательных сил был не заменим. Мы долго изучали строение ваших тел и их возможности, чтобы наш маг был похож на людей. Так ему проще будет устроиться среди людей и жить, охраняя наш дом. Девочка росла чудесным и бесстрашным воином. Ни что не предвещало беды. Она чтила нашу уединенность как свою собственную. Она была одна из нас. Воспитывала ее главная жрица из людей, которая прославляет наше существование. Другие жрецы помогали ей, и девочка жила с верой в правоту своего существования и своё предназначение. Когда девочка стала красивой девушкой, она была искусным бойцом, великим магом. Ей было подвластно почти всё. Вот это самое «почти» и сыграло роковую роль. Хранительница уехала из дома, для встречи с нашим посланником, а в это время на храм напали потомки тех кто прилетел сюда, не спросив нашего на то позволения. Мы их выгнали, но они успели зародить свои семена на планете, которые выросли похожими на людей, но живущие по законам своих пращуров. Жрецов всех убили, а главная жрица была тяжело ранена. Она старалась сохранить свои силы, чтобы передать своей воспитаннице то, что случилось. Девушка вернулась быстро, будто почувствовав колебание и перевес равновесия. Но когда она вошла в храм всё было кончено. Она отыскала свою названную мать, и та в предсмертных муках поведала Хранительнице то, что произошло. Хранительница смотрела, как умирает жрица, но ничего не могла поделать, даже просто облегчить ей боль. Ее учили боевой магии, а магии лекарей она не знала. Смерть женщины, которую она знала с детства и смерть всех ее близких, зародили сомнения в правильности наличия границ между теми, кто живет меж времени и теми кто умирает в поле времени. Девушка похоронила свою названную семью и поклялась отомстить тем кто поднял руку на дорогих ей людей. Но это была лишь часть клятвы. Вторая часть состояла в желании впустить всех в мир безвременья, чтобы никто не умирал больше. Она настигла убийц в лесу. Ей помогли в этом знания магии слежения и магии отыскивания следов магии и крови. Они все пали от ее руки. Это была жестокая расправа. Через час всё было кончено. Хранительница вернулась в храм и приложив магическую силу вытянула на свет артефакт дарованный нами для хранения. Она вынесла его из храма, воздвигнутого жрецами, и через минуту от храма остались одни руины. Равновесие было нарушено. Маятник этого равновесия находился в руках хранителя. Мы, как великие, признаем, что не одержали бы победы, даже с огромной армией магов, которые являлись нашими детьми если бы не был установлен знак равновесия, который перераспределял и удваивал силу магов, если в этом была необходимость. Маги призваны служить равновесию всегда, даже если кажется что равновесие нарушено. Маг должен четко следовать своему предназначению и знать об антиподе. Если где-то рождается очень сильный маг с одной стороны маятника, то такой же сильный рождается с другой. Хранитель же это маг равновесия и порядка силы. А тут всё вышло из под контроля. Мы не могли допустить такого развития событий и наш посланник занялся ее поисками. Хранитель пришла в деревню магов, около древнего храма. Здесь жили слабые маги, обладающие только магией быта. Но там она нашла приют и защиту и отдала нашу тайну людям. Наш посланник успел вовремя. Людям оставалось совсем чуть – чуть до места где время течет иначе. Все были уничтожены. До самого конца сражалась только Хранитель. Силы были не равны, подвела ее человеческая основа, которая была в ней при создании. Посланец забрал ее к нам, но спасти нам ее не удалось. Она умирала на руках нашего вождя. Молча. Смотря прямо в его глаза. Так и умерла не отрывая глаз от своего создателя, чьей дочерью, по сути, являлась. Магия не исчезает в никуда, и магия Хранителя не исчезла. Природа этой магии стала человеческой и нам не подвластной. Она скопилась и горела ярким шаром, заставляя нас щуриться от ее величия. С таким мы сталкивались впервые. Еще никогда изначально наша энергия, наша магия, не была такой чужой и недоступной. Мы предприняли попытку наполнить ею другую сущность, рожденную как Хранитель. Но это не возможно, сила просто отказалась войти в новую оболочку. Это было удивительно и странно. Мы впервые почувствовали себя бессильными перед таким могуществом. Мы делали проверки этой силы и пытались ее усмирить, но всё бесполезно. Природа этой силы была нам не известна, а то что не известно пугает. Да-да мы испугались. Это было так необычно. Помимо силы, что была загадкой была и другая проблема, которую стоило решить в короткий земной срок. Эта проблема называлась - Хранитель. Мы снова создали Хранителя, только теперь сделали два разных материала от разных Великих. Результатом всех наших усилий стали двое оболочек, мальчик и девочка. Девочка была продуктом моего начала, а мальчик продуктом начала нашего самого смелого Великого. Мы положили обе формы разных полов перед силой, что горела и росла, поглощая наше безвременье внутрь себя. Над нами нависла угроза. Всё наше существование становилось призрачным даже для нас самих. Шар магии сначала не реагировал ни на кого из особей. Мы ждали. Терпенье было на исходе. Мысль о том, что всё напрасно промелькнула у каждого из нас. Мы слышали эти предательские мысли друг друга и готовы были сдаться. В этот самый момент шар перестал увеличиваться в размерах и замер. Энергия магии застыла. Мы оказались охвачены вязкой плотной воздушной материей. Пошевелиться не было сил. Магия не действовала, она просто исчезла из наших тел. Мы были беззащитны. Шар тем временем стал сокращаться и снова достигать своей прежней формы, а потом и вовсе раскололся на две части. Эти отдельные части свернулись в новые шары, размером меньшим, чем первичный шар. Поднявшись в воздух в этой густой прозрачной жиже шары медленно полетели к оболочкам детей. Зависнув над телами шары стали сжиматься до малых размеров, а потом влетели в открытые детские ротики. В это самое мгновенье раздались два крика и детский плач в унисон заполнил всё пространство. Дальше оставалось дело за малым. Я спустилась на землю в это время и отдала тебя нашему жрецу, чтобы он растил тебя, как свою дочь. Мальчик же был отдан другому жрецу. Теперь у нас два Хранителя вместо одного. Один является равновесием другого и наоборот. Знак равновесия был снова погружен в храм на своё место. Только жрецов там больше не стало. Храм мы обнесли магической защитой и он скрыт от глаз простых людей и магов более слабого порядка. Только ты и твой равновесный хранитель смогут нарушить это равновесие и смогут найти этот храм. - Что не укладывается в ваших рассказах. Хранитель жила ведь до меня? Между нами столетия или века. Как могло так случиться, что я только второй хранитель? - Ты второй Хранитель вместе с другим Хранителем. То время, когда случилось нарушение равновесия, произошли губительные события. Люди почти вымерли. Только сильным и смелым удалось пережить те страшные времена. Мы приложили массу сил для спасения человечества, и нам есть чем гордиться. Потому мы и создали Хранителей, чтобы артефакт равновесия был защищен. - Людей не было? Как так получилось? - Мы не уберегли гармонию, но сумели сберечь людей и направить их на берега двуречья. Вы размножились естественным путём, и сумели населить эти места. - Что требуется от меня я поняла, а вот как выглядит символ равновесия вы мне скажете? - Это жезл из блестящего металла. На нем наш знак, в виде двух соединяющихся в одной точке коротких линий и полумесяца над этими линиями. Если ты позволишь магии пройти через тебя, то ты почувствуешь, куда тебе идти и где находится этот храм. Глава девятая Как мне найти другого Хранителя я так и не узнала. Снова воздух разрезала молния, и женщина ушла в открывшееся этой молнией пространство. Я не узнала еще одно, важное для меня. Я не узнала, как зовут мою мать. Жизнь потекла своим чередом, а моя мать перестала меня посещать. Не то чтобы я очень обиделась на нее за это…чуть-чуть…я была в бешенстве. Овладение магией проходило своим чередом. Муж меня не замечал, короче жизнь была пресна и не радовала событиями. Пожалуй в этом затишье устраивало только одно – мои встречи с Иром. Мы искали друг друга глазами, стоя рядом невзначай задевали касались. Это было удивительно, ярко, зыбко, тревожно, сладко. Гуляя однажды у озера, мы случайно встретились. Сидели, разговаривали, смеялись. А потом…его губы такие мягкие и быстрые и хочется ими наслаждаться бесконечно. Когда задыхаясь мы оторвались друг от друга, накатила волна боли за то как я веду себя. Я замужем уже полгода, а тут такое, точнее такой поцелуй. Каюсь мы с мужем так и не стали настоящими мужем и женой, что конечно не портило наших прохладных взаимоотношений. - Я хочу, быть с тобой – прошептали мои губы - И я этого хочу – твердо ответил мне Ир. - Но мы не можем – вглядываясь в любимые глаза прошептала я - Можем. Ты не жена ему. Я это знаю наверняка - Да – покраснела я – как сделать это? Как перестать быть его женой? - Надо сказать старейшине, и он решит наши судьбы. - А как же Право? - Им можно воспользоваться в любой момент, ты и сейчас можешь это сделать. Только я бы этого не делал. Эруд что-то замышляет, и это он хочет сделать когда ты захочешь воспользоваться Правом. - Тогда надо посоветоваться с Маром. Он подскажет как поступить. - Да, пойдем. Мы вернулись в общину и направились к дому старейшины. Объяснив ему ситуацию с моим замужеством и Ир поделился своими подозрениями. - Понимаешь, Мар, ее муж очень изменился с тех пор как увидел тот обряд. Он всегда пытался узнать больше о Великих и о межвременьи. Для обряда нужно семь магов. Уровень не обязательно, главное наличие магических сил. А еще нужен проводник в мир между временами. - Он общается постоянно с пятью магами верховниками и в их компанию входит два мага из простых. Ты хочешь сказать они задумали… - Помнишь что сказала Арида, когда Мина показала ей свою мощь, в первый день ее появления здесь? - Да, она сказала…Артая – лицо страика исказилось от боли и удивления - Артая? Это кто? – вклинилась я в разговор - Это те кто живет как человек, но является Великим по своему рождению. - Хранитель, который оберегает артефакт равновесия – подробно объяснил мне Ир. - Вот как? Вы тоже знаете эту сказку? - Что значит сказку? – резко обернувшись ко мне всем корпусом и схватив за плечи спросил Ир. - Ну мне иногда снятся сказки про женщину со странными глазами. Про то как она рассказывает про Хранителя и артефакт. Как важно чтобы им не завладели люди, а лучше вообще никто, ну и про то что на самом деле Хранителей… - Двое – закончил за меня Ир, а Мар при этом побледнел – Я тоже вижу сны, но в них мужчина со странными…- не успел договорить Ир. Это было и не нужно. Острая как нож догадка пришпилила меня к стене своей очевидностью. Ир и я – Хранители. Мы оба рождены для одной цели, стать целым во имя защиты их мира, мира наших Великих. - Я…ты…мы… - мямлила я перебирая все слова из этого ряда - Мы должны бежать – твердо и решительно прервал мои потуги Ир - Вы не можете, дети – послышался голос вождя, но это был не тот уверенный голос возвещавший о нашем деянии и наших победах во имя помощи людям. Это был надтреснутый голос побежденного человека. - Вы не можете - повторил он – Великие привели Вас сюда, чтобы вы соединились воедино. Неважно как это произошло, главное что вы вместе. Раз это так, значит артефакт в руках людей и может случиться перекос равновесия. Надо найти его и вернуть назад. - Но Храм, где храниться знак равновесия скрыт магией, это не возможно – отчетливо взвешивая слова сказала я - Дети видят сквозь магию. Может ребенок нашел? – задал вопросы Ир - Человек вошел в круг, это точно. Если маг войдет в круг он должен будет оставить свой дар и войти в круг человеком. Отдать дар можно только земле или равному магу. Равных магов только двое, а земля…земля для всех. - Я не обладаю такой силой как Мина – заявил Ир – мы не равны. - Вы равны. Я знаю эту легенду о шаре и двух Хранителях. Один я и знаю. – грустно произнёс Мар – ее доверили Великие, когда я был еще молодым. Они могут входить меж наших лет. И недавно пришли Великие и попросили. Я не смел отказать им в просьбе. - Постойте вы с легендами – оборвала я старейшину. – Пускай человек, или ребенок вошли в Храм и забрали артефакт, но где он сейчас и кто его может забрать из магов или других. - Маг не может касаться этого артефакта. Он может только призвать шесть магов и стать седьмым. Сотворив обряд он воспользуется силой Хранителя как проводника и Правом, чтобы остаться в межвременье. - А что будет с проводником? – тихо спросил Ир - Он умрёт. - Но как заставить Хранителя пойти на гибель? – спросила я - Много разных способов, девочка, очень много. Тишина резала уши. Вот почему муж на меня не обращает внимания. Вот почему он не воспользовался правом мужа на ложе до сих пор. Вот почему он медлит с Правом. Вот почему внушает мне что Право я могу использовать прямо сейчас. - Почему я не обладаю такой силой как она! – закричал Ир всколыхнув тишину – как мне ее защитить!? - Ты обладаешь другой силой, внутренней, а она внешней. Вы равны. Ир сел на лавку и поставив локти на колени опустил в раскрытые ладоши своё лицо. Мар сидел неподвижно и смотрел в пол. Тишина возникшая снова давила и я решила положить ей конец. - Мы что-нибудь придумаем. Когда должно состояться всё это? - Через три месяца День солнцестояния. Когда то это был праздник и Великие приходили к нам. Теперь это не так, но празднику это не помеха. - У нас есть три месяца – прошептали мои губы – я не хочу чтобы моя жизнь утекла сквозь пальцы. Я хочу насладиться ею напоследок. Я не знаю как заставят они меня встать в круг и стать проводником, но если это будет так, то хочу полной жизни в эти три месяца. Ир поднял голову и внимательно посмотрел на меня. - У нас есть эти месяцы. Мы что-нибудь придумаем – сказав это он поднялся с лавки и подойдя ко мне крепко обнял – у нас всё получиться, обязательно. ** ** День обряда выдался красивым. Никто не захочет умирать в это время. Сегодня всё решиться. Утром я обнаружила красивое платье у себя на постели в ногах. Сразу ясно, муженёк постарался. Я должна не омрачить его мироощущение, когда отдам душу во имя его вечной жизни. Что ж, против красивого платья я ничего не имею, и против вечной жизни мужа тоже. Мне не по душе только одно – моя смерть. Одевшись и причесав волосы, я вышла из дома. Праздник замышлялся с размахом и это было здорово. Люблю веселье. Жаль веселиться возможно мне сегодня не придется. Бедный Ир. Все эти месяцы мы были вместе. Это была сказка о которой можно только мечтать. Муж делал вид, что не замечает нас и наше чувство. Что ж, ему пришлось потрудиться, чтобы не заметить нас. Мы не скрывались, не было смысла. Мы думали, что натолкнёмся на непонимание и осуждение, а все в общине восприняли нас и то что мы вместе как должное. Разглядев мужа среди остальных, я не удостоила его даже кивка. Сдвинутые на переносице брови были ответом на мою нелюбезность. Когда пришло время, мы все выстроились попарно и двинулись к месту празднества. Огромный костер горел оранжевым пламенем весело потрескивая сучьями деревьев. Было жарко. Вся община произнесла слова древние как сам мир, или не очень древние, но непонятные никому из здесь присутствующих, обошли всей общиной вокруг костра потихоньку образуя замкнутый круг. Затем были произнесены еще несколько непонятных фраз. Я участвовала во всем этом не отпуская надолго глаза Ира своими глазами. Затем Произошло немыслимое, по меркам общины и самого праздника. Я конечно не участвовала в праздниках подобного рода, но была вполне наслышана о них от друзей, Мара и Ира. Муж вышел в центр и встал совсем рядом с костром. - Маги, я желаю переизбрать Мара. Он владеет тайной как старейшина и вождь, перехода в межвременье. Он не любит вас, раз позволяет вам и вашим детям умирать. Мы потомки Великих живём и умираем, когда они живут вечно и могут делать что захотят. Те кто встанет под моё покровительство тот станет бессмертным. Никто не двинулся с места, хоть речь мужа была очень сильной по своей подаче. - Приведите ребенка. – приказал Эруд «Все-таки ребенок. Значит надо защитить его. Он человек и может пострадать.» Ребенок которого тащила за руку Арида был симпатичным пухлым черноволосым мальчуганом. Улыбка его было обезаруживающей и красивой. - Воткни сюда свою игрушку, мальчик и я тебе дам вот это – люлюкала малышу Арида, вынимая из своего уха красивую блестящую серьгу. Мальчишка заулыбался и быстро выполнил ее поручение. И схватив свою награду быстро побежал к женщине что стояла как столб. Очнувшись женщина подхватив своего карапуза на руки побежала прочь. - Войдите в круг. Свершиться обряд – заявил Эруд. Все стояли будто каменны. Никто не шевелился. Пять высших магов парализовали всех. Им требовались зрители, они хотели и жаждали поклонения. Зачем? Оно у них и так было, они ведь верховные. - Подойди и встань рядом со мной Мина, или ты пожалеешь – взгляд Эруда оттолкнулся от меня и устремился к Иру. Рядом с ним, стоял один из наших друзей с остекленевшим взглядом. В руках у него был нож и держал он его у горла Ира. - Я подчинюсь Эруд – стойко заявила я, а у самой тряслись колени. Именно это и предрекал Мар, когда говорил что заставить можно любого. Меня заставили и ключевое в этом моя любовь к Иру. Муж всё просчитал, и не препятствовал нашим отношениям. Я озверела и хотела вцепиться ему в горло зубами, но преодолела свой порыв и встала в круг. Я была восьмой. Мы стояли на равном расстоянии друг от друга, пять высших, два обычных и я – Артая. - Заркена! Сартан! Партурнака! Минерма! – выкрикнул муж и по земле прошла дрожь. Это было не впечатление, а самая настоящая тряска раскатившаяся волной от металлического жезла воткнутого в землю. - Великие придите и исполните нашу волю. Я хочу Право! – громко чеканя слова говорил Эруд. Пока всё это происходило, мне хотелось сказать – «Зачем так громко?» - но я понимала, спектакль для зрителя, а зрителей вся община. Как и прежде воздух разрезала молния и в мареве появилась незнакомая женщина. Она осмотрела круг из восьми человек и спросила - Кто хочет использовать Право? - Я – отозвался Эруд - Я признаю твоё Право. – тихо ответила женщина. Видимо ей всё это не нравилось. Надо признать и мне тоже. - Право произнесу по окончании обряда – нагло заявил муж и продолжил – Сартук-проксог – мартукша –карт! Силы вокруг завертелись и закружились сбив меня с ног. Я схватилась за корягу торчащую из земли и попыталась удержаться за нее. Все стояли так же ка и стояли образуя большой круг. Их этот смерч что родился из артефакта не задевал, а вот тот круг что образовывали мы находился в самом эпицентре. - Что это? – задала свой вопрос Арида - Это сила дающая нам вечность! – величаво заголосил муж. Он поднял руки и радовался происходящему с видом сошедшего с ума человека. - Вот моё Право: Я призвал этого Хранителя и хочу остаться в межвременье. - Право принято, улыбнулась женщина, но не выполнимо - Почему!! – взревел Эруд - Ты сам Хранитель. Мина передала тебе силу хранителя на сутки. Хранитель умрёт, межвременье для мёртвых закрыто. Отмени Право или отмени обряд конец один. – за щенщиной захлопнулось пространсво и она исчезла. - Не-е—ет ! – это было последнее слово что крикнул Эруд перед тем как рассыпался в прах. Смерч рассыпался вместе с ним. - Я…нет – тихо прошептала Арида стоя столбом с округлившимися глазами. Оцепенение ее не красило. Маги что тоже стояли в кругу молча взирали на меня. - Ты умрёшь, девчонка. Ты бессильна против нас. - Посмотрим – раздался голос Ира – уверен что будет иначе. Некоторое время Арида и Ир сверлили друг друга глазами, а потом она сдалась. Ты сильнее меня, но как? - Сам удивляюсь – пожал плечами Ир, - как то вот получается. Талант прорезался. Высшие маги ушли и община зажила обычной жизнью. Магия ко мне вернулась. Еще до наступления праздника, мы предприняли определенный шаг и я воспользовалась правом. Оно заключалось в передаче силы Эруду на сутки, а потом возвращение силы мне. То что Ир при этом стал сильнее, побочный эффект. Насколько я лишилась силы настолько он ее приобрёл. Когда сила ушла из Эруда, то настигла сразу Ира, ведь моё Право еще действовало несколько часов. Через несколько дней мы поженились с Иром и договорились, что я отнесу артефакт в Храм. Он к стати сказать был не так далеко…Я не успела вернуться…Из нашей общины выжили только мы. Что ж, пусть только попробуют сунуться. Захотят войны, они ее получат. Кто бы они не были. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ Глава десятая Я подскочила на кровати. «Сон, это просто страшный сон» подсказывал мне мой рассудок, но сердце билось как заячий хвост, быстро-быстро. Я огляделась по сторонам. Серый свет из не прикрытых ставень густой жижей перетекал с улицы в нашу с Жаком комнату. Гостиничный номер для новобрачных, это тот же грязный неприбранный номер как для всех, только с кадкой для воды. Хорошо хоть вода была горячая, когда мы залезли в эту с позволения сказать ванную вместе с мужем. Жака Мартенье. Я теперь баронесса Марлен Мартенье. Звучит красиво и ласкает слух. Я тихонько произнесла своё новое имя шепотом, чтобы не разбудить Жака. Точно очень красиво звучит. Нам осталось добраться до нужной точки совсем немного. После отдачи долга отца я не собираюсь возвращаться в дом родителей, моя жизнь теперь будет протекать рядом с моим возлюбленным Жаком. Я посмотрела на него и умилилась. Надо же, что с людьми делает любовь, я сижу на не очень чистой постели, в замшелой дешевой гостинице и глупо улыбаюсь смотря на спящего рядом мужчину. Раньше я и меньшую грязь не выносила, а теперь готова спать на мху, лишь бы милый был рядом и лучше даже…М-да, щеки у меня загорелись при ненавязчивых и не оформившихся очертаниях мыслей, что же делать когда мысли перерастут в образы? Надо встать и выпить воды. Лучше холодной. Надо бы еще лицо ополоснуть, чтобы не отпугнуть мужа своим утренним видом. Я встала с кровати. Тело болело. Конечно, спать на таких тюфяках, набитых жесткой соломой. Да, это не Версаль, куда мы ездили с отцом на бал к королю Филиппу. Какой же он красавец! Когда я увидела его, у меня глаза поползли на лоб, и сердце часто забилось. Да, я маг, но я ведь еще и девушка, и мне положено смущаться и краснеть при взгляде на красавцев. Вот тогда то я и зарделась, да так, что краска с щек распространилась на лицо, переползла даже на шею и часть груди, как раз до выреза платья. Это, конечно же ничего, если бы не мой взгляд на этого превосходного мужчину и свечение его мыслей вокруг его головы. Я побелела. Но вся краснота от смущения не ушла и я стала белой в красную крапинку. Когда отец на меня взглянул, поверх голов других вассалов короля, то моментально поспешил ко мне. Надо было принимать срочные меры и быстро покидать Версаль. Так мы и поступили. В тот день я легла в постель и заснула. Проснулась я только через три дня. Мне снился сон, обо мне, но в другое время. У меня были темные волосы, только глаза были такие же. С тех пор я часто видела сон, в котором я была той девушкой, потом женщиной, старушкой. У меня были дети, и у меня был муж. Удивительно, но Жака я увидела первый раз во сне. Он был похож как две капли на того юношу, что старился со мной вместе. Только сейчас у него другой цвет глаз и кожи. Волосы тоже другие, но это точно он, мой Жак. В моём навязчивом сне, я называла его Ир. Это была чудесная жизнь, и я похоже намечтала себе Жака. Единственное, что пугало меня в том сне, это голубоглазый мужчина. Я боялась его панически, и этот ужас преследовал меня с детских лет. Кто он, и сбудется ли кошмар, так же как и Жак? Я быстро оделась потихоньку проскользнула в коридор, притворив за собой дверь. Жак даже не пошелохнулся. Сладких снов тебе дорогой. Конечно, в наши времена опасно девушкам ходить одним по гостиницам и уж еще более опасно выходить во двор, но я ведь не обычная девушка. Быстро спустившись по лестнице я пересекла небольшой трактир и выскользнула на постоялый двор. Лошади, повозки, люди. Интересно слуги когда-нибудь спят? Кажется парочка меня приметила, а еще парочка перешептываются. Ну и пускай, мне что до них. А вот если что-то вдруг им будет до меня, то им не поздоровиться. Обогнув гостиницу, я удивилась как тут сразу стихла кутерьма и звуки леса наполнили мои уши. А за ушами и вся я окунулась в этот теплый, пряно-горький влажный запах. Я закрыла глаза и встала под луч солнца, пробивающийся между ветвей сосен. Яркий, теплый, сильный, как всё первое, луч направил всю свою мощь мне на лицо. Я так размякла, что сначала не поняла, вокруг меня напрягся воздух. Поздно я среагировала. Открыв глаза, я наткнулась на жесткий взгляд бывшего жениха. Вот это был сюрприз. Выследил, нагнал, осталось только за волосы оттаскать блудную невесту. Интересно, он знает, что я уже ему не невеста, а жена его знакомого? Придется не гадать, а узнать всё опытным путём, то есть раскрыться. А может и не надо раскрываться, а просто закричать что есть мощи. А что вариант не плохой, я воспользуюсь. Я через нос сделала глубокий вдох, и открыла рот. На этом всё, сплошная темнота. Моё лицо намокло и это было не приятно. Кто посмел вылить на меня воду? Придется открыть глаза чтобы это узнать. А так не хочется. Я потихоньку приоткрыла веки и увидела темное небо, звезды. -Очнулась? – голос принадлежал викингу. Голова разрывалась. Наверное меня чем-то ударили по голове. Что ж вот он путь опыта, даже за волосы не оттаскал, сразу по голове тюкнул. Эх, Мужчины! Очень быстро в поле моего зрения появилась фигура, хевдинга, а потом и он сам присел рядом со мной на корточки. - Я не очень сильно тебя приложил? Нет? Это хорошо. У тебя еще работёнка есть, и ты нужна мне с твоим даром и лучше всего в нормальном состоянии. Ты решила помолчать или поговоришь со мной? - Как ты нашел меня? Я видела как ты поехал другим путём. – усаживаясь с помощью Харгеда вымолвила я. - Я давно тебя знаю, хоть и по твоему мнению мы знакомы всего то ничего. Ты думаешь я просто так именно к тебе посватался? Видимо ты не знаешь о чем речь идет. Я действительно не знала, а потому отрицательно покачала головой. А еще мне любопытно, где сейчас мой муж и остальные рыцари. Внутри я почувствовала опустошение и боль. Неужели предчувствие? Нет, Жак сильный воин, он должен был дать отпор. Другие тоже без драки не сдадутся. Я хочу быть уверенной и спросить, что с ними, но судя по горящему взгляду бывшего жениха сейчас лучше этого не делать. Я вижу, как ему хочется выговориться. Я вижу что он смотрит на меня как на врага или как на противника, что по сути одно и тоже. Или все так есть разница? Неужели его так взбесило моё замужество? Он не похож на пылкого влюбленного, горящего желанием отомстить и покарать. Что же тогда? И тут до меня дошло, мучайся вопросами или не мучайся, Харгед сам расскажет, остается дождаться. Тем временем Харгед метался вокруг меня как дикий зверь вокруг только что побежденной добычи. Во мне росла настороженность. От не уютности я невольно повела плечами и в глазах Харгеда вспыхнуло злорадство. Он хочет чтобы я боялась, он хочет почувствовать свою победу. Остается только одно «но» - где война? В чем война? Когда она началась? Я смирила свою природную гордость и решила прикинуться испуганной и забитой. Вполне возможно такая тактика его подтолкнёт к рассказу, или пояснениям. Там глядишь можно будет хоть что-то предпринять. В конце концов руки у меня связаны, а вот пальцы нет. Стоит только щелкнуть и… - Я вижу как ты боишься, девчонка – оскалился викинг. Его светлые волосы были в беспорядке, а челка прилипла ко лбу. Он так комично выглядел, при всей своей мощи, что я едва не улыбнулась. Самое главное прикрыть свой смех и не снимать маску покорности и обреченности. Харгед внимательно посмотрел на меня, а потом рассмеялся. Это было так странно. Уж не помешался ли он? Отсмеявшись, он развеял мои страхи о его рассудке. - По тебе плачет дом графа Артуа, дружка нашего Филиппа красавчика. Ты прекрасно бы смотрелась на помосте для представлений. Жаль погиб он на войне с Фландрией. У моего бывшего женишка оказывается очень утонченный вкус. Просвещение, наверное, дотянулось и до севера где проживают викинги. Или…он слишком осведомлён делами Французского королевства, хоть по его словам не вылезает со своей ладьи. Не нравятся мне догадки проносившиеся в моей голове, ох как не нравятся. - Да, я хорошо бы смотрелась в роли пастушки Марион, тут не поспоришь – выпрямляя спину и скидывая маску переживаний и страха и выставляя на поверхность свои истинные чувства. Этих чувств было не много – насмешка, холодность, обреченность на победу. - Уверен, ты не долго плакалась рыцарю нашему тевтонскому и не просилась к своему Робену, то есть к жениху. Удивительная была бы развязка пьесы, ты не находишь? Вполне в духе пастурелей. Интересно было бы подкинуть эту идейку Адамм де ла Аль, жаль тоже бедняга умер. Его «Игра о Робемне и Мариомн» мне очень понравилась, я смотрел ее в Неаполе. Мне откровенно надоел этот разговор. Но тут меня будто молнией ударило. Точно! Неаполь, дом графа, мне четырнадцать. Этот мужчина был там. Я в шутку показывала по просьбе отца свои возможности. В дверь вошел красивый высокий мужчина и рядом с ним…Харгед. Харгед сразу заметил меня и смотрел во все глаза. Я сконфузилась и засмущалась. За свои красные щеки я решила отомстить и отомстила, выбила из под него стул, одним движением руки. В то время способности у меня только проявлялись, но стул был меньшее из них. Я потеряла бабушку, которую очень любила. На следующее утро после похорон любимого мною человека я стала другой. Мне стали сниться странные сны, мои способности росли с каждым годом. Когда Харгед сел мимо стула, и раздался грохот все вокруг засмеялись, я тоже. Харгед поднялся с пола и отвесив гордый поклон держа стул за спинку как ни в чем не бывало уселся за стол. За столом тогда шел разговор о смерти графа Артуа при Куртре и о том, что…тамплиеры за несколько лет превратились в очень богатый орден. Маго, дочь Роберта дꞌАртуа, унаследовавшая всё имущество своего отца принимала нас с отцом в своём доме. Это была приятная и в то же время властная женщина немного за тридцать. У нее были две дочки немного младше меня, Жанна и Бланка и удивительный маленький сын, которого звали как всех мужчин их семьи Робертом. Удивительная традиция. Девчонки сидели чинно за столом и иногда переглядывались друг с другом улыбались мне. Почему не улыбаться, ведь я заставляла летать предметы вокруг них и двигала всех на кого или что, показывали маленькие пальчики графинь. - Орден разросся – властным голосом говорила графиня Матильда, а среди своих Маго – это становиться слишком опасным для государственной власти. Почему какой-то орден храмовников имеет такую власть и не желает делиться ни с кем деньгами. Времена крестовых походов прошли. Завоевания сейчас ни к чему. Сплошные траты и убытки. Деньги нужны Франции и ее королю. - О, да – отозвался отец – знаменитый закон о роскоши. Из-за этого закона наши лошади стали гораздо худее, что сказывается на качестве наших прогулок – все засмеялись, а графиня зло сверкнув глазами, тоже улыбнулась отцу. Как страшно. Надо срочно, что-то предпринять. Я потихоньку начала создавать образ и затуманивать графине ум. Вдруг мои действия натолкнулись на другую силу. Я не сразу поняла, что это. Ого, здесь не один маг, а два. Я огляделась по сторонам и увидела улыбку Харгеда. Я еле заметно покачала головой, но он продолжал ставить заслон проникновению в мысли графини. - Я уверена, что этим рыцарям надо отдать часть имущества церкви и королю. Это будет справедливо и законно. Народ голодает, вельможи во всем себе отказывают, а магистр храмовников надеется на новые земли. Это не правильно, так быть не должно. Надо поддерживать тех, чьими слугами являются, а не готовиться к войнам за спиной государя. - У них есть тот, кому они изначально служат и он точно выше государя – отозвался отец – во славу его они готовятся к войнам. - Да, но о Боге говорить не будем, а папа римский действительно над королем – поджимая губы, зло произнесла графиня, а потом еле слышно добавила – и с этим надо что-то делать. Мне тоже надо было, что-то делать, но проникнуть в мысли графини я не смогла, мне мешал Харгед. Ладно, тогда я зайду с другой стороны. Я перевела взгляд на отца и сосредоточилась на нем. Через мгновение тема приобрела совсем иной характер. - Я слышал, что есть договорённость между Вами и Французским двором о том, что Жанна станет королевой? - Да, это так. Мы горды этим выбором королей. Уверена и ваша дочь не засидится в невестах. Она красива и владеет удивительными талантами. Мы все смогли в этом убедиться. – произнесла странным голосом графиня Маго. Власть Харгеда над умом графини была безграничной. Это он внушил ей эту мысль. Что ж я тоже умею играть в эти игры, но только не разумом любимого человека. Я отпустила сознание отца. - Мы не торопим дочь в выборе. Кого она захочет в мужья, тот и будет нашим зятем. - Своеволие порождает большие проблемы – снова не своим голосом сказала графиня. - Это не своеволие, это уступка молодости. Когда еще влюбляться без оглядки и желать? Только в молодости. Это решено, дочь сама выберет себе мужа, если для этого будут благоприятные обстоятельства. - Что ж обстоятельства становятся благоприятными по воли тех кто их творит – мелодично, и задумчиво произнесла графиня. Вечер тогда был долгий и мы много говорили, но потом графиня говорила свои мысли, а не была под воздействием Харгеда. - Я вижу ты вспомнила обстоятельства того вечера четыре года тому назад – спокойно проговорил викинг. - Да, вспомнила. Я и не думала, что ты посватаешься ко мне. - А я не думал, что артефакт у тамплиеров. Мои глаза поползли на лоб. Как он узнал о той вещице, что я видела в руках одного из рыцарей, а до этого во сне. Я даже не задумывалась, что он действительно существует, этот жезл. - Ну а теперь поговорим на чистоту, невестушка. Я не знаю как это происходит, но это так поверь. Я познакомился с Жаком три года назад. Это был юнец, желторотик. Волосы и глаза изменились при этом рождении, но я узнал его. Однажды мы плыли вместе в Англию, точнее я перевозил его туда. Ночью он стоял на палубе и смотрел на воду. Мне тоже не спалось и я вышел из своего помещения и наткнулся на него. Видишь- ли девочка нас всех, кто обладает магией мучают сны. Сны эти о наших прежних жизнях, о наших желаниях, завоеваниях и потерях. Это ужасно каждый раз вспоминать всё, или почти всё. Так вот твоего дружка Жака, тоже мучает эта же болезнь, плохое сновиденье. Он рассказывал мне о девушке из сна, которую звали Мина, и что он был для нее Иром и любил ее без оглядки. Без этой девушки он чувствует себя только частью чего-то, и что эта навязчивость о любви из грёз сводит его с ума. Я спросил сколько лет мучают его сны. Он ответил что с четырнадцати. И тут я всё понял. Но об этом по порядку. Я уверен ты видела сон, где ты свершаешь свой обряд и при этом пользуешься Правом. Это ты меня тогда заставила рассыпаться в прах – глаза викинга сверкали гневом и не человеческой злобой – ты не представляешь, как это больно рассыпаться в прах на своих собственных глазах. Это сделала ты, своим Правом. Но это еще не всё. Арида тоже воспользовалась Правом и мы теперь рождаемся вместе с тобой и твоим Иром в одни и те же века и времена. Нас зовут по разному, но мы всегда помним кто мы такие. Арида рассказала мне про то как лишившись силы, передав ее мне, а потом погубив меня, твоя сила перешла к Иру. Вы одно целое, вы всегда будете рождаться и жить одновременно. Это натолкнуло меня на мысль. Я отомщу тебе, за всё и это произойдет сейчас. Я вошел в доверие к главе Нормандии и стал его доверенным лицом. Это я ненавязчиво внушил рыцарям приближенным к Магистру, что стоит воспользоваться случаем и спрятать золото и драгоценности от власти всех и воспользоваться этими богатствами позже. Это я навел на твоего отца орден и устроил так чтобы он задолжал рыцарям. И в этом обозе есть то, ради чего стоит делать такие много-ходовые шаги. - Бессмертие – выдавила из себя я – ты по-прежнему его желаешь. - Да! Желаю! Я не хочу рождаться, жить и умирать, а потом вспоминать всё это – это как проклятье, которое мне наложено при рождении. - Это благодать, для того, чтобы всё исправить и сделать мир лучше. Защитить его. Это память о прежних ошибках, которые стоит избежать в новой жизни…И это значит что я не сумасшедшая, или сумасшедшие все мы, трое, а так не бывает. - Да, так не бывает. И сегодня я прекращу эту болезнь, под названием память, в глупую шутку и ты мне в этом поможешь. - Как? Если верить снам я должна умереть при наступлении твоего бессмертия. В мои планы смерть не входит. - Она войдет в твои планы. - Как это? – быстро отозвалась я - Очень просто. Он воспользовался правом и передал всю силу тебе. Это потому ты упала в обморок. Сила вошла в тебя. Твой муж это сделал в обмен на твою жизнь. Я ведь мог убить тебя и сила перешла бы к нему. Я дал ему выбор и он выбрал. - А что с Жаком? – шепотом спросила я уже догадываясь об ответе. - Он мёртв. Сила должна перейти к тебе в любом случае. Я убил его. Не переживай, вы встретитесь в следующей жизни, когда жезл равновесия снова будет в руках людей. Ты можешь последовать за ним, расчистив мне дорогу к бессмертию. Я плакала, очень долго, так долго как мог мой организм. А потом уснула. Свойство засыпать после слёз было у меня всегда. Я так достигала равновесия. А проснувшись поняла что мне делать. - Я последую за мужем – коротко сказала я поглощая овсянку, которую мне дали на завтрак – ты выиграл хевдинг. - Я это знаю, я рожден побеждать, так было всегда. ** ** Семь рыцарей Ордена, обладающих мелкой магической силой были выбраны и завербованы Харгедом. Они встали в круг и приготовились к обряду. Харгед на этот раз сам не участвовал в обряде, чтобы исключить предыдущую оплошность передачи силы от меня к нему. Я если честно и не надеялась. Для его перехода в межвременье, нужно было возложить в круг, напротив каждого из участников какой-то предмет. Предметы защищали своих хозяев от воздействия силы и служили точками круга, разделенного на восемь частей. Только напротив меня, никакого предмета не могло быть. Зачем, я проводник, мне не положено защищаться, я сама тот самый предмет, который поможет кругу провести Харгеда, в иную жизнь. Каждый из рыцарей порывшись в своих поклажах достал, то что могло служить для них защитой. Серебряная брошь в виде птицы, нож, хрустальный шар, жемчужная подвеска, перстень и … мой портрет. Я посмотрела на этот кусок ткани в рамке и прикрыла рот рукой. Слёзы жгли мне глаза. Я не стану плакать, не стану. - Этот портрет, носил с собой твой муженек. Он нарисовал его задолго до встречи с тобой. Странно, что ты тут блондинка, ведь когда вы были Иром и Миной, ты была темноволосой. Я проглотила сухой ком, и прочистила горло. Надо было покончить с этим, как можно скорее. Я больше не могла выносить всё это. Слишком больно, слишком горячо, слишком ужасно, слишком нелепо. Всё слишком. Надо сделать так, чтобы в будущем этого «слишком» не было. Надо положить этому конец. - Я готова совершить обряд – четко сказала я - Поражаюсь твоей мужественности, девушка. Если бы в моей жизни не было бы Ариды, я любил бы тебя. - Не надо одолжений. Начнем. Золото, которое Тамплиеры везли так долго было зарыто. Вместе с ним и был зарыт артефакт равновесия Великих. Но это не мешало обряду, главное он не торчал на виду у всех. Это главное в Хранителе, спрятать, чтоб никто не нашел. Все выстроились четко по сторонам света, положив перед собой по предмету. Харгед встал позади меня, давая понять, что я и есть его защита. Ладно, так даже лучше. Сила прилила к моим рукам по одному моему желанию. Я медленно подняла руки и выставила их вперед. Два шара родились из марева уплотняя воздух и придавая ему свечение. Моя сила и сила Жака. Я развернула ладони друг к другу и два шара начали сближение. Коснувшись друг друга, они медленно стали проникать один в другой, как две святящиеся капли воды, сливаясь образуют большую и текучую массу. Я мысленно произнесла, то что хотела сделать. Наверное все хотели услышать хоть какие-то слова, но они будут позже, а пока я сделаю что задумала. Сотворив один большой шар, я резким движением кистей выбросила его на середину круга. - Что это? – задумчиво спросил Харгед - Месть – ответила я и наложила парализующее заклятие. И в это самое мгновенье шар разорвался на восемь мелких шариков и разлетелся на восемь сторон. Шары проникли в тела рыцарей и остались в них, так же как и восьмой шар влетел в меня и остался там. Больно и жжет, а так вроде ничего, жить можно. Я схватилась за то место куда проник шар, и рыцари сделали то же самое. - Я заклинаю, и обрекаю Вас жить до тех пор пока вы не породите потомство, которое будет жить после вашей смерти и сможет породить такое же живучее потомство в свою очередь. Так будет всегда. Я заклинаю вас выйти живыми из любой битвы. Я заклинаю вас сохранять и передавать свою силу, доставшуюся от меня своим потомкам вместе с этими вещами, что вы возложили на алтарь. Эти вещи будут храниться в ваших домах и передаваться потомкам. Их нельзя будет не украсть, не подарить, не выменять, ни одолжить, ни продать. Вещи будут возвращаться в ваши дома и ваши семьи. Так будет до тех пор пока семь потомков разных возрастов мужского пола, не сойдутся в чужом краю, так же как и вы сейчас здесь, и не образуют круг восьми, по сторонам света. Только тогда я смогу отворить дверь в межвременье, если ни что не помешает возвращению силы. Да будет так. Я обернулась к Харгеду, который все слышал и видел, но не мог обернуться. - Ты хотел войны? ее не будет, все кончится не начавшись. Я помню как рыцари упали на землю и уснули. Я помню как Харгед стоя в оцепенении смотрел на меня испепеляющим взглядом. Я помню как я прошла мимо них всех. Я помню как шла и помню мужчину, который нашел меня в лесу и принёс полумертвую в сою общину. Я помню Друидов. Я помню рождение сына. Я помню девушку, которую разглядела в мареве на похоронах отца. А еще я знаю, как мне надо жить дальше. Харгеда я не встречала в этой жизни больше никогда. Магистр Ордена Тамплиеров был схвачен в пятницу год спустя тех событий которые разлучили меня с любимым в этой жизни. Это случилось в пятницу, тринадцатого числа. Много рыцарей было схвачено, много убито. Это сделал Филипп, будущий свёкр Жанны дꞌАртуа. Я в это время была далеко от Франции и направлялась в Англию вместе с общиной Друидов. Мне надо было спасти сына, от той напасти, что поджидала Францию в будущем. Спустя каких-то семь-восемь лет мою родину будет не узнать. Я прожила долгую и спокойную жизнь. Вырастила сына, обзавелась внуками, правнуками и даже праправнуками. Я была по-своему счастлива, в моей жизни было много любви. Но!... боль от потери моего любимого Жака, отца моего сына, растаяла только с моей смертью. Я слышу слова из давней книги, что написала будучи Друидкой и повелела передать ее от потомков к потомкам до наступления теплого весеннего утра шестьсот лет спустя. В этой книге, на старом французском языке, я рассказывала о том чем обладала. О том даре, что достался мне при распределении шара на восемь частей. И этот дар, назывался предчувствие. Я предчувствовала многое и это спасало мне жизнь в прошлом. Красивый старый язык. Я так давно его не слышала. Кажется я знаю того кто читает мне эту книгу. Я не хочу открывать глаза, хоть и не чувствую опасности. Я лучше еще немного полежу и послушаю историю своей прежней жизни, хоть и знаю чем она закончится. Глава одиннадцатая Лёжа с закрытыми глазами я представляла как было бы хорошо не испытывать боль от потерь. Харгед, а в прежней жизни Эруд, был прав. Это ужасная боль, помнить свои прежние жизни. Неужели я усомнилась в правильности Великих отгораживать свой мир межвременья от других? Почему мне дано раз за разом умирать? Я ведь хороню своих родителей, сестёр, братьев. Это больно терять близких людей. Сколько моих копий? Сколько одинаковых лиц, моих лиц? Сколько перерождений? Насколько я понимаю, для того чтобы мне снова переродится должны сложиться обстоятельства: жезл в руках людей. Но как можно имея потомков перерождаться с такой точностью? Что происходит с ДНК моих предков, когда жезл попадает в руки к людям? Живут предки себе, плодятся, размножаются, а тут БАЦ! и жезл у людей. Тут же появляюсь я, один в один как в прежних жизнях и Макс, один в один как в прежних жизнях. Здесь что-то не так. Хватит ли мне сил и ума в этом разобраться? Это ведь дела Великих, а я тут вроде как на службе. Бред, полный бред. Я сошла с ума и сейчас в психушке, ведь пахнет больницей, а глаза не открываю потому, как боюсь очевидности. С другой стороны, потеря близких в семи семьях это скорее правда, чем вымысел. Юлиан, кормящий меня таблетками, тоже на вымысел не похож. Макс, друг детства, которого я люблю, тоже совсем не вымысел. Значит, я скорее здорова, чем больна. Как там с этими семью рыцарями? Я ведь как-то их закляла, или заколдовала или замагичила, уж не знаю, как сказать. И ведь сбылось. Семь потомков разного возраста со старинными побрякушками от которых нельзя избавиться. И как-то все очень удачно умерли, в один год их близкие. У всех этих людей была смерть будто они попали не в то время и не в то место. Можно сказать случайная смерть. Вопрос, кому это нужно? Ответ сидит у моей постели и читает в слух книгу. М-да, в моих снах у меня лихо получалось шары крутить, интересно если встану и напрягусь снова шары появятся? Хотя я щелкнула пальцами и спрыгнула из окна высотки, и ничего, мягко приземлилась. Надо попробовать. В конце концов, нечего ему книгу читать, она не для него писана. Я сложила пальцы для щелчка и пожелала. Оно и сбылось. Книга захлопнулась. Значит работает. - Ты хмуришь брови Юля. Ранние морщины не украшают девушек – Максимилиан хмыкнул себе под нос, а я в бешенстве открыла глаза. Мало того я еще и на кровати села, и уставилась на него, сверля глазами. - А я уж боялся, что не увижу подобного. Давно не виделись, невестушка, причем многократная. - Не забывайся, я тебе еще и женой была – сощурила свои глаза я - Разве такое забудешь – ухмыльнулся Максимилиан – почти каждую ночь во сне вижу, как там поживали мы с тобой, и как не хорошо расстались, последний раз. Веришь, корю себя до сих пор. - Не верю – отрезала я - Зря, - отозвался мой перечливый муж-жених-управляющий – я от чистого сердца. Знаешь образование помогло всё осмыслить и понять. Хоть это самое образование мешает примириться с другого рода способностями. - Мне тоже тяжело, вот и с ног валюсь на полуслове. Все как-то проснуться не могу. - Просто в этом воплощение у тебя тело слабовато для такого – хохотнул мой враг – да и внешность подкачала, знаешь ли. Блондинкой и брюнеткой ты была краше. - Эй, поговори у меня, как развею с глаз долой, сразу образумишься – рассвирепела я - Ерунда какая, я и просто за дверь уйти могу. Но пока воздержусь от этого. Поговорить надо. - говори и вали – взъелась я – мне тут и так хреново. - Да, знаю я, мне твои семь «рыцарей» рассказали. Хорошо хоть один из них практикующий врач оказался. У тебя организм не восприимчив к транквилизаторам и наркотикам, а тебя пичкали ими почти год. Вот и заснула, а проснуться забыла. Еле-еле они откачали тебя. У врача этого здесь кабинетик, со всякими штуками медицинскими, он и спас тебя. Если бы «Скорую» вызывали, умерла бы, поверь или в коме осталась. Жизнь к тебе благоволит, а может это Великие постарались. - А может это ты постарался, и собрал тут нас всех вместе? Перебил людей чужими руками, меня к ним направил, а потом и сам приехал? - Эй, я между прочим дипломированный специалист и очень не плохой бизнесмен. Зачем мне убивать людей? Я что в Средние века проживаю? - Ну, ты всегда отличался навязчивыми идеями. Может, они у тебя развились спустя столетия. - Нет. Конечно, вечная жизнь это хорошо, а вот прогресс лучше. Тем-более я перерождаюсь всё время вместе с тобой, а значит увижу будущее по любому. - предположим я тебе верю, но только предположим. Что ты хочешь? - Золото Тамплиеров и тебя. Не слишком нахально прозвучало? – поинтересовался этот красавчик. - Про золото ничего не знаю – рассержено выдала я – наверное, лежит там же где и лежало при нашей последней встрече. Или не лежит? - Не лежит, я проверял. Раз ты не знаешь…тогда хочу тебя. Я столько раз был рядом с тобой, даже мужем был однажды, и вот на тебе ни разу даже пальцем… - Я тебе пальцы то повыдергаю и по ветру развею – пригрозила я. - Ладно, завоюю благосклонность, может, ты пересмотришь своё решение. - Чем завоёвывать будешь? - Интересными рассказами, и фактами что удалось достать. - Прежде чем мне мозг выносить скажи, сколько я тут отсыпаюсь? - Две недели. Мне недавно сообщили, где ты находишься. Я детектива нанял, когда узнал, что ты умерла и тебя хоронят. С Максом никаких изменений, а значит ты жива. Вот я и постарался, разыскал работодательницу. - Ты и за Максом следишь? – удивилась я - Нет, просто наблюдаю. Оказывается твоя вечная любовь… - Хватит! – оборвала я фразу – не надо о Максе - Хватит, так хватит – согласился управляющий - У меня голова кружится, и я… - Конечно, ты слаба и разговор можно отложить на более подходящее время. Прости. Я проживаю здесь, с разрешения хозяина дома, этого самого Яниса. Увидимся в другое время, нам спешить незачем. Для принятия особых решений нужны силы. Я позову Яниса, полежи. Максимилиан встал со стула и покинул меня. Опрокинувшись со всего маху на подушку, я прикрыла руками глаза. Как же это всё надоело. Я живу очень долго, как выяснилось. Бесконечно долго. Этому не будет конца. Я служу, но в отставку не выйду и это ужасно. Я вспомню и эту жизнь, и следующую и так по кругу. Замкнутый круг. Совсем не весело. Я чувствую себя лошадкой в цирке, вечно бегущей мимо людей в креслах зрителей. Они хлопают мне, кричат, радуются. Дети показывают пальцем, а я всё бегу и бегу. У круга нет конца. Надо что-то придумать, надо вывернуться и бежать, куда глаза глядят. Мне захотелось плакать, и я позволила слезам проложить солёные дорожки на моих щеках. Через минут пятнадцать моего истерического рёва в дверь постучали, а потом, не спрашивая разрешения, открыли. Это был Янис. Замерев на секунду у открытой двери, и оглядев с ног до головы он прикрыл за собой дверь и подошел к моей кровати. - Ревёшь? Это хорошо. Реви – спокойно напутствовал он – странная реакция, но тебе простительно. - Почему простительно именно мне? - Потому что ты и сама странная – улыбнулся Янис, и нажал мне на кончик носа указательным пальцем – Я делал тебе анализы. Все стабильно, ты здорова. - Наверное – кивнула я головой – есть хочется. - Это можно, но чуть-чуть. Ты давно сама не ела. У Кимая есть новости для тебя. Собирайся, пойдем ко всем. Янис легко встал с моей кровати и также легко и быстро покинул комнату. Я же откинув одеяло, поплелась маленькими шажками в душ. Да, это совсем не просто оказалось. Держась за стену и переставляя ноги. Перенося свой вес с одной ноги на другую, я вся покрылась липки потом от напряжения. Легче стало только в душевой кабине. Через пятнадцать минут, волосы удалось не только намылить, но и смыть водой. С телом обстояло сложнее, ведь все свои силы я потратила на волосы. От бессилия я заревела. Вода из душа текла на мою спину и заполняла поддон. Слёзы не оставляли следов на мокром лице, но больно жгли глаза. А потом во мне будто что-то сломалось или переключилось, я сама не поняла. Я подняла свою похудевшую руку к самому лицу и зафиксировав на ней затуманенный от слёз взгляд, легко щелкнула пальцами. Голубое плотное марево появилось вокруг моих пальцев, как вторая кожа, и стало распространяться по рукам, плечам, спине…через пару минут не осталось ни одного клочка тела не затянутого в этот голубоватый корсет. Мне стало тепло и легко. Немощь и боль отступили, а на их место пришло облегчение и бодрость. Голубое марево пропало, исцеление закончилось. Я действительно чувствовала себя здоровой и сильной. Мне всё было по плечу. Энергичное растирание добавило жизни моим чреслам. Прошлёпав в комнату, нашла чистые джинсы и легкий свитер и побежала вниз, к моим семи богатырям. Все были в сборе. С улыбкой я сбежала по ступенькам и остановилась в центре холла дома Яниса. - Всем привет – бодро и с улыбкой, приветствовала я друзей. Даже руку подняла и помахала всем и каждому. Удивленные взгляды сменились улыбками, а потом и радостными приветствиями с пожеланиями и дальше так цвести и радовать. Все дружно и каждый по очереди, обнимая меня или пожимая руки, говорили о здоровье, об испуге, о переживаниях и радости меня видеть вот такой, весёлой и красивой. В этом гвалте мужских голосов не было слышно, как открывается дверь и входят еще двое. Я резко обернулась. У дверей стоял Максимилиан и Максим. Ухмылка Максимилиана была вызывающей. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Зато Максим почти сразу бросился ко мне, не дав даже секунды хоть на какую-то подготовку. Он сгрёб меня своими ручищами и прижал крепко-крепко к себе. - Юлька, снежка моя любимая, как я рад видеть тебя живой – горячее дыхание Макса запуталось в моих волосах. Это было так здорово, что моя мысль оттолкнуть его просто трусливо сбежала. Мои руки сами по себе поползли вверх. Я обвила ими его шею. Так здорово просто так стоять с ним рядом, вдыхать родной запах. Ничего больше не надо, не Великих, не равновесия, не заклятия…Стоп! Заклятие! Мгновенное отрезвев, я сбросила руки Макса и сама убрала свои за спину, от греха подальше. - Мне надо кое-что вам всем сказать. Но для начала надо перекусить. Кто-то против? Нет. Идем. Я все вам расскажу. Два часа спустя сытая и довольная, откинувшись на спинку стула, я заканчивала рассказ о заклятии, наложенном мной, или почти мной в средние века. Все слушали рассказ не перебивая, энергично работая челюстями. Я чувствовала себя Шахерезадой из сказки, только с маленьким изменением обстоятельств, султанов тут девять человек. Конечно двое из них прямые участники истории поведанной мной, но слушали также открыв рты, как и семеро других. - …Вот так всё и закончилось. Моё предыдущее Я подалось в Друиды и пересекло границы с Англией. Сама себе я прислала книгу через того старика из библиотеки. Остается понять зачем? Похоже, в своих предыдущих воплощениях я была слишком умной, а в этом произошел брак, или я просто переоценила свои возможности. Не возьму в толк, что к чему. - Может, стоит перечитать книгу, и понять где нестыковки с тем, что ты помнишь и тем, что прочитаешь о своей жизни – высказался Михаил оторвавшись от своего занятия, прогона по дну пустой тарелки гриба. - Не плохо сказано, коллега – улыбнулся Адам – стоит этим заняться. - Ладно, раз вы настаиваете… - язвительно улыбаясь, промурлыкала я. – Какие еще будут предложения? - Пока больше никаких – возразил Кимай. – Я кстати к тебе с отчетом. Надо будет поговорить после всего о том, что делать дальше с твоим мужем. Так это оставлять нельзя. - Хорошо обсудим. Но позже. Сейчас меня волнует другое…- я взглянула на Максимилиана и невольно замолчала – хотя и это мы тоже обсудим позже. - Не стесняйся, Юленька, я же сказал что сейчас я на твоей стороне – голливудская улыбка расцвела на устах Максимилиана. Да, улыбаться в этой жизни он научился на «отлично». Бизнесмен, что тут скажешь. - Я воздержусь, Эруд. Ой! То есть Максимилиан. - Я не хочу, чтобы ты воздерживалась, дорогая. Это так трогательно, когда девушка берет что хочет и…кого хочет – улыбка стала такой соблазнительной, что я с перепугу икнула. Искусству Провокации Максимилиан тоже научился. - А я хочу чтобы воздерживался ты – спокойно сказал Максим, теребя кончик тканевой салфетки, и после паузы добавил – на этот раз. Воздержание во всем стимулирует работу мысли, а они тебе еще пригодятся. - Не слышал о таком…методе – заявил Максимилиан - Ну как же, когда голову скручивают и говорят что так и было, то мысли в ней водиться перестают. Воздержавшись, голову и мысли можно не потерять. - Я подумаю – не сдавался Максимилиан - Хватит – прикрикнула я – давайте продолжим наш разговор завтра. Обещаю прочитать книгу и сказать свои соображения. Ребята, наблюдавшие за тем, что происходило между Максимом и Максимилианом, пряча улыбки молча кивнули. Дальше ужин прошел в дружественной и местами веселой обстановке. Глава двенадцатая Я шла по гравийной дорожке сада. Мужской окрик заставил меня обернуться. Максимилиан двигался в том же направлении что и я, явно пытаясь меня догнать. Ладно, я приторможу. - Привет, красотка. Чудесное утро – ровно произнес Максимилиан – как самочувствие? - Нормально. – сотворила я на лице гримасу холодности. - Нормально так нормально. Поговорим? – деловым тоном ответил мне вражина. - Ты два раза пытался меня убить, и переступив через это стать бессмертным. Как думаешь, я хочу с тобой разговаривать и видеть тебя? - Думаю, нет. Сейчас не о тебе и обо мне речь. Сейчас мир спасать надо. Мне жить хочется дальше в этой жизни, и не откажусь родиться вновь. Пусть и вместе с тобой. Заверения тебя не убедят, а вот страницы в интернете, думаю, помогут осознать всю чистоту моих намерений. Как думаешь, я похож на идиота? - Нет. Хорошо давай поговорим – уступила я. - И на том спасибо. – шутливо выдохнул Максимилиан – Однажды просматривая страницы в интернете, я натолкнулся на один сайт. Поверь, это произошло случайно. Я ничего особенного не искал – Максимилиан повернулся на девяносто градусов и сделал шаг в том направлении, в котором я сама двигалась пять минут назад. Я последовала его примеру, и мы медленно двинулись по дорожке вдоль цветущих садовых деревьев. Запах стоял дурманящий. Я расслабилась, вдыхая эту подслащенную воздушную массу. - Так вот. Сайт совершенно обыкновенный. Таких в интернете полно. Группа людей объединяется на одном ресурсе и снабжает себя и друг друга разной чепухой. К тому же бум «Земля погибнет» немного прошел, но очаги по-прежнему тлеют, не затухая окончательно. На этом сайте было тоже про «конец света», который случится в этом году. Пролистывая страницы на тему как себя сберечь, я окунулся в «форум». Занятная тема привлекла моё внимание моментально при первичном пролистывании. Про небесные стрелы, которые прибудут на горизонт Земли и перевернут понятие человека. - Что тут такого? Обычное пророчество, обычного интернет - пророка. – пожала плечами я - А знаешь, кто заведует тем сайтом и является модератором? - Ну и кто? – начала я раздражаться от такого ведения разговора - Арида – без улыбки заявил Максимилиан Адреналин хорошая штука, но в малых, можно сказать лечебных дозах. В мои жилы вспрыснулось больше адреналина таким заявлением, чем положено по всем гуманным нормам, вызвав тошноту от передозировки. Я схватилась за живот, попытавшись выровнять дыхание. Вот мы все снова и встретились. Как прозаично и глупо. Страх стал отпускать мое тело, и я смогла принять менее напряженную позу. - Известие что надо, и прямиком перед обедом. Спасибо, мне теперь еда в рот не полезет. А я полезу в интернет. Тебе не стыдно? – взорвалась я - Ни сколько – покачал головой Максимилиан – мне жить хочется. - Выкладывай – приказала я - Я зарегистрировался на сайте и вступил в диалог. Арида, обсуждала тему до шумерских времен. Сторонников оказалось много. Люди любят рассуждать о том, чего не знают, но реконструкции событий были занятными. Самой важной реконструкцией я посчитал ту, которую выдал один участник под ником «Временщик». Он говорил о равновесии, о пророчестве, о тайнах исчезновения расы, что жила и погибла до людей. По его мнению, Земля это дом, который заселили чужаками, и сделали это Великие. С этим самым Временщиком спорили, его осаждали ругательствами, но он твердил о своём. Арида активно вступила с ним в диалог. - Чем этот диалог закончился? – задала я своевременный вопрос. - Не знаю, они ушли в «приват» - А как теперь зовут Ариду, ну в этой жизни? Ты в курсе? - Да я навел справки, ее теперь зовут Маргарита Заводова, она из Калининграда. - Может, нет ни какой опасности, или она преувеличена. С чего ты взял, что тебе грозит опасность? Вот мне точно грозит опасность от общения с тобой. Пару раз ты…- я не успела закончить, Максимилиан меня перебил - Опасность существует. Моя жизнь в твоих руках. Я больше тебе скажу, мои будущие жизни напрямую зависят от твоей. Я мечтал о бессмертии, и я получил его…по-своему конечно. По дороге быстрым шагом шел Макс. Увидев нас, он ускорился и очутился рядом со мной через пару секунд. Он возмужал. Спортивное тело, острый взгляд, гордость в движениях. Его девушка наверное в восторге от такого бойфренда. А я тут стою и ревную. Вот дура! - Привет – поздоровался Макс – прогуливаетесь? Я составлю Вам компанию, что нам скрывать друг от друга? Столько веков вместе. – иронизировал Макс улыбаясь криво и вглядываясь в глаза Максимилиана.- Помню, как ты дал выбор в той гостинице. Век не забуду. Нет, не забуду все столетия спустя – сжал кулаки Макс. - Ты выбрал правильно. Она разозлилась и лишила всех и всего. Я проиграл тогда, а она одержала победу ради тебя. - Это не победа, это боль – поджав губы, сказала я – я прожила большую жизнь, но без любимого человека. - Зато провернула не хилое дельце. Ни у кого из нас толком нет силы. У Макса ее вовсе нет, одни только воспоминания. У меня мелкие отголоски, что есть в моей крови. У тебя дар, но скорее бесполезный, чем нужный. Никто не может открыть врата и обратиться к Великим. Никто не может повлиять на них. Занятная шутка, и очень многоходовая комбинация. Есть такая очень хорошая теория, называется «Теория вероятности». Так вот нет той самой вероятности, что в один и тот же период времени сойдутся все обстоятельства давно минувших дней. Семь потомков мужского пола, наследников магической силы. Твоё рождение как хранителя, и возвращение силы тебе. Причем ты должна быть девушкой при рождении, а не парнем. Занятная теория с огромным количеством возможностей, зависящих от ДНК и предков. Рождение Макса при этом не обязательно, ведь он избавился от силы перед смертью. Так что… - И кто-то не стал ждать милости от природы. – произнес Максим, включившись моментально в разговор, будто присутствовал при нем изначально – просто подогнал события под ситуацию. Итог семь парней, обладающих магической силой пересеклись, а потом нашли тебя. Так ведь? Я с самого начала думаю об этом. - Ты намекаешь, что всё подстроено? Убийца желает исполнить заклятье? – обескураженно произнесла я - О-о-о-о, ты начинаешь оправдывать свои дипломы, дорогая – насмешливо произнёс Максимилиан. - Не ерничай – приказала я – должен быть выход. Я могу не искать этот артефакт, и всё обойдется… - Не можешь – отрезал друг детства – раз ты родилась, значит, на планете будут перемены. Этого допустить нельзя. Выход один – пойти искать этот самый артефакт. - Для этого надо вернуть силу, чтобы понять, где этот жезл находится. У тебя нет выбора, Хранитель.- криво улыбаясь произнес Максимилиан. - Похоже на то. Я пойду с тобой Юля, что бы не случилось. – друг детства всегда был на моей стороне. - Пока не случилось – прошептала я – меня вынуждают найти этот артефакт. Ты упомянул об Ариде – Маргарите – обратилась я к Максимилиану – ты думаешь, это она затеяла всё это? Максимилиан кивнул, и лучезарно улыбнулся. - К тому же, я намекаю, что кто-то ей помогает в этом. Временщик, помнишь? И похоже парень не шутит. Столько трупов, ай-ай-ай. - Да-да. Выхода нет. Надо будет рассказать об этом ребятам – подытожила я. - Это мудро, о Хранитель – захохотал Максимилиан. - А как ты сам оказался рядом с Юлей спустя века? – задал свой вопрос Максим - Очень просто, она сама меня наняла на работу. Ты удивлен? Или забыл, что отец твой искал управляющего фирмой? Удивительное стечение обстоятельств. Похоже мы вынуждены наступать друг другу на пятки, или сталкиваться. Со средних времен народу расплодилось, а мы всё сталкиваемся и сталкиваемся. - Да, помню. - Еще сомнения? - Пока всё сходится – ответил Максим. – Хорошо пойдем сейчас в дом и обсудим с ребятами. Мы двинулись в обратном направлении, по дорожке среди цветущих плодовых деревьев, только вот теперь запах мне казался кислым, и тошнотворным. Моя жизнь менялась, и я это понимала отчетливо. В будущем меня ждали неприятные сюрпризы. Мой дар очень маленький, его называют интуицией, точнее развитой интуицией. Мне хотелось сбежать от всего этого, и это не добрый знак. Вернувшись в дом, мы попросили всех собраться, для разговора. Рисунок ситуации никому не понравился. Враг был близко, но для его поимки требовались определенные временные затраты и усилия. Ситуацию раздробили на части и каждый из присутствующих, получил по короткому заданию. Миша решил разузнать больше о сайте и его владелице, Кимай по своим каналам должен разузнать о Временщике и тех, кто еще может быть вовлечен в это или интересуется. Артур и Тимур должны порыться во всевозможных ресурсах и отыскать легенды о тех, кто жил на Земле до людей. Адам, взял на себя моего «вдовца» и решил проследить все его связи и знакомства совместно с Кимаем. Иржи решил заняться невестой моего «вдовца». Максим традиционно должен быть рядом со мной. Максимилиан возвращался в офис и занимался текущими делами. - Кстати о твоем муже. Мы совместно с Максимом заявили о том, что сомневаемся в твоей смерти и предъявили те снимки видио-камер, что стоят на улице, по которой вы с Мишей шли к машине. Есть еще и другие косвенные доказательства, что ты жива. Удалось возобновить расследование и тебе надо будет найтись. - Сколько у меня времени? – задала я вопрос - Примерно неделя, а иначе ребята найдут тебя сами, и тогда Янису будет не сладко. Допросы и всё такое... - Хорошо, надо разобраться с этим поскорее, и я наконец вернусь к своей нормальной жизни. - Ладно, тогда за дело – произнёс Янис – я на подхвате у каждого из Вас. Заодно начну восстанавливать справедливость в медицине и разведаю о том враче, что залечивал Юлю. Это дело чести для меня. Неделя летела на всех парах. Ребята активно занялись своими заданиями, а мне было приказано набираться сил, потому как здоровья может не хватить, для каких-то действий. Да, в этом воплощении здоровьишко у меня подкачало. Я много гуляла, а когда уставала, то садилась под фруктовыми деревьями и просматривала интернетные заголовки и вела переписку с ребятами. Все писали о своих достижениях и я была в курсе всех событий. Деревья уже начали осыпать на землю свои прекрасные лепестки, и было немного грустно от такого перерождения и увядания красоты. Компьютер у меня был всё тот же, что подарил мне Максим, пять лет назад. Это заслуга Миши, который сохранил его для меня. Было чудесно держать его в руках, ведь это вещь из моей прежней жизни, за которую сейчас так боролся Кимай. Интернет пестрел разного рода событиями. Но одно из них заставило меня пройти по ссылке в другой блок. Это была фотография друга моего деда, Ивана Ивановича. На меня смотрел друг дедушки и улыбался. Внизу была подпись: «Юля, с днем рожденья. Вспомни о Великих». Это было так удивительно, спустя год после похорон обнаружить послание от него, да еще где, в сети. И к тому еще и со странной подписью. Ссылка долго не открывалась. Перед моими глазами мелькали буквы и цифры ровными столбцами. Левый столбец был столбцом цифр, а справа был столбец букв и слов. Оба столбца крутились до совпадений, набирая буквы в слова, которые соответствовали номерам цифр, а иногда четыре цифры в столбце указывали на четыре слова. Компьютер наугад выхватывал из столбцов слова и выкладывал из них фразу в свободном поле внизу экрана. Это продолжалось не больше пяти минут, и перед моими глазами вырос текст. Прочитав его, я выключила компьютер, как просили меня в Послании и поспешила в дом Яниса. Максим всю неделю был рядом за исключением моих прогулок. Он с детства знал меня и чувствовал, когда дистанция между нами необходима, для соблюдения личного пространства. Из дома Яниса хорошо просматривалась дорожка, по которой я гуляла, и потому мне разрешено было гулять одной, а Макс наблюдал за мной из окна. Вечерами мы часто пересекались в гостиной и там смотрели телевизор как во времена нашего детства, и болтали о всяком и разном. Мне было интересно как он жил там в свой Америке, как поживают его родители. Один только вопрос я не задавала ему, и этот вопрос был о той самой девушке, что была вместе с ним, когда мы общались по интернету. Я не буду спрашивать его, а он не станет отвечать, так будет для нас обоих легче, и мы сможем сохранить хотя бы призрачный намёк на наши детские воспоминания и чувства. Со временем я научусь воспринимать Максима как чужого мужа, отца чужих детей. Вполне возможно мы будем дружить семьями, но сейчас…сейчас мне слишком больно знать о том что он с другой. Родители Максима, оказывается не плохо поживали. Отец пошел на поправку и почти совсем восстановился. Только немного еще подтаскивал ногу при ходьбе, но хромота должна уйти с полным выздоровлением. Он уже мечтает о работе и о родной квартире. Ему хочется приехать домой, где все говорят на русском языке. - Если мы выкрутимся из этой ситуации, официально предлагаю тебе занять любую должность по твоему вкусу и с любыми полномочиями. Если такой должности нет, мы ее придумаем для тебя – заявила я в один из вечеров. - Спасибо, это очень лестное предложение. Всегда хотел иметь такого молодого и понимающего руководителя. Я с удовольствием обсужу с тобой условия моего контракта – шутливо произнес Макс. - Ладно, главное выбраться в полном здравии. – задумчиво ответила я. - Выберемся, где наша не пропадала. – ободряюще подмигнул мне Макс. Потом возникла неловкая пауза. Максим пристально смотрел на меня. Я видела, что его что-то мучает, но он не решается у меня спросить. - Ну? – решила я побудить его к действиям. - А ты хоть иногда вспоминаешь, ту жизнь, когда мы были Иром и Миной? – отозвался Максим Мне ужасно не хотелось говорить ему о том, что каждую ночь, закрывая глаза, я вижу его юным Иром, с влюбленным взглядом, а потом я вспоминаю нашего первенца. Его возмужавшего отца семейства с подрастающими детьми. Я помню каждую его морщинку на лице, когда мы оба были в преклонном возрасте, но в независимости от количества морщин я по-прежнему считала его самым красивым человеком на земле и любила его по-прежнему очень сильно. Любила до самого конца, и любила потом в следующей жизни, хоть и не удалось нам с ним прожить ее вместе. Я неопределенно повела плечами и отвернулась, подыскивая новую тему для разговора. - А я часто вспоминаю – нарушил затянувшееся молчанье Макс – Почему у нас сейчас не так? - Я не знаю, Королёк – слукавила я – мне пора. Пойду спать. - Да-да, конечно… - отозвался Максим. Я встала с дивана, на котором мы сидели с Максом, и прошла к двери. Мне надо было всего-то открыть дверь и выйти в коридор, но я все стояла и стояла около нее, держась за ручку. А потом я решилась. В конечном итоге, что я теряю? Другом он мне останется, родным человеком тоже. Пусть знает, ведь не известно, чем всё кончится на этот раз для него и для меня. Я знаю, что эгоистично сказать ему всё то, что хочу, и я готова к любой его реакции, даже полному безразличию ко мне. Я обернулась и посмотрела на Максима. Его глаза были потухшими, и в них плескалось отчаянье и грусть. Странная смесь, которая как кислота может разъесть все что угодно. Но почему эта чувственная жижа родилась в нем? Может не стоит досаждать человеку откровеньями? Моя решимость начала трусливо отступать. Пришлось выметать ее из углов страха, ревности и отчуждения. - Максим, я давно тебе хочу это сказать, но не решаюсь – начала я, смачивая горло слюной после каждого слова. – Я знаю тебя всю свою жизнь. Я не помню ни одного дня без тебя, кроме этих пяти лет замужества. Ты для меня родной человек. Максим болезненно прикрыл глаза и сглотнул, а потом медленно снова их открыл. Наверное, ему было больно от моих слов, или от тех, что я собиралась сказать. Ему было больно меня ранить. Но я должна сказать ему всё, хоть и знаю, что за этим последует, скорее всего знаю. - Но ты не знаешь самого главного, что на самом деле я испытываю к тебе. Я это поняла еще тогда, когда мне было тринадцать, и я услышала разговор девчонок, которым ты нравился. Это было в школе. Я решила не путаться у тебя под ногами. Сейчас я понимаю, свою ошибку, но исправить ничего нельзя. Мне надо было не уступать, а бороться за тебя. Я очень сильно, безумно люблю тебя, и это не сестринская любовь и не дружба. Я резко развернулась к двери и опустила ручку вниз. Осталось только сделать шаг, и я на свободе. После высказанного, я поняла, что мне всё равно, что скажет Макс мне в ответ, главное я буду любить его, всегда. Но уйти не получилось. Я даже сразу и не сообразила, почему мне так тяжело дышать. Сильные руки держали меня так крепко, что вдохнуть, толком не получалось. Головой двинуть тоже. Максим держал меня в своих объятьях как в тисках. «Будут синяки», проскользнула мысль в голове. Через минуту мой друг детства пришел в движение и немного ослабил хватку. - Я тоже, сколько себя помню, люблю тебя – сдавлено прошептал Максим, чмокая мой затылок. – Страшно сказать, сколько я держал в себе эти слова. Это не много и уже не мало, вся моя жизнь. - Мне казалось, ты любишь меня как сестру, и как надоедливая сестра, за которой надо приглядывать, я тебе мешаю строить свою личную жизнь – отозвалась я, обвив своего Максима за талию. - Мы думали одинаково – грустно рассмеялся Макс – я жутко ревновал тебя. Просто как «Отелло» хотел задушить, когда видел с очередным парнем. Когда осознал, кем для тебя будет Юлиан, решил уехать, ведь я просто мог не выдержать и натворить что-нибудь. - Я вышла за него, потому что не хотела быть одна. Это не минуемо, ведь когда-нибудь ты бы женился. - Глупышка, какая же ты глупышка. Пойдем, присядем – он отстранился от меня, и взяв за руку, повёл к дивану. Усадив меня на диван Максим присел рядом и обхватив за плечи притянул меня к себе. Моя голова уютно устроилась на его плече. Это было так здорово, находиться в его объятьях и ощущать его запах. Нет, пожалуй, это лучше чем здорово. - Я думала, у тебя есть девушка в Америке. Я видела ее когда мы общались в сети. – нарушила я тишину. - Нет у меня девушки. Я пытался встречаться с другими девушками, но это было скорее для привлечения твоего внимания, а не потому, что они мне нравились. Я был подростком и думал, что если ты увидишь мой успех у девушек, то приревнуешь, и тогда мы будем вместе. В итоге получилось наоборот. Ты все больше и больше отдалялась, а потом вообще сбежала в другой институт. Время мною было упущено, и я это осознавал. Надеялся, что ты одумаешься и решил ждать, а ты сбежала на юг и познакомилась там с этим отрепьем. Там в Америке была одна девушка очень настойчивая. Ее зовут Карэн, она из Техаса. В тот день был ливень, она промокла. Оказалось, что у нее нет горячей воды, и попросилась ко мне в душ. Поверь, ничего не было. Я выставил ее за дверь. - Понятно. – подытожила я. – Поцелуй меня – сорвалось с моих губ, после чего я тут же прикусила нижнюю губу, чтобы еще чего не ляпнуть. Максим, немного отстранился от меня, но только для того чтобы развернуть меня побольше к себе и взять своими пальцами мой подбородок. - С превеликим наслаждением – произнёс он, смотря мне прямо в глаза. Его губы приблизились к моим и захватив в плен, заставили мои капитулировать мгновенно и безоговорочно. Спустя три дня вернулись ребята из своих поездок. Я и не думала, что так обрадуюсь чужим людям, к тому же я не склонна к яркому проявлению радости. А тут… Я повисела на шее у всех и у каждого, под общий гогот и шуточки. Мало того я еще и радостно визжала как сумасшедшая при появлении следующего командированного. Ребята были польщены и довольны такой встречей. Самым последним приехал из аэропорта Адам. Он чинно вошел в дом и спокойно начал раздеваться, пытаясь повесить свою ветровку на крючок вешалки. А тут я с визгом и воплем «Ура! Адамчик приехал!» кинулась ему на шею. Бедный гигант опешил, но на его реакции это не сказалось. Он же спортсмен. Всё, что летело в руки он ловил, потому и меня поймал. Я, ухватив его за мощную шею начала чмокать в щеки и лезть обниматься. Когда до Адама дошла, сквозь его широкую оболочку моя радость, он широко улыбнулся и на ломанном русском произнёс: «Прифетсвую тебя, Юлия», а дальше быстро поставил меня на пол и продолжил раздеваться. Ребята тоже высыпали в холл, и улыбаясь наблюдали за этой сценой. - Адам даже на русском с перепугу заговорил – подтрунивал Иржи - Да-а, парня лихо проняло, такое приветствие – поддержал его Михаил - Моя, ваше не понимайт – скрывая улыбку, произнёс Адам – мы совсэм не местныя Общий гогот заполнил холл, и потом ребята начали пожимать руки последнему из прибывших. Через полчаса все сидели за столом и уплетали приготовленный мной ужин. Все шутили и подкалывали нас с Максимом. И ведь было над чем подшучивать. Наши сияющие глаза и счастливые улыбки говорили о многом. Наши руки переплетались, как бы невзначай, мы смотрели друг на друга долго и это нас ничуть не смущало. Все признаки на лицо, двое переживают самую лучшую пору своей жизни - любовь. - Короче, разведал я всё про этот сайт и про активных пользователей – жуя последний кусок, заявил Михаил. – Итак, владелица сайта некая Маргарита Заводова, и вы про это знаете. Девушка активная в смысле интернетной жизни. Активно знакомится с людьми разноплановыми и харизматичными. Но самая ее большая мечта, это стать бессмертной. Для этой цели она создала сайт, где эта тема муссируется, и регистрируются на нем люди со специфическими наклонностями. Такого много в интеренете, но я согласен с отсутствующим сегодня Максимилианом, сайт интересен. Он такой, как и все, но при этом другой. Я попытался понять и для успеха дела зарегистрировался. Я никак не понимал, чем так привлекателен этот сайт, будто мёдом намазано, пришел, прочел и он тебя захватил. Я мучился этим вопросом, а потом понял. Есть некоторая закономерность и она математического характера. Кто-нибудь из вас знает таблицу Пифагора? То-то и оно, знают все. Так вот, в тех сообщениях, что пишет сама модератор, слова построены в фразы так, что это заставляет привлекать к себе внимание. Что бы она не писала, ты этому веришь. Я сам попался на эту удочку. Лирическое отступление: в древнем Вавилоне и до этого, цифры писали буквами. Каждая буква обозначает любую цифру. Всё это упорядочил и привел аналитику Пифагор. Он создал свой знаменитый квадрат. Утомлять вас долго не буду, это отдельная тема для разбора, но поверьте, что каждое ее послание в сумме цифр или вычитании даёт ноль. Считается, что именно Пифагор верил, что цифры таинственны, и открывают новые материи. Так вот, на этом сайте, есть те самые материи, которые я готов классифицировать как магию. Больше никак охарактеризовать это нельзя с точки зрения рациональности. Пусть будет магией. Я не остановился и решил докопаться до истины. Это конечно трудно, но сделать, возможно. Я присвоил каждой букве в интересующих меня темах по цифре. Конечно же, пользовался русским алфавитом. Затем пропустил это всё через сито вычитаний и сложений, и получилось два столбика. Потом я внимательно и четко сложил многозначные цифры в столбике для сложений, получив ряд простых цифр, и тоже самое, проделал с «отрицательным» столбиком. Представьте моё удивление, когда я прочел написанное. Это странное слово «Шерам». Я его где-то слышал, но так и не понял. Может всё гораздо проще, но я склоняюсь именно к этому. Все сводится к этому слову. - «Шерам» говоришь…что ж, похоже, мы с тобой в одном направлении двигаемся – задумчиво сказал Тимур – Мы тут плотно прошерстили все возможные ресурсы. Даже в библиотеки заглядывали. Хорошо, что знакомства есть, мы даже с людьми общались. Занятное общение скажу я вам. Утомлять подробностями не стану. Только вот Артур и я наткнулись на одну очень стройную легенду. Обрывочно она пересказывается несколькими ннародностями проживающими в Месопотамии. Легенда повествует о великом народе, который явился на Землю сравнительно давно. Тогда наша планета была раем. Цивилизация, что обосновалась здесь состояла из сплошных долгожителей. Они возделывали землю, и не вредили ей, хоть и были высоко-цивилизованными. Они жили в красивых летающих домах, которые располагались над поверхностью, а не закапывали их в землю как принято в нашем мире. Они жили в гармонии с природой. Но в какой-то момент, произошла катастрофа. Это было ужасное зрелище. Древние сгорали в огне вместе со своими домами, их посевы были уничтожены. Земля такая уютная и красивая полыхала огнём, а вода в водоёмах закипала и испарялась. Выжили не многие. Те кому удалось спастись покинули Землю и улетели на своих красивых блестящих «стрелах». Их звали «шерам», что в переводе с языка древних, означает «владельцы», или «хозяева». Планета пустовала не долго, она сама себя восстановила, и в какой-то период на ней произошли эволюционные изменения. Вполне возможно, что улетели не все «шерамы», кто-то из них вполне мог остаться на Земле по тем или иным причинам. В этих легендах говорится об очень красивых людях, со светлой кожей и крупными глазами. Эти люди могли проживать очень долгую жизнь, такую долгую, что нынешнему человеку можно только позавидовать. - Есть и другая легенда – дослушав друга, сказал Артур. – Эта легенда о тех кто прилетел на Землю, тоже очень давно. Это были странные люди, очень необычные. Они обладали прозрачными оболочками, которые потом проявлялись и становились похожими на людей. Эти поселенцы жили вне Земли, и при этом за ней присматривали. Они помогали Земле приобретать тот вид, что она получила. С их легкой руки появилось множество видов растений и животных, над происхождением которых ломают головы и в наш цивилизованный век. По некоторым догадкам, их называли «тамиты», что с древнего языка можно перевести как «время», или «величина». Вполне возможно, они жили на Земле одновременно, или по очереди. Это ведь легенда. - Красивые легенды – промолвил Иржи – а у меня всё не так, как у людей. Измучился я от своего задания, хоть предполагалось, что оно будет…интригующим – улыбнулся парень и подмигнул. - У меня тоже не очень приятная работёнка была, но что ж поделать…-пожал плечами Кимай. – Я попытался по своим каналам узнать про Временщика, получив данные от Миши. Сразу скажу, личность тёмная. Нигде не работает, живёт один. Откуда берет средства на проживание, установить не удалось. Единственная важная черта, это любовь к разного рода металлическим древним вещам. - Хочу заметить, он активно посещает интернетные аукционы, и не брезгует барахолками – встрял в повествование Кимая Миша. - Да, и обычными аукционами и барахолками очень озабочен – продолжил Кимай. – Я попросил своих друзей проследить за ним, и они выполнили просьбу. Прислали отчет с аукциона. Его интересовали только предметы похожие на палку, или жезл. Ничего другого он не искал. - Похоже это наш клиент – вставил «свои три копейки» Макс. - Несомненно, только вот на чьей он стороне – парировал Кимай. - Вопрос открыт – закончила я за ребят – что еще интересного удалось узнать? - Особенно ничего, хотя… - Кимай на секунду задумался пытаясь вспомнить что-то – что-то меня во всем этом заставило обратить внимание, только вот не помню, что именно. - Я тебе напомню – включился в разговор Иржи – среди гостей на аукционе был я, и моя фамилия вполне могла попасться тебе на глаза. - Точно, так и было – щелкнул пальцами Кимай – я думал, что однофамилец. - Нет, я был там. К тому же не один. Со мной была дама, та самая, что теперь невеста твоему «вдовцу» - Вот это поворот сюжета – присвистнул Артём – значит дамочка имеет средства, и средства не малые, раз таскается по тами дорогим «бутикам». Или она действительно перепутала двери и зашла не туда? Хотела в бутик, а попала на аукцион, ну и прикупила что-нибудь по случаю. - Нет, она приехала именно на аукцион – засмеялся Иржи – и именно с одной целью. Она встретилась там с этим самым загадочным Временщиком и что-то там с ним обсудила. - А как его зовут? А-то Временщик, да Временщик, у него наверное и имя есть? – вклинилась я в беседу. - Да есть, и зовут его очень по-русски, Константин Андреевич Смалюков. - О, Боже! – только и произнесла я. Потом пару раз ударилась любом об стол, и с надеждой в голосе спросила – а он из какого города? То есть где проживает, и сколько ему лет? - Вы с ним земляки, Юля. Ему тридцать лет. – не понимая моей реакции ответил Кимай. - А фотка есть? – всё еще надеясь на совпадение спросила я. - Да, есть. Сейчас. – Кимай встал из-за стола и направился к креслу куда положил свой рюкзак. Порывшись там, он достал папку и вернулся к столу. – Вот тот самый Временщик, любуйся. У меня в руках была фотография симпатичного рослого парня. Моя надежда на совпадение растаяла как облако, и я взялась массировать пальцами заболевший висок. У меня так часто бывало, когда я нервничала, виски просто раскалывались. Максим зная эту мою особенность, быстро встал и в мгновение ока у меня перед глазами была и таблетка и стакан с чистой водой. Все вокруг молчали. Положив в рот таблетку и запив ее водой, я решила что необходимо прояснить ситуацию. Голова теперь точно пройдет, а вот люди не обязаны ждать когда мне полегчает. - Этого парня я знаю. Он работал у меня охранником, точнее на фирме в офисе был охранником – висок нещадно давило, но я продолжила – Я выгнала его за плохое обращение с посетителями. Не думала что так всё аукнется. - Надо же, как интересно получается – начал говорить Макс – Ты выходишь замуж за этого самого Юлиана. Спустя четыре года он заводит себе подружку, которая в совою очередь богата настолько, что ездит по аукционам. С другой стороны, парень по имени Смалюков, работает у тебя охранником, но при этом денег у него столько, что хватает также ездить по аукционам. Эти двое знакомы, и ищут очень специфическую вещь. Оба и одновременно. При этом знают друг друга. К тому же, этот самый простой парень, бывший охранник знаком нам с тобой хорошо известной Аридой, ныне живущей, как Маргарита Заводова. Они плотно общаются. И он посещает ее сайт, с весьма странным закодированным словом «Шерам». Красивая история получается, не так-ли господа? - Да, но тут не хватает еще одного скучного элемента – проговорил Иржи с сарказмом – девушка Юлиного «вдовца» не против, перекинуться на такого как я. «Вдовец» ей совсем не нужен. При знакомстве она сказала, что живет с братом, и открыта для отношений с порядочным человеком. - А можно узнать о чем у Маргариты с этим Времещиком был «приват»? – спросил Адам - Увы, я бессилен. Но попробую, что-нибудь сделать – развел руками Михаил. - Даже этой информации достаточно, для того чтобы понять, все не так просто. - Помнишь то покушение на твою жизнь? Тогда еще ты чуть газом не отравилась, вентиль слетел? – спросил Макс - Да помню, а причем тут это? – ничего не понимая, к чему ведет любимый спросила я. - Я кое-что хочу проверить. У меня сохранилась та запись, с камер видеонаблюдения, что у нас во дворе стоят. Я хочу еще раз просмотреть ее. Есть фотография невесты Юлиана? Как ее зовут? - Мне она сказала, что зовут ее Светлана. Да, фотография есть, ведь я ее фотографировал в поездке на свой фотоаппарат. Мы с ней условились еще раз встретиться чтобы я отдал ей фото. - Отлично. Сейчас же и посмотрим. – нетерпеливо сказал Максим. На красивом и дорогом ноутбуке Максима, на экране происходили события давно минувших дней. Наш двор, дети играющие в песочнице, матери и бабушки этих детишек, разговаривающие друг с другом. Потом подъехала машина. Вот я выхожу из подъезда и куда-то направляюсь. Я сталкиваюсь в дверях с девушкой со светлыми волосами. Она просит у меня прощенья, это понятно по ее губам и по моему кивку и мы с ней расходимся. Через небольшой промежуток времени девушка выходит из дома. Максим останавливает течение событий щелчком кнопки и перед моим взором красивая светловолосая девушка. Глаза у нее мендалевидные и высокие скулы. Одета просто, но со вкусом. Максим берет фотографию у Иржи. Даже не надо быть авторитетным криминалистом, чтобы понять, передо мной невеста Юлиана. Не хочется верить, что такая красавица подстроила тот случай. Ведь вентиль был поврежден. Неужели такая хрупкая девушка в состоянии проделать такое? - Как интересно – задумчиво протянул слова Кимай. - Здесь похоже все не просто так. Я не верю в такие совпадения – сказал своё слово Адам. - В том то и дело, что таких совпадений не бывает – ответил Кимай. - Тебя не просто так хотели убить девочка – заметил, до этого момента молчавший Янис – и травили наркотиками и транквилизаторами, тоже не просто так. - Но что им нужно? – задала глупый вопрос я. - Этот ответ есть только у тебя, девочка – заметил Адам. - Ладно. Утро вечера мудренее, как говорят в России. Давайте господа по кроватям. Утром на свежую голову всё обсудим. К тому же мы еще не выслушали Адама – подъитоживая всё выше сказанное проговорил Максим. Глава тринадцатая Утром мы с Максимом покинули мою комнату на рассвете. Мне надо было кое-что предпринять. Максим согласился меня сопровождать. - Что ты задумала Снежка? – спросил он, легко поддерживая меня за талию. - Так, в общем, ничего особенного, просто нужна информация – отмахнулась я. - Ты не расскажешь мне, что ты хочешь знать? – настаивал Максим - Сам всё увидишь тут не далеко. Вчерашние рассказы ребят навели меня на некие соображения. Ты мне доверяешь? – задала я главный вопрос. - Да, я тебе доверяю. Ладно, как знаешь. Я всегда готов быть рядом, чтобы ты не задумала. - Я знаю, милый, знаю. Мы все дальше и дальше уходили от дома и всё глубже забирались в лес. Чаща стала непроглядной и друг детства забеспокоился: - Ты уверена, что мы идем правильно? - Совершенно уверена, доверься мне. – мило улыбнувшись ответила я Ветки деревьев стали редеть и через небольшой промежуток времени мы вышли на поляну, ровной конфигурации. Я вышла на середину этой красивой лужайки, и встала, уперев руки в бока. Максим подошел ко мне и встал напротив. - Мы зачем пришли сюда? – еле сдерживаясь, прошипел мне прямо в лицо Максим. - Ты не догадываешься? Похоже, точно не догадываешься. Ладно. – легко согласилась я. А потом закричала во всё горло, как только могла: - Эй! Вы там! Выходите! Я знаю, что вы тут. Или вы испугались? Если вы не выйдете, я просто убью его! – я наставила на Максима пистолет, позаимствованный из сейфа Яниса. - Ты не посмеешь – прошептал абсолютно бледный Максим – ты не выстрелишь. - Выстрелю, еще как, и меня оправдают, я ведь по заключению врача вполне себе дамочка с психическим сдвигом. Только сделай хоть одно движение, и я выстрелю. У меня последнее время что-то с головой. - Я не понимаю тебя, Снежка… - медленно-медленно, почти по буквам сказал друг детства. - Скажи им выйти, ну! – приказала я – они тебя послушаю, именно ты им нужен. - Выходите – четко сказал Максим. Из-за деревьев на поляну стали выходить люди. Их было примерно человек двадцать. Мужчины и женщины. Цвет нации, ее лучший генофонд. Красота этих людей затмевала всё на свете. Их можно было бы сравнить с богами Олимпа, если бы…если бы среди них не было моих заклятых врагов. - Спасибо, господа что откликнулись – поблагодарила я присутствующих, которые стояли на поляне воплощая собой неровный круг. – Я вижу все в сборе и люди и «боги». Начнём, пожалуй, наш диалог. - Что ты хочешь, девушка – красивым бархатистым сладким ядом влился в мои уши этот вопрос. - Я хочу мира во всем Мире. Это не мало, поверьте – сказала я с долей сарказма в голосе, хоть и поджилки тряслись, и рука начала уставать от тяжести пистолета. - Это вопрос философский – отозвался со своего места Максимилиан с насмешкой в голосе – как видишь Юленька, в этот раз партия на моей стороне. - Да, ты здорово потрудился. Не зря закончил свои университеты. Такая многоходовая комбинация, причем при любом раскладе ты в выигрыше. Что ты хочешь Максимилиан? - Денег, моя ласточка, тех самых тамплиерских, что были зарыты у меня на глазах. Я хочу быть богатым человеком, и в этой жизни и в следующей. - Понятно, значит ты хочешь услышать где они. Будет исполнено. Но с начала я хочу узнать, как ты уговорил этих вот долгоживущих убить моих родителей и бабушку. - О, ты хочешь подробности? Слово дамы для меня закон, да еще и такой трепетной и любящей, что готова, убить единственного любимого человека. - Оставим мою прогнившую душу. Поведай, прошу – надсмехалась я, а руки уже начали заметно дрожать. Чтобы никто не заметил этого, я аккуратно перехватила пистолет обеими руками. Максим так и стоял с бледным лицом и смотрел на дуло пистолета, с немым бессилием. - Хватит! – пролился бархатным мягким ручьем голос мужчины, что стоял ближе всех ко мне. Наверное, он у них главный. – Мы здесь для того, чтобы пройти между временами и взять своё, а не для того чтобы ты Хранитель заговаривала нам зубы. Ты нам не нужна, умри. Он достал из кармана пистолет, наставил на меня и выстрелил. Выстрел был точным. Пуля прошла прямо в сердце. От таких ранений не выживают, от таких ранений умирают мгновенно. Я пошатнулась. Крик Максима нарушил тишину поляны. Это был крик раненого животного, последний его крик. Максим медленно упал на колени. Глаза его были закрыты. Он опустил голову, и как в замедленной плёнке обхватил ее руками. Потом он всё так же медленно опустил корпус вперед и прислонился лбом к земле. Тишина. Только ветер, запутавшись в кронах деревьев, шептал им что-то в их глянцевые ладони. Я стояла и смотрела на всех по очереди. Недоумение изменило их черты до неузнаваемости. Оказывается «долгоживущим» очень не идут человеческие эмоции. Они слишком долго живут среди нас и им пора отсюда выметаться. Максим был жив, это главное. Сейчас не до сантиментов и не до слов «о, любимый я жива». Враг окружает, надо действовать. - Не ожидали? Сказала я, выходя из-за дерева на поляну.- Я двинулась пересекая поляну к самой себе, стоящей и улыбающейся во все тридцать два зуба. – да, так получилось, вы промахнулись господин, как вас там…эээ… - Что происходит – прошептал красивым голосом другой мужчина. У этой расы «долгоживущих» похоже, у всех голоса красивые. Расовая особенность, как говорится. Максим вскинул голову и выпрямился, все еще стоя на коленях перед первой мной. Он ничего не говорил, просто смотрел, не отводя своих красивых глаз от меня. - Хранитель, твои фокусы тебе не помогут – отозвалась Арида-Маргарита, и подбегая к красавцу, что стрелял в меня, вцепилась ему в руку и отобрала пистолет. Мой пистолет упал на траву, и валялся рядом с коленями Максима. Он не замечал его. - Ты уверена? – прокричала третья я с края поляны. Маргарита обернулась и немного неуверенно направила на меня пистолет. Третья я рассмеялась и махнула рукой. На поляну вышли тридцать меня, встав, на равные расстояния друг от друга. Первые три меня прошли к краю лужайки и встали, замыкая круг. Все, кто остался в кругу, ошарашено крутились вокруг своей оси, не понимая, что происходит. Только двое никак не выражали свои эмоции, они просто стояли почти в центре круга, образованного моими копиями, Максимилиан и Максим. - Что вы хотите – ти-те-ти-те?! – задали все мои копии вопрос. Громкий многократный звук пронёсся по лужайке от копии к копии, образуя звуковое кольцо. Долгоживущие глазами провожали вопрос от меня к следующей мне, и страх начинал проступать на их лицах. - Отвечайте! – рявкнула каждая я подхватывая слово и передавая другой. Живая озлобленная цепочка, это всё то, что окружало пленников, моих пленников. - Мы хотим вернуть то, что нам принадлежит. То, что отобрано теми, кто живет в Межвременье. Мы пришли с войной. - Воевать-ть-ть – подхватили копии – Я не позволю! У вас есть шанс –шанс-шанс, уйти с миром –миром-миром! - Те кому вы поклоняетесь и называете Великими тоже здесь чужие, это наш мир – возразил стрелявший в меня Долгоживущий. - Наш-наш-наш – подхватили копии – и ты будешь наказан-зан-зан. Я выставила руки вперед и раскрыла ладони небу. Из середины ладоней полились тонкие серебристые нити, напоминающие хорошо сплетенную сеть. Эта сеть быстро увеличивалась и слилась с сетью, рядом стоящих меня. Слившись, эта сеть поползла вверх. Я одновременно со всеми моими копиями подняла руки вверх, и сеть соединилась вверху с сетями других копий, образуя прочный купол. Пространство между нитями было заполнено голубоватой плотной массой, похожей на подкрашенный гель. Когда строительство купола было окончено, гель окончательно заполнил все возможные щели. Я и мои копии опустили руки. - Последний шанс даю – даю-даю, уйти с миром и жить на нашей планете, как все люди, и больше на нее не претендовать – вать-вать. - Нет, мы не отступимся, Хранитель. Тебе нас не запугать. - Вы думаете-те-те. Так смотрите же-же-же. Я и мои копии щелкнули пальцами. Это был очень четкий звук. Кроны деревьев, набирающие полную силу для вступления в лето, накренились, не естественно выгибая свои стволы. Облака в небе над паутиной заметались быстрее, догоняя друг друга. Топот животных был хорошо слышан на лужайке. Вот огромная, сметающая всё на своём пути армия диких животных достигла паутины, и коснувшись ее, обогнула и понеслась прочь от того места из которого они здесь появились. Запах дыма стал слышен очень отчетливо. Через мгновенье он был виден уже на краю лужайки. Огонь, яркий прожорливый, беспощадный накинулся на паутину, сотканную мной. Он объял ее всю, полностью и внутри стало так жарко, что влага начала испаряться из травы, а трава стала на глазах высыхать. Кисти рук и лица, долгоживущих покрылись ожогами. Маргарита уже каталась по сухой траве сбрасывая с себя невидимый огонь и задыхаясь. Долгоживущие и их приспешники стояли на коленях и хватались руками за горло. Они пытались откашляться, но всё бесполезно. Их телами завладевала агония. - Ну как вам, ваше время? Время вашей жизни на Земле? Вы готовы повторить это и выжечь планету дотла, как вы поступили со своей? Я, Хранитель равновесия, могу открыть врата в ваш мир, на вашу планету. Вы пройдете по нитям ваших судеб и вернётесь в свой дом. - Нет – хрипя, произнёс красавчик, что стрелял в меня – мы оставим попытки – задыхался он. Его лёгким не хватало воздуха. Его тело покрылось пузырями. Он катался по траве пытаясь хоть как-то сбросить с себя этот жар. - Вот и славно. Эта планета приютила вас. Межвременье закрыто. Помните это. Возврата к прошлому и доступа к будущему не будет. Это законы вселенной и их нарушать я не рекомендую. Я сложила пальцы для щелчка. Последние мгновенья для их страха истекли. Пора было вернуть их обратно. Щелк и паутина расползлась как старая ткань, осыпаясь мелкими нитками в траву и исчезая. Долгоживущие откашливаясь пытались вдохнуть полной грудью. У них плохо получалось, - Теперь вы окажитесь в тех местах, в которых вы еще небыли на земле. И если даже были, то стоит в них побывать еще раз. Ваше путешествие начинается, господа – голосом экскурсовода проговорила я. – Вам понравятся. Хлопнув в ладоши, я улыбнулась. Долгоживущие растворились в воздухе, так будто их и не было здесь. Максим и Максимилиан, так и стояли по середине поляны. Максим смотрел на меня не отрывая глаз. На висках у него проступила седина. Это заметно, хоть волосы у него светлые. Я сгруппировалась и щелкнула пальцами. Всё закружилось завертелось… Открыв глаза, я увидела белый потолок и по нему ползла муха. Не люблю я мух, но этой была рада. Не отрывая головы от подушки, я посмотрела в распахнутое окно, за которым слабый ветер ворошил зеленые листочки. Лето приближалось, и пора было подумать о ласковом море, желтом песке и вкусном вине. Надо снова поехать к морю, но на этот раз не одной а с тем кого очень сильно люблю. С тем, кто был всем в моей жизни: братом, другом, возлюбленным. А сейчас надо встать с кровати и пойти встречать ребят. Без их помощи я не справилась бы с задачей Хранителя. Улыбаясь, я встала с кровати и босиком прошла по светлым полам дома Яниса. Спустилась в холл и прошла к двери. Отворив входную дверь, я встала в проеме и стала дожидаться, когда появятся на дорожке девять моих лучших друзей. Воздух был наполнен ароматами луговых цветов и запахами сада. В этом воплощении я снова справилась с задачей Хранителя. ** *** Несколько дней назад из закодированного послания. «Я пишу тебе Юля, не для того чтобы ты смогла меня понять или простить. Я пишу тебе, чтобы предупредить. Это случилось давно, еще в школьные годы ко мне стали являться сны из моего прошлого. Сначала, как и любой подросток на моём месте я не придавал этому значения. Но со временем я понял, к чему мне снятся эти сны. Особенно мне было ужасно умирать. Тот сон из моей жизни, что я развеиваю себя, и последнее что вижу это твои колючие горящие глаза. Еще тогда, в то самое мгновенье, я понял, что отомщу тебе. Я отомстил в следующей жизни, но за это ты высосала из меня магию, и превратила почти в человека. Знаешь, это еще больнее. Тогда я решил, когда умирал дряхлым никому не нужным стариком, что в следующей жизни я буду умнее. Я понял одно, надо искать тех, кто может помочь тебе, и тоже заинтересован в результате. Я создал сайт, будучи студентом. Идея сайта, пришла спонтанно. Маргарита искала меня и нашла через социальные сети. Тут в моей голове, что-то такое переключилось. Я попытался найти единомышленников, и у меня получилось, представляешь. А дальше уже действовали они. Сначала я был рад, но потом заподозрил неладное, но выйти из этого уже не смог. Они называют себя Долгоживущими. Они и вправду долго живут. Их раса расположена к этому. Мне кажется, что Великие и Долгоживущие это две половинки одного целого. Но утверждать не берусь, это домыслы. Знаю наверняка только одно, они хотят занять место Великих. У них с моей помощью появился план. Ты Хранитель, а значит, связана с Великими. К тому же ты являешься их порождением. Они захотели пройти в мир межвременья и перебить тех, кто им мешал использовать планету по своему усмотрению. Первой частью, это было вернуть силу тебе. Макса мы специально не трогали, ведь он нам нужен для основной части. Но об этом позже, обещаю ты всё сама увидишь и прочувствуешь. Итак, возвращение силы могло произойти только от родственников. Пришлось потрудиться и подбить самолет. Эти люди из лабораторий, до сих пор не могут установить причину, почему самолёт упал. Он был исправен. А все потому что они еще не знают таких технологий, дуралеи. План был хорош, но сила перешла к твоей бабушке. Пришлось организовать автокатастрофу. И вот только тогда вся сила стала твоей, безраздельно. Я решил с тобой познакомиться и проявить к тебе интерес, но ты проворно выскочила замуж за своего красавца. Надо было вмешиваться, но аккуратно. И тут один из моих друзей который пришел к известному тебе охраннику Смайлюкову, заметил женщину, что пялилась на тебя во все глаза. Это была удача. Охранник договорился с ней, что готов помочь отомстить. Он забрался на крышу дома и прошел в твой подъезд. На эту женщину была возложена только одна задача: войти в подъезд, подняться на чердак и открыть дверь чердака. А потом снова ее закрыть и выйти. Всё очень просто, за такое короткое время, она не смогла бы повредить вентиль, и это ее алиби. Всё должен был сделать Смайлюков. Вот и всё, твоя чистая смерть, и переход магии, хоть и не восьмой доли, Максиму. А дальше, всё было бы как по маслу. Но ты осталась жива, мало того вышла замуж. Пришлось снова вмешиваться, но муж тебя обожал. Мы вернулись к тому с чего начали, и дамочка снова окрутила твоего Юлиана. Влюбленному мужчине можно говорить всё что угодно, и он это примет. Вот и твой Юлиан, это принял и обратился к врачу психиатру. Я вмешался, и психиатр стал тебя немного подтравливать. За это время, мы разобрались с потомками тех, кто участвовал тогда в походе, и на кого пало твоё заклятье. Дальше предстояла не очень легкая задача собрать всех в одном месте и в один и тот же период времени. Но у нас получилось. Потом всё было как по маслу, ты сама их нашла и даже не плохо устроилась. Твои друзья решили тебе помочь и раскрутили дело с твоей якобы смертью. Теперь если с тобой что и случиться, то будут предположения, что муж тебя убил, но уже по- настоящему. Но всё равно ты пока еще нужна. Максим, ни за что не согласился бы ехать в Россию, если бы не твоё бедственное положение, обманутой жены. Итак, все вместе, восемь сил сольются в одну. Только на этот раз, это не твоя игра, девочка. Максиму даже делать ничего не надо, он согласиться встать туда, куда они пожелают и вернуть силу. У него, ни как у тебя пусто дома. У него есть родители, которых он любит. Подумай как обратить всё в свою пользу. Я верю в твой ум». КОНЕЦ.